home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Разумеется, это был Дэвид.

Джиллиан обернулась, взглянула на него и зажмурилась. Он стоял в проеме двери, перекинув пиджак через плечо и сунув руку в карман брюк. Губы плотно сжаты, глаза потемнели. Он смотрел на Таню.

Предгрозовое затишье.

Ангел! Как долго? Сколько времени он был здесь?

Хм... я бы сказал, примерно... да, пожалуй, с самого начала.

Господи!

Так вот почему Джиллиан играла свою роль так сдержанно и благородно и довела Таню до визга и воплей! Все это должно было выглядеть как разговор Элли и злой Бастинды.

В Джиллиан заговорило чувство справедливости. Не отдавая себе отчета в том, что делает, она шагнула в сторону Дэвида:

– Дэвид, ты не понимаешь...

Дэвид покачал головой:

– Я прекрасно все понимаю. И не выгораживай ее. Для меня лучше все знать.

Заткнись, слабоумная! Прими кроткий, расстроенный вид... добавь смущения. Ну догадайся, что им надо остаться одним.

– Ой, наверное, вы сейчас хотите остаться одни.

Как бы то ни было, тебе нужно торопиться, чтобы успеть на автобус.

– Как бы то ни было, мне нужно торопиться, чтобы успеть на автобус.

Меня не интересуют разборки недоносков.

– Меня не интересуют...

Я прибью тебя, Ангел!

Джиллиан поспешно извинилась и выбежала из класса.

Она шла, ничего не видя перед собой.

Ангел!

Извини! Не удержался. Но посмотри на себя, детка! Ты понимаешь, что ты только что сделала?

Догадываюсь... я избавилась от Тани.

По мере того как откатывала адреналиновая волна, этот факт начинал доходить до ее сознания. И это было отблеском будущего торжества, обещанием счастья.

Сообразительная девочка!

А я поступила честно? Все это правда, да? Она действительно путалась с Брюсом?

Все путались с Брюсом. Да, так оно и было.

А Ким? Она что, на самом деле распускает сплетни?

И быстрее, чем мажет маслом хлеб.

А я считала ее... такой милой. Когда мы говорили о сплетнях в столовой, она пожала мне руку.

Согласен. Она милая... но у тебя за спиной... Поверни-ка здесь налево.

Джиллиан вышла из школы. Когда она спускалась по ступенькам, то увидела, что три-четыре машины все еще стояли припаркованные во дворе. И среди них – БМВ с откидным верхом. Мэкон кивнул ей, приглашая в машину.

Остальные закричали:

– Эй, Джилл! Тебя подвезти? Ты же не хочешь опять заблудиться в лесу!

Джиллиан чувствовала себя королевой бала. Столько ребят хотели подвезти ее – было отчего закружиться голове.

Ангел проявил неожиданное безразличие:

...да выбирай любого!

Вдалеке она заметила «джео». Эми и Юджин стояли рядом с машиной, гладя на Джиллиан. Но сесть в машину вместе с Юджином Элфредом было бы катастрофой для ее нового статуса.

Джиллиан выбрала Кори-Тусовщика, и всю дорогу домой он без умолку болтал о предстоящей в субботу вечеринке у Мэкона. Ей стоило большого труда избавиться от него у дверей своего дома. Отделавшись от Кори, она вбежала наверх, в свою спальню, и, раскинув руки, упала на кровать, уставившись неподвижным взглядом в потолок.

«Уф!»

Это был самый невероятный день в ее жизни.

Она лежала, прислушиваясь к тишине в доме и стараясь собраться с мыслями.

Тепло все еще пульсировало внутри, хотя к нему примешивалось беспокойство. Ей хотелось снова увидеть Дэвида. Хотелось узнать, чем у них там с Таней все закончилось. Она не будет счастлива до тех пор, пока не удостоверится...

– Отдыхаешь?

Джиллиан села. Голос звучал не в голове, он шел из-за кровати. Ангел был там.

При виде его она почти физически почувствовала удар. Она не видела его с утра и забыла, какой он красивый.

Его волосы отливали красным золотом с платиновыми проблесками мерцающего света. Лицо – классическое совершенство мраморной скульптуры: правильное и бесстрастное. Глаза такого прекрасного синего цвета, что в них больно смотреть. Выражение лица задумчивое и возвышенное... Но тут он вдруг подмигнул, и оно стало озорным.

– Привет! – сдавленно прошептала Джиллиан.

– Привет, детка. Устала?

– Да. Я чувствую себя... выжатой.

– Ну, подреми, почему бы и нет. Мне есть куда пойти.

Джиллиан закрыла глаза. Куда он пойдет?

– Ангел... я никогда не спрашивала тебя. Какие они, Небеса? Я имею в виду, что с такими ангелами, как ты, они должны сильно отличаться от представлений большинства людей. Поляна, что я видела, – это же не Небеса, нет?

– Нет, это – не Небеса. Небеса – ну, это трудно объяснить. Это гармонизированное колебание пространства-времени... знаешь, то, что вы называете зоной турбулентности. Высочайшая вибрация всего сущего включает в себя гармонию...

– И ты этим занимаешься, да?

– М-да. В действительности все поддается классификации. Почему бы тебе не поспать? Глаза Джиллиан и без того слипались.


Она проснулась совершенно счастливой и потянула носом вкусный запах ужина. Но когда она спустилась вниз, дома была только мама.

– А папы нет дома?

– Нет, он звонил, дорогая, и просил тебе передать, что на некоторое время ему нужно уехать из города.

– Но он вернется на Рождество, правда?

– Уверена, он вернется.

Джиллиан больше ничего не спросила. Она молча жевала приготовленный мамой горячий гамбургер, отметив про себя, что мама не притронулась к еде. Потом она сидела одна на кухне и играла вилкой.

Ты в порядке?

Его голос принес облегчение.

Ангел, да, я в порядке. Я думаю... о том, как с мамой такое могло случиться. Раньше этого не было. Она работала учительницей в средней школе...

Я знаю.

Лет пять назад с ней что-то стало происходить. Она словно сошла с ума. Потом у нее появились видения... Я тогда ничего и не знала о пьянстве. Я думала, ей нравится вино на вкус... А потом папа начал находить повсюду пустые бутылки...

Я знаю.

Мне бы хотелось... чтобы все было иначе.

Пауза.

Ангел? Как ты думаешь, это возможно?

И еще одна пауза.

Затем он тихо сказал:

...я поработаю над этим, детка. Но... да, думаю, возможно.

Джиллиан закрыла глаза.

И через мгновение снова распахнула их.

Ангел, как мне тебя отблагодарить? То, что ты для меня делаешь... я даже не знаю, как сказать...

Неважно. И не вздумай плакать. Бодрое лицо дороже трех выигрышных облигаций. Кроме того, тебя к телефону.

К какому телефону?

Зазвонил телефон.

Вот к этому.

Джиллиан высморкалась и, чтобы убедиться, что голос у нее не дрожит, громко сказала: «Алло!», для пробы. Потом вздохнула и сняла трубку.

– Джиллиан?

Ее пальцы впились в телефон.

– Привет, Дэвид.

– Я только хотел узнать, все ли у тебя в порядке. Я не успел тебя спросить, когда... ты знаешь, сегодня днем.

– Я в порядке. Я сильная, ты же знаешь. – Джиллиан не нужен был Ангел, чтобы подобрать правильный ответ.

– Да. Таня иногда чересчур ревнива. После того как ты ушла, она... ну, не стоит об этом.

«Он не хочет говорить ничего плохого про Таню», – подумала Джиллиан и повторила:

– Я в порядке. – Она чувствовала душевную борьбу Дэвида.

Наконец его прорвало:

– Просто... Я не знал!

–Что?

– Я не знал, что она такая. Понимаешь, она же участвует в работе службы «Телефон доверия для подростков», и в центральном комитете по благотворительности, и в проекте «Бесплатные обеды», и... ну, я думал, она другая. Добрая.

Джиллиан мучили угрызения совести.

– Дэвид, по-моему, она как раз такая, как ты и думал. Она смелая. Когда окно...

– Перестань, Джиллиан. Это ты такая. Ты смелая, и смешная, и... слишком благородная, даже в ущерб себе. Ты хотела дать Тане еще один шанс. – Он перевел дыхание. – Но, понимаешь, у нас с ней все кончено. Я все сказал Тане. И теперь... – Его голос изменился. Он вдруг рассмеялся, вспомнив, зачем, собственно, позвонил: – Ты не будешь против поехать со мной на вечеринку в субботу?

Джиллиан тоже рассмеялась:

– Я не против. Совсем не против.

О, Ангел! Спасибо.

Она была очень счастлива.


Вся неделя была замечательной. Каждый день она одевалась по-новому, извлекая из комода что-нибудь неожиданное, броское и вызывающее. Каждый день приносил ей все большую популярность. Когда она входила в класс, на нее все оборачивались, старались поймать ее взгляд, приветственно махали ей руками. Во всех школьных коридорах ей то и дело кричали «привет!». Казалось, все хотели поговорить с ней и радовались, когда она о чем-нибудь их спрашивала. Это было похоже на взлет ракеты, которая уходит все выше и выше.

Ее покровитель и советчик всегда был радом. Ангел превратился в часть ее души, самую находчивую и остроумную часть. Он подсказывал шутки, сглаживал неловкие ситуации, советовал, с кем дружить, а кем пренебречь. Да и сама Джиллиан научилась вести себя в компании. Она чувствовала себя все увереннее, каждый день обнаруживая в себе новые способности, – становилась другим человеком.

Теперь она редко общалась с Эми. Но, в конце-то концов, у Эми же есть Юджин. А Джиллиан была так занята, что у нее даже на Дэвида времени не хватало.

В день, на который была назначена вечеринка, она с Амандой-Предводительницей и Штеффи-Певицей отправилась за покупками. Они смеялись, болтали о том о сем и находились по магазинам до одури. Джиллиан купила себе новое платье и сапоги с одобрения Ангела.

Когда вечером Дэвид заехал за ней, он даже присвистнул от восхищения.

– Как я выгляжу?

– Ты выгладишь... вызывающе и изысканно одновременно. Как тебе это удается?

Джиллиан улыбнулась.

У Мэкона – Денежного Мешка был роскошный дом по-настоящему богатых людей. Перед домом – парк с выстриженными фигурами северных оленей и газонами, вдоль которых мерцали лампочки. В доме – высокие потолки с подсветкой, восточные ковры, антикварный китайский фарфор и серебро. Джиллиан была ослеплена этим великолепием.

Мой первый настоящий бал! Я хочу сказать, моя первая Крутая Тусовка. И все это отчасти устроено для меня.

Твой первый настоящий бал, и все это только для тебя. Я подаю тебе весь мир на блюде, как устрицу. Возьми и открой ее.

Мэкон вышел ей навстречу. Остальные смотрели на них. Джиллиан задержалась в дверях для большего эффекта, понимая, что настало время для ее выхода на сцену, и наслаждалась моментом.

Ее до мелочей продуманный наряд лишь выглядел случайным. Черное платье-мини с мелким темно-красным узором, едва заметным на черном фоне. Мягкий креп обтягивал ее фигуру, как вторая кожа. Черные плотные колготки. И разумеется, высокие сапоги. Немного косметики: она решила, пусть лицо выглядит свежим и естественным. Подкрасила ресницы – чуть-чуть, – синий цвет ее глаз стал еще ярче.

Она была ошеломляющей... и хрупкой. И она прекрасно это знала.

Мэкон буквально пожирал ее глазами, и в его взгляде сквозила с трудом сдерживаемая страсть.

– Как дела? Неплохо выглядишь.

– У нас все хорошо, – ответила Джиллиан, беря Дэвида под руку.

Глаза Мэкона потемнели. Он уставился на пересечение рук Джиллиан и Дэвида так, словно это было для него оскорбительно.

Дэвид вернул ему совершенно бесстрастный взгляд, но в то же время в нем чувствовалась серьезная угроза.

Мэкон отступил на шаг и сухо сказал:

– Вот и отлично. Мои родители уехали на выходные, так что чувствуйте себя как дома. Здесь где-то было что пожевать.

«Что пожевать» было повсюду. Множество всяких вкусностей. В кабинете орала музыка, разносясь эхом по всему дому. Когда они вошли, Кори приветствовал их криком:

– Эй, ребята! Хватайте бокалы, они расходятся слишком быстро.

На прошлой неделе он сказал, что «осилит бочонок», а Джиллиан ослышалась и наивно подумала, что речь идет о печенье. Теперь она поняла, что речь шла о бочонке пива. Здесь пили все. И не только пиво. Вокруг стояли бутылки с виски и джином. Один парень лежал на столе, широко открыв рот, в который лилось спиртное из прямоугольной бутылки.

– Держи, Джилл, это тебе, – Кори протянул ей пивную кружку с обильной пеной, бегущей через край.

Но Джиллиан не воспользовалась его предложением. И здесь ей не нужна была подсказка Ангела.

– Спасибо, не надо. Так уж случилось, что я ценю свою голову. Если б и ты относился к собственному мозгу с большим уважением, то не провалил бы экзамен по биологии.

Все рассмеялись. Даже Кори, поморщившись, усмехнулся.

– Справедливо, – сказала Дэрил-Богачка, поднимая в честь Джиллиан бокал безалкогольного пива.

Дэвид тоже отмахнулся от Кори и взял кока-колу.

Никто больше не пытался давить на них, а парень на столе даже смутился. Джиллиан поняла: можно делать все, что угодно, если тебя считают крутой и если ты не отступаешь. Чувство успеха опьяняло сильнее вина.

Ангел, я правильно поступила? Да?

А?.. да, замечательно. Казалось, Ангел о чем-то задумался. Хотя говорят, что «вино радует сердце»...

Ангел, перестань дурачиться. Ты ведешь себя как Кори! Джиллиан едва не рассмеялась вслух.

Все было замечательно. Музыка, огромный дом с пышными рождественскими украшениями. Компания. Девчонки то и дело обнимали Джиллиан и чмокали, будто они не виделись с ней целую вечность. Кое-кто из ребят тоже было рискнул, но ретировался под взглядом Дэвида. И это тоже было замечательно. Пусть все знают, что она пришла вместе с Дэвидом Блэкберном и что теперь он принадлежит ей. Ее статус поднялся выше крыши.

– Не хочешь осмотреть дом? – спросил Дэвид. – Я могу показать тебе верхний этаж, Мэкон разрешает.

Джиллиан взглянула на него:

– Тебе здесь скучно? Он усмехнулся:

– Нет, но я был бы не прочь остаться с тобой наедине на пару минут.

Они пошли наверх по длинной, покрытой ковром лестнице, по обеим сторонам которой на стенах висели картины. Комнаты на втором этаже были такими же красивыми, как и залы внизу: царственная роскошь вызывала благоговение. Это настроило Джиллиан на лирический лад. Музыка здесь была не такой громкой, а из-за обилия холодного мрамора вокруг она чувствовала себя как в музее.

Она смотрела в окно, в бархатную темноту с мерцающими огоньками.

– Знаешь, я рад, что ты не стала там пить, – тихо сказал Дэвид, стоя у нее за спиной.

Она обернулась, пытаясь прочесть его мысли по выражению лица.

– Но... ты был удивлен?

– Ну... ты иногда ведешь себя так по-взрослому... даже по-светски.

– Я? Я думала... это ты себя так ведешь. – «И именно это нравится тебе в девушках», – договорила она про себя.

Он отвернулся и рассмеялся:

– Ах да. Я же крутой! Дикий и неуправляемый. Мы с Таней обычно отрывались тут на славу. – Он пожал плечами. – Никакой я не крутой. Я всего лишь провинциальный парень, пробивающий себе дорогу в жизни. Я не ищу трудностей. И даже стараюсь избегать их, когда могу.

Джиллиан готова была рассмеяться в ответ на это заявление, но Дэвид был так серьезен, что она осеклась.

– Согласен, раньше я старался быть крутым, – помедлив, продолжал он, – и совершал поступки, которыми нельзя гордиться. Но, ты знаешь... я бы хотел измениться, если это возможно.

– Будто другая сторона твоей личности хочет проявить себя?

Он был поражен. Потом окинул ее взглядом с головы до ног.

– Да. Что-то в этом роде.

Джиллиан почувствовала неожиданное воодушевление.

– Я думаю, – сказала она медленно, собираясь с мыслями, – иногда людям нужно выразить все стороны своего «я». И только тогда они... становятся цельными.

– Да. Если это возможно, – с видимым сомнением проговорил он.

Джиллиан молча ждала продолжения. Она понимала: он хочет сказать ей что-то важное. У него была веская причина, чтобы привести ее сюда и поговорить с ней наедине.

– Есть что-то роковое... – проговорил он через минуту. – Я не чувствую себя чем-то целым. И правда в том... – В темноте комнаты Джиллиан был виден только его профиль. Дэвид наклонил голову, набрал в легкие побольше воздуха. – Ну да, это должно прозвучать даже глупее, чем я думал, но я все-таки скажу. Не могу не сказать.

Он повернулся к ней с решительным видом и... смутился.

– С того дня, когда я нашел тебя в снегу, у меня возникло чувство, что я не буду цельной личностью без... – Дэвид запнулся, – ...без тебя, – наконец выговорил он обреченно.

Ее сердце, казалось, выросло и заполонило собою весь мир. Джиллиан слышала, как его биение отдается эхом во всем ее теле.

– Я... – начала она.

– Я знаю. Я знаю, как это по-дурацки звучит. Извини.

– Нет, – прошептала Джиллиан. – Это не то, что я собиралась сказать.

Он уставился в окно. Потом повернулся к ней, и на его лице засветилась надежда.

– Я собиралась сказать, что я знаю.

Дэвид смотрел на нее так, словно боялся поверить собственным ушам.

– Правда?

– Мне кажется, что и я тоже...

Он придвинулся к ней совсем близко, она вскинула руки и невольно обняла его за шею. Странно, но Джиллиан тянуло к нему не только физически... ее душа стремилась к нему. Они принадлежали друг другу.

Дэвид обнял ее. Это было невероятно и в то же время абсолютно естественно. Глаза Джиллиан закрылись, и она прижалась головой к его плечу. Всего лишь простое объятие, но оно значило для них так много.

Новое чувство поразило ее. Ей казалось, что, если она вдруг заглянет в глаза Дэвида, весь мир преобразится...

Детка, – прозвучал в ее ухе тихий голос, – очень жаль, но придется мне прервать эту сцену. Тебе нужно срочно спуститься вниз, в комнату хозяйки дома.

Джиллиан почти ничего не услышала и не обратила внимания на его слова.

Джиллиан! Тебе действительно придется спуститься вниз. Там происходит нечто такое, о чем тебе следует знать.

Ангел?

Скажи ему, что вернешься через пару минут. Это очень важно!

Она не могла игнорировать его требование. Джиллиан шевельнулась.

– Дэвид, мне нужно уйти на секунду. Я скоро вернусь.

Дэвид кивнул:

– Конечно.

Джиллиан высвободилась из его рук, но она все еще ощущала его объятия.

«Ангел велел, значит, причина должна быть важной!» Выйдя на свет, она зажмурилась.

Спустись вниз и иди прямо до конца коридора. Там спальная комната родителей Мэкона. Войди в нее. Не включай свет.

Спальня была похожа на пещеру, темную, полную таинственных силуэтов, напоминающих спящих мамонтов. Джиллиан с ходу наскочила на угол тяжелой кровати.

Осторожнее! Видишь вон там полоску света?

В глубине комнаты сквозь щель под дверью пробивался свет. Дверь была закрыта.

И заперта. Там ванная. Теперь вот что ты сделаешь. Иди осторожно направо вдоль стены, там еще одна дверь. Я хочу, чтобы ты тихонечко открыла ее и вошла.

Что?!

Ангел терпеливо объяснил:

Зайди в кладовую и прижмись ухом к стене.

Джиллиан закрыла глаза. Затем на ощупь, как настоящий вор, она медленно повернула ручку двери и юркнула в темную комнату.

Это было очень просторное кладовое помещение, очень длинное и душное из-за одежды, развешанной по стенам. Джиллиан поняла, что она зашла слишком далеко, вторглась в чужой мир, нарушила частные владения. В этот момент Ангел остановил ее.

Так, хорошо. Это здесь. Приложи ухо к левой стене.

Джиллиан с закрытыми глазами – так ей было легче двигаться в абсолютной темноте – пролезла между каким-то длинным платьем в полиэтилене и чем-то тяжелым из бархата. Зарывшись со всех сторон в одежду, она прислонилась головой к стене, и ее ухо коснулось деревянной обшивки стены.

Ангел, я не могу поверить, что все это делаю. Я чувствую себя на редкость глупо. Я боюсь... вдруг кто-нибудь обнаружит меня здесь?..

Ты будешь слушать, наконец?!

Сначала удары ее собственного сердца заглушали все остальные звуки. Но потом она услышала два голоса, тихие, но отчетливые, и узнала их.


Глава 8 | Темный ангел | Глава 10