home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4.

ДАМА В СЕРОМ

Во время войны Энтони познакомился с Сибиллой Мартин. Он называл ее «дамой в сером», ибо она, по словам мужа, почти всегда носила только серые платья. (Цвет этот был, между прочим, ей весьма к лицу).

Дочь обедневшего аристократа, она отличалась необычайно благородной красотой и внушала Энтони благоговение, близкое к страху: такое чувство могут внушать античные статуи; то была красота античной богини.

Ее муж, полковник Джим Мартин, был командиром Тони и для своего подчиненного всегда оставался веселым и преданным другом. Во время одной из неприятельских атак Джим Мартин был смертельно ранен. Когда Энтони на себе тащил своего друга на перевязочный пункт, полковник Мартин скончался. Его последними словами были:

— Не оставляй мою жену… Сделай для нее все, что можешь!..

Энтони не забыл о предсмертном завещании друга и решил навестить «даму в сером», снимавшую уютную квартиру в доме на Керзон-стрит.

Она встретила Энтони удивительно холодно и надменно.

Он невнятно пробормотал несколько приветственных слов и спросил ее, не может ли чем-нибудь быть ей полезен.

«Дама в сером» любезно поблагодарила Энтони, решительно отклонив его помощь. За завтраком она вела разговор о самых невинных вещах, и смущенный Энтони поспешил как можно скорее откланяться.

После этого он видел Сибиллу Мартин еще два раза.

Первый раз — в дни самой ужасающей бедности: она проехала мимо, видимо, не узнав и не сразу ответив на его поклон, в щегольском автомобиле, когда он, голодный, уныло брел по Пикадилли. На ней было светло-серое пальто и прелестная серая шляпка, очень шедшая к ее пепельно-русым вьющимся волосам.

Во второй раз Тони увидел красавицу в вестибюле одною из модных театров. Смокинг Тони сидел на нем безукоризненно.

Она приветливо кивнула ему.

— Мне кажется, я мельком видела вас на улице, мистер Ньютон, — промолвила она, величественно протягивая руку. Я так была погружена тогда в свои мысли, что но сразу узнала вас… Буду очень рада, если вы как-нибудь навестите меня.

— Я буду счастлив… — с поклоном ответил Энтони.

Он вдруг вспомнил своего мертвого друга и подумал, что полковник Мартин мог быть спокоен: жена его, видимо, не испытывала нужды. Достаточно было взглянуть на ее туалет и бриллианты в ушах.

Поклонившись «даме в сером», Энтони заметил приближающегося к ним маленького лысого человека в смокинге и очках в тонкой золотой оправе.

— Черт возьми! Джебюрн? — невольно вырвалось у Тони.

Фото Джебюрна находилось в его «иконостасе» знаменитых мошенников на одном из видных мест, хотя сам этот джентльмен предпочитал всегда оставаться в тени.

Когда-то в Дувр приехал безвестный австрийский эмигрант с двадцатью кронами в кармане и с презрением к своему отечеству в душе. Фамилию свою — Джебюрн — он увидел впервые на указателе дуврской набережной в тот памятный день, когда очутился здесь.

Со временем мистер Джебюрн разбогател; способы, которыми он нажил свое состояние, не лишены были известной оригинальности. Он основал в Лондоне целый ряд клубов, для чего в различных кварталах Вест-Энда покупал или снимал меблированные или немеблированные дома, нанимал штат слуг из бывших своих соотечественников и непременно привлекал в качестве почетных гостей обедневших аристократов. В каждом клубе была неизменно любезная, прекрасно воспитанная хозяйка, принимавшая гостей. Первые этажи были отведены под дансинги для молодежи. Во втором же, куда допускались лишь избранные, шла крупная игра в «тридцать и сорок».

Официально имя Джебюрна не было связано ни с одним из его клубов. Никто из приглашенных, например, на танцевальный вечер к миссис Девидсон, не знал, что очаровательной хозяйке не принадлежит ни один стул из всего роскошного убранства особняка на Флавери-гарденс; никто из гостей не подозревал и того, что она получала тысячу фунтов в год от маленького лысого человека, жившего в небольшой, но уютной квартире в совсем другой части города.

Вполне естественно, что гости, собравшиеся на танцы, попадали и в верхний этаж.

Крупье, заведовавшие игрой, были, конечно, людьми мистера Джебюрна. Их труд оплачивался несравненно лучше, чем труд хозяйки дома. И неудивительно: эти господа ловким движением рук умели переместить карту и повернуть в пользу хозяина «колесо фортуны».

Несмотря на огромные расходы по содержанию штата служащих, каждый игорный дом приносил Джебюрну чистых двадцать тысяч фунтов в год.

Полиция, конечно, ни к чему не могла придраться: хозяйкой в каждом доме была всеми уважаемая дама, игра велась между друзьями и знакомыми, а законы Соединенного Королевства, как известно, охраняют неприкосновенность частной собственности.

Тони заинтересовала встреча в театре, и в один из ближайших дней он отправился на чай к «даме в сером».

— Джебюрн?.. — переспросила красавица. — Да, я немного знакома с ним… Он забавный рассказчик… Знаком со многими знаменитостями. Вам, вероятно, показалось странным, что я его поджидала в театре?

Энтони улыбнулся.

— Я никогда не задумываюсь над такими вещами… — ответил он. — Ведь вы не очень дружны с ним?

— Нет, конечно.

В торопливом ответе миссис Мартин проскользнул испуг.

Впрочем, она тотчас же овладела собой и продолжала спокойно:

— Мы собирались в театр целой компанией… Леди Мембюри взяла ложу и пригласила меня… К сожалению, трое, в том числе и леди Мембюри, заболели гриппом… Такая досада!

Энтони облегченно вздохнул.

— Мне кажется, вы недолюбливаете мистера Джебюрна? — спросила миссис Мартин: от нее не ускользнул этот вздох.

— Очень уж сомнительна его репутация… — уклончиво ответил Тони.

— Вот как? — изумилась она. — Что же именно ему ставят в вину?

— Как вам сказать, — замялся Тони. — Его имя связывают как-то с игорными домами.

— И это… общее мнение? — спросила она, помолчав.

— Я бы этого не сказал… — Скорее — мое личное впечатление…

Снова наступило молчание.

— Какая пошлость! — промолвила, наконец, миссис Мартин. — А мистер Джебюрн знаком с вами?

Энтони должен был сознаться, что мистер Джебюрн и не подозревает о его существовании.


Через три дня после разговора с миссис Мартин, Тони столкнулся с этим джентльменом в одном дорогом ресторане, где мистер Джебюрн постоянно обедал, — метрдотель всегда сохранял для него угловой столик.

К этому-то столику и подсел Энтони. Он, видимо, был сильно навеселе и заплетающимся языком пробормотал:

— У меня на родине нет обычая сохранять столики для важных клиентов… У нас все люди равны…

— Вы — американец? — спросил заинтересованный Джебюрн, оглядывая Тони через стекла очков.

— Вы угадали, — рассмеялся Энтони. — И я жду не дождусь, когда вернусь к себе на родину… Лондон — просто скучнейшая дыра… Негде потратить деньги, черт возьми… На будущей неделе я удираю в Париж… Быть может, там удастся повеселиться…

Мистер Джебюрн живо заинтересовался новым знакомым.

— Все зависит от того, что называть весельем… — осторожно заметил он. — Вкусы бывают различные… Всюду можно повеселиться, если есть деньги… Быть может, вы стеснены в средствах?

— Ну уж нет! — вскрикнул Тони, швырнув на стол пригоршню крупных кредиток. — За этим дело не станет… Подумайте, сегодня я хотел развлечься в покер у себя в отеле… и не мог найти партнеров! Все завопили, что я играю слишком крупно, что здесь не игорный дом и тому подобную ерунду…

Мистер Джебюрн оглядел зал: за одним из соседних столиков обычно сидел «свой человек». Он подозвал его и объяснил:

— Позвольте вас познакомить с моим приятелем мистером…

— Смитом из Нью-Йорка… — подсказал Тони.

— Мой приятель Девидсон — лондонский старожил, — продолжал Джебюрн. — Он с удовольствием покажет вам город… Ведь и в Лондоне можно повеселиться, не так ли, мистер Девидсон?

Поверх очков он многозначительно взглянул на Девидсона.

— Вы надолго пожаловали в Лондон? — тотчас осведомился мистер Девидсон.

— Не знаю, — зевая изрек тот. — Я здесь решительно умираю со скуки…

— О! После сегодняшнего вечера, надеюсь, вы перемените мнение о нашей столице, — усмехнулся Девидсон. — Поехали!

Через несколько мгновений Тони сидел в автомобиле своего нового знакомого.

— В Лондоне много мест, известных лишь старожилам, — с лукавой усмешкой пояснил ему дорогой мистер Девидсон. — Я познакомлю вас сейчас с моим другом, мистером Вестбюри…

— Вы очень любезны, — пробормотал Тони.

— Мне приходилось так часто встречать совершенно исключительное радушие со стороны американцев, что я счастлив отплатить… — оживленно добавил его собеседник.

Вскоре они подъехали к большому особняку на Кадоган-гарден.

В большом зале были танцы.

Девидсон взял Тони под руку и повел по широкой мраморной лестнице наверх.

— Здесь идет небольшая игра, — небрежно пояснил он, вводя Энтони в игорный зал. Не советую вам принимать в ней участие: в азартных играх легко проиграться…

Клубы мистера Джебюрна делились на разряды: в этом клубе ставки были невелики.

Услышав слово «небольшая», Тони громко запротестовал.

— Я позволю себе отвезти вас в другой дом, — торопливо предложил его любезный спутник. — Сегодня как раз танцевальный вечер у миссис Крессельвайт около Беркли-сквер.

Энтони согласился и вскоре очутился в еще более богато обставленном доме. В первом этаже также танцевала нарядная молодежь.

Наверху вокруг зеленого стола сидело человек пять-десять: тут играли в «тридцать и сорок».

— Здесь ставки уже выше, — пояснил спутник Тони. — Однако они не должны превышать пятидесяти фунтов…

…В три часа утра Тони распростился со своим новым приятелем: он проиграл сто фунтов, но зато ознакомился с четырьмя игорными притонами мистера Джебюрна.


Друзья Тони собирались в его конторе в Сити. С тех пор как «дела» Тони пошли на лад, у него всегда здесь были припасены бутылка виски и ящик с сигарами. Утопая в клубах дыма, молодые люди вспоминали совместную службу во время войны; но все чаще здесь речь шла о том, как заработать деньги.

На следующий день после своего проигрыша, Энтони, придя в контору, застал там пятерых приятелей. Он с грустью окинул взглядом поношенные плащи и костюмы своих однополчан.

— Куда вы все запропастились? Рад, что пришли, — улыбнулся он. — Я уже собирался вас разыскивать, ребята.

— В чем дело, Тони? — поинтересовался Билл. — Новый гениальный план? — Билл всегда гордился тем, что на этих встречах он присутствует на равных с друзьями своего патрона.

Энтони сел за письменный стол. Все разместились вокруг и приготовились слушать.

— Как вам известно, — начал Тони, — богатства наживаются честными и нечестными путями… Оставим в стороне честных богачей и ополчимся против воров и мошенников… Они не станут беднее, если часть награбленных ими барышей перейдет в наши дырявые карманы…

— Золотые слова, Тони!.. — воскликнул Боб. — Ты уже нашел «жертву»?

— «Жертву» можно видеть ежедневно за обедом в ресторане Парони, — усмехнулся Тони. — Отъявленный негодяй, шантажист и мошенник. Его следует проучить, Боб…

Он попеременно взглянул на каждого в отдельности и негромко произнес:

— Для этого мне срочно понадобится ваша помощь, ребятки. Но предупреждаю: путь, на который вы вступаете, не усыпан розами, скорее чреват тюрьмой… Все же симпатии всех честных людей будут на вашей стороне… Так кто пойдет со мной?..

В следующую же ночь, когда улицы были уже почти пустынны, к особняку на Кадоган-гарден подъехал автомобиль. Из него вышли пять бравых молодцов.

Тони позвонил в дверь. На пороге появился лакей в ливрее. Он и пикнуть не успел, как один из молодцов зажал ему рот кляпом и связал.

Другой бравый молодец встал на страже у дверей танцевального зала. Остальные быстро поднялись наверх.

— Ни с места!.. — скомандовал Тони, стоя на пороге комнаты, где шла игра в «тридцать и сорок». — Вы арестованы… Сержант, займитесь этим джентльменом. — Он указал взглядом на растерявшегося крупье.

Женщины забились в истерике и были близки к обмороку. Мужчины громко выражали негодование… Однако никто не оказал ни малейшего сопротивления.

Энтони вынул большой мешок и спокойно сгреб туда весь банк. В это время его приятели связали слуг и заперли их в чулане.

— Итак, джентльмены, мне известны ваши имена и адреса, — продолжал Тони, обращаясь к игрокам. — Однако арестовывать вас сегодня я не намерен… Тем не менее, вы останетесь здесь, пока сержант у дверей не выпустит вас. Надеюсь, сегодняшний урок пойдет вам впрок.

Несколько минут спустя автомобиль подкатил к особняку на Беркли-сквер.

Лакей в ливрее не сопротивлялся… Энтони быстро взбежал по лестнице и… остановился как вкопанный…

За зеленым столом сидели Джебюрн и «дама в сером». Она вскочила и широко раскрытыми от ужаса глазами воззрилась на Тони.

Джебюрн не растерялся.

— В чем дело? — спокойно спросил он, подходя к Энтони.

Ответа не последовало.

Тони быстро сгреб деньги с зеленого стола и подошел к оцепеневшей Сибилле Мартин.

— Мне нужно поговорить с вами, — сказал он негромко.

Она покорно последовала за ним в коридор.

— Что вы здесь делаете, миссис Мартин? — спросил Тони.

— Я… Я… новая хозяйка дома… — прошептала растерянно «дама в сером».

— Новая хозяйка дома? — удивленно повторил Тони. — Что вы этим хотите сказать?

— Я… задолжала мистеру Джебюрну, — избегая глядеть на Тони, прошептала она. — В его руках оказались мои векселя на три тысячи фунтов.

— Но… я думал… — начал Тони.

— Вы думали, я богата? — горько усмехнулась «дама в сером». — Но бедный Джим оставил мне очень мало, и я… давно истратила все эти деньги.

— Истратили здесь, — уточнил он, указывая глазами на дверь.

Она грустно кивнула.

— Пожалуй, я помогу вам, миссис Мартин. В память о моем погибшем друге, — холодно бросил Тони и быстро вернулся в игровую комнату.

Джебюрн был вне себя от гнева. Он потрясал кулаками и грозил всевозможными карами «этим разбойникам и ворам».

— Где векселя миссис Мартин? — прервал Тони поток нецензурной брани.

— А вам что за дело?.. — прохрипел разъяренный Джебюрн.

— Слушайте меня внимательно, Джебюрн. — негромко начал Тони. — Если вы тотчас же отдадите мне эти векселя, я не буду поднимать шума и выведу своих людей из этого дома… Если же вы будете продолжать скандалить, то вам придется тотчас вернуться в свое отечество.

Джебюрн размышлял не более секунды.

— Я согласен отдать вам векселя, — ответил он. — Но как же быть с деньгами… которые вы взяли?

— О, не беспокойтесь… Деньги пойдут на доброе дело — в фонд бывших защитников отечества! — усмехнулся Тони.


Глава 3. КЛАД | Бандит | Глава 5. ЭНТОНИ СТАНОВИТСЯ БУКМЕКЕРОМ