home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8

Близился к полудню третий — из запланированных полутора — день нашего перехода через Карлисский Хребет. По негласному уговору, мы с Ником не жаловались на усталость, стертые ноги и прочие тяготы пути, а Женя не напоминал о том, что без нас он был бы у цели еще вчера днем. Вообще, путешествие проходило на удивление мирно, даже мы с Вереском ухитрились ни разу не поссориться — вероятно, потому, что с той памятной ночи в лесу полуэльф едва ли произнес с десяток слов, да и те предназначались Жене. Если я научилась хоть чуть-чуть разбираться в эльфийской физиогномике, Вереск пребывал в состоянии глубокой задумчивости, и мне почему-то казалось, что предметом его размышлений был тот кошмарный сон, в котором мне довелось побывать.

В своих собственных мыслях я эту тему старательно избегала. В редкие минуты просветления я признавалась себе, что если разобрать ту сцену в лесу по кадрам и хорошенько поразмыслить, есть шанс найти ключ сразу к нескольким загадкам. Но при малейшей попытке вспомнить подробности меня кидало в дрожь, и я никак не могла понять, отчего — то ли от панического чувства бессилия перед собственными эмоциями, то ли от невозможности помочь, то ли от пронзительной боли утраты — слабого отголоска той боли, которую я испытала во сне. И этот полный страсти взгляд на бескровном лице… Он сводил меня с ума, заставляя мучиться от…

«Ревности,» — ехидно подсказал внутренний голос.

… зависти. Если бы на меня мужчина смотрел таким взглядом, я бы чувствовала себя по меньшей мере богиней.

«Что-то мне подсказывает, что барышня в лесу не пожелала присоединиться к пантеону», — цинично заметил внутренний голос.

Уверенный взмах женских рук — и смертоносное лезвие без труда пронзает грудь… Дура. Я замотала головой, прогоняя наваждение.


— Мы почти на месте. Дом Мигеля вон в тех деревьях, — внезапно объявил Женя, махнув рукой вперед и вниз по склону.

Ник вгляделся в густой перелесок у самого подножия горы и разочарованно протянул:

— Отсюда ничего не видно.

— Разумеется, не видно. Это же не парадная резиденция. Мигель с напарником сваливают сюда, когда им нужно залечь на дно.

— А они тебе друзья или враги? — запоздало уточнила я. — Если враги, то насколько безопасно будет вламываться к ним без приглашения?

А если друзья, то какого черта ты тащишь в тайное убежище толпу посторонних личностей?

— С Фар-Леирато — вампиром, напарником Мигеля — я не знаком, хотя наслышан. А с Мигелем мы не друзья и не враги, просто… ммм… коллеги. Пару раз доводилось работать вместе. Конечно, последняя наша встреча прошла… не совсем в дружественной обстановке. Так получилось, что мы оказались по разные стороны баррикад. Но не думаю, что Мигель меня за это ненавидит. В конце концов, бизнес есть бизнес. Разве что… — Женя задумчиво прикусил губу, — Фар-Леирато мог бы попытаться отомстить за любовника, у вампиров когда-то был такой обычай. Но поскольку Мигель остался жив, это мероприятие теряет смысл.

— Они любовники? — оживилась я (и почему подробности чужой личной жизни всегда так притягательны?) — Откуда ты знаешь?

— Да это все знают, — пожал плечами Женя. — В смысле — все, кому в принципе интересна эта пара. Они не скрывают своих отношений.

— О. Так просто? Я думала, что здесь отношение к нетрадиционной сексуальной ориентации более консервативное.

— Так и есть. Отношение к геям колеблется между неприятием и вежливым безразличием. Зависит от возраста и социального статуса. Но всегда находятся люди, которые могут позволить себе наплевать на условности.

— О да, — хмыкнула я. — Парень, который спит с вампиром, может себе позволить много… интересного.

— Не будь такой циничной, тебе не идет, — серьезно посоветовал Женя. — Мигель вполне способен сам за себя постоять. Чтобы укоротить слишком длинные языки, ему совсем не обязательно прибегать к помощи вампира. И, кстати, он не гей, обычный бисексуал. У него с десяток более или менее постоянных любовниц по всем Семи Королевствам.

Ух ты, какая экстравагантная личность! Я уже почти хочу познакомиться с этим загадочным Мигелем.

— А его друг не ревнует?

— Не знаю, — Женя иронически изогнул бровь. — Как-то не было повода поинтересоваться. Может, Леирато вооще не ревнив. А может, он не воспринимает женщин как объект, достойный ревности. В конце концов, Мигель с ними всего лишь спит.

— И этот человек обвиняет меня в цинизме! — возмутилась я. — По-твоему, секс на стороне — это не повод для ревности?

— Разумеется, нет. Вы, женщины, склонны смешивать в кучу секс и чувства, и вам кажется, что одно без другого как-то неполноценно.

— Просто мы, женщины, — передразнила я, — мудры от природы. А к вам, мужчинам, эта мудрость приходит с кровью, слезами и жизненным опытом. Поверь мне, когда ты всерьез влюбишься, ты пересмотришь свои взгляды.

Прозвучало, как материнское наставление. Но Женя не стал придираться к форме, только сказал:

— Если ты о том состоянии, когда человек полностью теряет способность соображать и превращается в безвольный кисель, то, надеюсь, я никогда не разгневаю богов настолько, чтобы они наслали на меня это безумие.

«Очень жаль», — вздохнула я про себя.

Та же самая мысль отразилась на симпатичной мордашке Ника. Гм. Что бы там ни говорил мой не в меру умный внутренний советчик, что-то тут нечисто. Парнишка поймал мой заинтересованный взгляд, вспыхнул и поспешил перевести разговор на более безопасную для себя тему:

— Юлия, а вы ведь издалека родом?

— С чего ты взял?

— Ну, вы так спросили про этих… ну… этих, — Ник смущенно мотнул подбородком в сторону пресловутого перелеска. — Сразу стало понятно, что вы не отсюда.

Да уж, тайный резидент из меня хреновый. Я в панике осознала, что так и не озаботилась разработкой подходящей легенды. Сначала прикрывалась амнезией, а потом неожиданно оказалось, что все окружающие и так в курсе. Ладно, допустим, от мальчишки сейчас вполне реально отмазаться, но проблему надо решить кардинально, а то в следующий раз вопрос может прозвучать не в столь невинной форме.

Меня выручил Женя:

— Юлия родом из Кэр-Аннона.

Я едва удержалась, чтобы не завопить: «Откуда?!!» Про Кэр-Аннон я знала только то, что он находится где-то у черта на рогах.

— Просто она не любит об этом вспоминать, — добавил Женя, видимо, чтобы объяснить мое молчание. — Когда ее мать умерла, Юля отправилась сюда на поиски отца, которого никогда не знала. Но оказалось, что он тоже умер, причем много лет назад. А поскольку Юлия рождена не в браке и не может претендовать на наследство, она осталась одна в чужой стране, без средств к существованию. Так получилось, что она прибилась к нам с Вереском.

— Ой, извините, я не знал, — произнес Ник с искренним сочувствием. — А правду говорят, что стражники на границе защищают ее не снаружи, а изнутри? Следят за тем, чтобы жители Кэр-Аннона не сбежали к соседям?

Я вспомнила Советский Союз времен железного занавеса и дипломатично ответила:

— Не только. Но и за этим тоже.

— А как же вам удалось выбраться?

— Ник, торжественно обещаю тебе рассказать всю правду о моем путешествии, если ты назовешь свое полное имя и титул.

Парень моментально скис и принялся изучать носки своих ботинок. Остаток пути мы проделали молча. Кажется, Ник все-таки обиделся, но меня это ни в малейшей степени не задевало. В конце концов, у каждого свои секреты.


Женя остановил нашу маленькую команду в нескольких метрах от поляны, так, что мы могли рассмотреть дом, оставаясь незамеченными. Жилище Мигеля — в полном соответствии с понятием «тайное убежище в лесу» — представлялось мне крошечной лачужкой, притулившейся между двумя соснами. Однако против всяких ожиданий дом вовсе не выглядел как хижина бедняка или времянка егеря. И размерами, и качеством постройки он скорее напоминал дом зажиточного крестьянина. Просто удивительно, как это мы не заметили такую громадину сверху.

«Ничего странного, дом замаскирован с помощью магии,» — пояснил внутренний голос.

«Откуда ты знаешь? Новый талант проснулся?»

«Старый. Логическое мышление называется. Вампиры довольно слабые маги — им подвластна только элементаль воздуха, да и то не вся, а лишь некоторые специфические заклинания. И в отсутствии свободы маневра они вынуждены выжимать максимум из того немногого, что есть у них в распоряжении. Так вот, класс камуфляжных заклинаний доступен вампирам практически целиком.»

Я припомнила, что действительно читала что-то подобное.

«Вот-вот. Могла бы и сама догадаться.»


Строго-настрого запретив нам с Ником высовываться из-за деревьев, Женя с Вереском отправились на разведку. Со своего наблюдательного поста я видела, как они постояли на крыльце, прислушиваясь, затем бесшумно проскользнули внутрь. Дверь была не заперта — очевидно, хозяева дома.

Или не хозяева.

Серия резких громоподобных звуков оглушительным диссонансом ворвалась в мирную лесную симфонию. Эхо потонуло в испуганном птичьем гомоне и переполошенном хлопанье крыльев. Лошади шарахнулись назад, нервно прижимая уши к голове и встревоженно фыркая. Здесь, в мире меча и магии, звук выстрелов был таким нелепым и неожиданным, что я не сразу сообразила, что это такое. А когда до меня, наконец, дошло, я не удержалась от удивленного возгласа, выраженного в крайне непечатной форме.

Ник судорожно вцепился в мою руку и выдохнул со смесью ужаса и восторга:

— Что это?

— Если это то, что я думаю, то это полный… абзац. В масштабах цивилизации, — честно ответила я.

— Это опасно?

— Очень.

— Пойдем посмотрим!

Разумеется. Что еще мог предложить мальчик, который додумался сбежать к разбойникам?

Я напряженно прислушалась. Из дома не доносилось ни звука. Очевидно, активные боевые действия закончились — но с каким результатом? Если бой завершился не в нашу пользу, то соваться туда — к противнику, вооруженному пистолетом, — было бы самоубийственной глупостью. С другой стороны, кроме нас, ребятам не откуда ждать помощи. А если они пострадали в перестрелке, то помощь может быть жизненно необходима.

Я принялась решительно отвязывать от седла Женину сумку с медикаментами, попутно продумывая аргументы, которые могут убедить Ника остаться здесь, с лошадьми. Но когда я повернулась, чтобы их озвучить, слова застряли в горле. На лице подростка, еще не овладевшего взрослым умением скрывать эмоции за вежливой маской, был заранее написан точный адрес, по которому я могу отправиться вместе со всеми своими аргументами. Интересно, как Жене удается быть таким чертовски убедительным? «Потому что я так сказал» — и все дальнейшие вопросы отпадают сами собой.

— Ладно, — вздохнула я, закидывая сумку на плечо. — Пошли. Только тихо.

На крыльце я сделала знак остановиться и попыталась на слух оценить обстановку. Из дома, приглушенный преградой, доносился спокойный голос Жени:

— С убийцей тебе, Мигель, сказочно повезло. Я бы на его месте сделал контрольный выстрел в голову и быстро свалил. А он слишком буквально воспринял приказ «не оставлять свидетелей» и начал палить в нас с Вереском.

Я осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Первая комната — нечто среднее между гостиной и столовой — была пуста. Судя по всему, непосредственная опасность миновала, но, пересекая комнату, я старалась не шуметь. На всякий случай.

Дверь, из-за которой доносился Женин голос, была приоткрыта. Сквозь узкую щель виднелись высокие кожаные сапоги, неподвижно лежащие на полу носками вверх. Логика подсказывала, что сапоги — вместе с обутыми в них ногами — принадлежат загадочному Мигелю, жертве незадачливого снайпера.

— Говорят, кхаш-ти не владеют магией. Но это было самое убийственное огненное заклинание, с которым мне доводилось встречаться, — голос Мигеля звучал жутковато из-за болезненного присвиста, вызванного, вероятно, дырой в легком, но даже сейчас в нем угадывалась ирония. Должно быть, в более приятных обстоятельствах он был отчаянным весельчаком и душой компании.

— Это заклинание называется «револьверная пуля», — мрачно сказал Женя. — И мне бы очень хотелось потолковать с чудо-чародеем, который все это организовал. С твоего позволения, я возьму ее с собой. В качестве вещественного доказательства.

Я почувствовала, что между лопаток мне уперлось что-то очень острое.

— Ой, — испуганно пискнул Ник.

Мелодичный голос, знакомый до дрожи в позвоночнике, холодно сообщил:

— Женя, я тут обнаружил двух лазутчиков. Не возражаешь, если я их убью?

— Надо бы, в педагогических целях, — отозвался Женя. — Но сейчас некогда. Заходите.

Я бросила из-за плеча полный ненависти взгляд на полуэльфа. По правде говоря, сообщение, которое он хотел донести своим хамским поступком, было предельно понятно и вполне справедливо. Но что ему мешало использовать один из десятка более тактичных способов преподать этот урок? Вереск ответил светской полуулыбкой и сделал приглашающий жест в сторону двери.


Лежащий на полу мужчина выглядел как… типичный Мигель: высокий, худощавый, смуглый, с черными слегка вьющимися волосами, черными глазами и тонким длинным носом. Из-за обильной кровопотери черты лица еще больше заострились, а кожа приобрела желтовато-серый оттенок, отчего мужчина стал похож на зомби, халтурно поднятого неумелым учеником некроманта. (Весьма странное сравнение, учитывая, что в Эртане нет школы некромантии, но почему-то именно оно пришло мне в голову при виде бедного недобитого Мигеля.)

— А что ты тут делаешь, белль Канто? — прошелестел Мигель. — Пришел взять реванш за прошлую встречу? Или подумал над моим предложением и решил согласиться?

— Засунь свои предложения себе в… ну, сам знаешь куда, — мрачно посоветовал Женя.

Он оторвался от осмотра раны и, наконец, удостоил вниманием нас с Ником.

— О, аптечка! Юлька, ты молодец. Давай сюда. И принеси… Нет, стой. Ник, притащи чистое полотенце или простыню. Ну откуда я знаю, найди где-нибудь. Вереск, займись лошадьми. Похоже, придется здесь задержаться. Юлька, иди сюда, приподними этого типа за плечи.

С трудом удержавшись от возгласа «Есть, сэр!», не очень уместного в данной ситуации, я бросилась исполнять приказ. Мигель окинул меня оценивающим взглядом из-под ресниц и хрипло сказал:

— Миледи, на ваших восхитительных коленях смерть станет приятным приключением.

— Южанин! — фыркнул Женя не то с презрением, не то с одобрением. — Если ты заткнешься хотя бы на пару часов, то у тебя есть все шансы выжить. А если не заткнешься, я все-таки сам тебя прирежу — из чистого милосердия.

— Спасибо… Женя…

Мигель закрыл глаза и безвольно обвис у меня на руках. Мне приходилось напрягать все силы, чтобы удержать его на весу и дать Жене возможность обработать оба конца сквозной раны. Если бы не противный свист, вырывавшийся из отверстия на груди, можно было подумать, что Мигель совсем не дышит. Я с ужасом осознала, что этот симпатичный парень действительно может сейчас умереть у меня на коленях — а ведь мы даже не успели познакомиться.

Женя закончил перевязку, критически осмотрел дело своих рук и удовлетворенно кивнул.

— Все, давай меняться местами.

Мигель никак не отреагировал на наши манипуляции с его телом. Жуткий свист из раны прекратился, но карминно-алое пятно неумолимо продолжало расползаться по бинтам. Женя бросил быстрый взгляд на землисто-серое, покрытое испариной лицо и обеспокоенно сказал:

— Юль, поищи в сумке пузырек с надписью «Сбор Эль-Тауро», постарайся влить в Мигеля. Ему нужно дотянуть до Костиного дома, я не знаю, как телепортация скажется на его состоянии.

Задача оказалась непростой, поскольку никакого содействия Мигель не оказывал. Добрая половина флакона пролилась мимо, добавив к ярко-красным пятнам на повязке несколько буро-зеленых. Но вторая половина чудом попала по назначению.

Аккуратно придерживая раненого в полусидячем положении, Женя достал из внутреннего кармана тонкую прозрачную пластину и приложил ее к одному из камней своего телепортационного браслета. Пластина прилепилась к камню, словно намагниченная.

— Отойди, — приказал мне Женя, — а то тебя ненароком захватит.

Я поспешно отскочила назад и едва не натолкнулась на Вереска, который как раз заходил в комнату.

Женя уже взялся за свой браслет, готовясь активировать телепорт, но Мигель внезапно распахнул глаза и судорожно схватил его за руку.

— Подожди… Выслушай меня…

— Расскажешь потом, — отмахнулся Женя. — Когда медицинская помощь будет в пределах досягаемости.

— Потом… У меня может не быть «потом», — уголок рта дернулся — то ли от боли, то ли в попытке изобразить усмешку. — Белль Канто… Женя. Выслушай, пожалуйста… Это про Звезду Четырех Стихий. Тебя ведь наняла Корпорация?

Женя кивнул.

— Нас тоже. И не только… Интересная задача, достойная оплата… Мы и раньше работали с Корпорацией — они всегда играли честно. Но не в этот раз… Они убивают исполнителей, чтобы получить эти камни.

— Ты уверен? Не слишком умный ход с их стороны, эта информация быстро станет известна.

— Теперь уверен. Проверь сам… Сначала был мальчик, которого они наняли первым, — из ваших, кхаш-ти. Он звал себя, кажется, Арагорн. Не перебивай… я знаю, что это невозможно, но Мордэйн поклялся, что видел труп. Вторым был сам Мордэйн. Я встречался с ним за два дня до смерти… он не успел… — Мигель слабо пошевелил пальцами, — Долго рассказывать. Третий — я… Следующим можешь стать ты. Тебе нужно бежать. Так далеко, как только сможешь. Не дожидайся, пока они захотят встретиться с тобой, после этого будет уже поздно.

— Я понял, Мигель. Спасибо, — по Жениному тону было непонятно, какое впечатление произвел на него рассказ. — А теперь все-таки помолчи. Доктор Литовцев, конечно, гений и все такое… Но вряд ли он сможет должным образом реанимировать остывший труп.

Южанин снова обмяк, свесив голову на грудь. Очевидно, ораторский подвиг отнял у него последние силы.

— Не ждите меня сегодня. Я вернусь утром. Или днем. Мне нужно кое-что сделать дома. Вереск, ты остаешься за старшего. Юлька, слушайся его, как меня. Без фокусов. И постарайтесь не поубивать друг друга, ладно? Эта задача уже… делегирована.

Женя перевернул камень на браслете руной вниз, и живописная композиция в красных тонах с тихим хлопком исчезла, оставив после себя лишь залитый кровью пол и легкий запах озона.

Мы с Вереском привычно окинули друг друга оценивающим взглядом. Провести две трети суток в обществе мужчины, чье отношение ко мне колеблется от «клинической дуры» до «безнравственной убийцы»? Гм. Нет, без фокусов вряд ли получится.

В комнату, пинком распахнув дверь, влетел запыхавшийся Ник с охапкой полотенец.

— Вот, я их нашел! А… эээ…. кому тут полотенца нужны?

Я оглядела свои безнадежно испачканные кровью брюки, вытерла рукавом пот со лба и устало поинтересовалась:

— А ты там случайно не нашел ванну с горячей водой?


* * * | Эртан | * * *