home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9.

ВЫБОРЫ В БЕРСТЕДЕ

Тони не переставал удивляться, как до сих пор он мог обходиться без секретаря. Линда была не только исполнительна и аккуратна, но и инициативна. Она быстро навела порядок в бумажной неразберихе: для удобства у нее все объявления сортировались по отдельным папкам. Тони подумывал повысить ей жалованье.

Как правило, день начинался с отчета Линды о новостях в утренних лондонских газетах; особое внимание в них уделялось рекламным колонкам о продаже.

В тот октябрьский понедельник мисс Портленд решила ознакомить шефа сперва с новостями из других частей страны.

— Это важно, мистер Ньютон? — Она положила на стол две газетные вырезки.

— О, если бы знать заранее… — Тони закатил глаза.

В первом объявлении сообщалось о продаже местной еженедельной берстедской газеты «Ракета» (громадный тираж, блестящее будущее).

Во втором говорилось о том, что житель городка Берстед, консерватор, мистер Джозеф Лонгвирт выставил свою кандидатуру на выборы в парламент.

…С Лонгвиртом они когда-то вместе учились в школе. Тони живо припомнил взрослого Лонгвирта — молодого и богатого щеголя. О своей последней встрече с ним Тони старался никогда не вспоминать. Он обратился к Денди (школьная кличка Лонгвирта) за помощью в самое трудное для себя время. В ответ получил полное безразличие и холодный отказ.

Тони поднял взгляд от газеты. Он не был злопамятен, однако строптивого Лонгвирта стоило проучить. Решение созрело мгновенно. Тони встал.

— Я ненадолго уеду, мисс Портленд. Надеюсь, все будет в порядке.

— Не сомневаюсь, — спокойно ответила Линда.


Через полтора часа с небольшой дорожной сумкой в руке и билетом в кармане он стоял на перроне Ватерлоо, наблюдая за медленно приближающимся поездом на Берстед. Неожиданно в одном из пассажиров, которые ожидали посадки, Тони узнал Джозефа Лонгвирта. Когда Лонгвирт вошел в вагон, Тони последовал за ним и открыл нужное купе.

— Привет, Денди, — негромко произнес Тони.

— Ньютон! — смущенно отозвался Лонгвирт.

— Как поживаешь? Как идет тряпичная торговля?..

Новоявленный кандидат в парламент густо покраснел: его отец нажил огромное состояние, торгуя утилем.

— Я слышал о твоих делишках, Ньютон, — саркастически усмехнулся Лонгвирт. — Отрадно слышать, когда твои друзья выходят в люди… Надеюсь, и мне повезет: я выставил свою кандидатуру в парламент…

— Я читал об этом, — заметил Тони. — И кто же твой соперник?

— Так, ничего серьезного… — ответил Лонгвирт, скорчив презрительную гримасу. — Ни гроша за душой… Очень вероятно, что он снимет свою кандидатуру…

Тони весело подмигнул.

— За что ему будет заплачена кругленькая сумма, не так ли?

Лонгвирт добродушно усмехнулся.

— Взятка? Только безумец решился бы на такое! — ответил он, также подмигнув.

— Я вижу, ты уже вкусил от сладости «честной политики», — рассмеялся Тони, — Между прочим, ты, вероятно, слышал о местной газете «Ракета»?

— Ну, еще бы! Она принадлежит старому ослу Мерклю…

И воодушевленно добавил:

— Я буду самым молодым членом парламента, Тони…

— Вот как! Значит, ты серьезно думаешь попасть в парламент? — усмехнулся Тони.

Лонгвирт удивленно взглянул на него.

— Денди, ты помнишь нашу последнюю встречу?.. — тихо, с расстановкой спросил Тони.

Денди виновато улыбнулся.

— Как будто припоминаю… У меня плохая память на лица, Ньютон…

— В тот раз ты не только видел меня, но и говорил со мной… — продолжал Тони. — Ты даже посоветовал мне пойти в рабочий дом… Тогда я был голоден, и у меня не было пристанища… Запомни, Денди, что ты себе в тот день и час подписал приговор…

В этот момент дверь купе распахнулась, и на пороге показался запыхавшийся маленький лысый человечек.

— Черт побери! — ворчливо пробормотал он.

— Что-нибудь случилось? — учтиво осведомился Тони.

— Нет, благодарю вас, — ответил незнакомец и, вскинув голову, пристально немигающе воззрился на Тони.

— В первое мгновение мне показалось, что лицо ваше несимметрично, — воскликнул он. — Теперь я убеждаюсь, что это лишь игра света и тени… Прошу прощения… Мне редко приходилось видеть столь правильный овал лица.

Тони скромно потупился.

— Разрешите мне ответить и вам таким же комплиментом? — еле сдерживая улыбку, спросил он.

— Нет, сэр, не разрешаю, — обронил незнакомец. — Нижняя челюсть у меня сильно выдается, правое ухо больше левого и скулы далеко не симметричны… Знаменитые физиономисты утверждают, что человек с моим лицом не может быть вполне нормальным…

Тут взгляд его упал не ошеломленного Лонгвирта.

— Боже милостивый! — завопил лысый. — Какой прекрасный образец…

— Вы меня сильно заинтересовали, — заметил Тони. — Быть может, вы поясните свою мысль?

Лонгвирт застыл на месте с открытым ртом.

— Низкий лоб свидетельствует о мало развитом интеллекте, — наставительно начал физиономист. — Оттопыренные уши указывают на наклонность к преступлениям… Я попрошу вас повернуться в профиль, сэр…

— Да вы с ума сошли! — возмутился Лонгвирт, наконец, обретший дар речи.

— Вот и объяснение оттопыренным ушам… Неустойчивость… Отсутствие сдерживающих центров…

— Я — Джозеф Лонгвирт из Летберо Манор, — раздраженно перебил его Денди.

— А я — доктор Крейфильд из психиатрической лечебницы Крейфильда, — без тени смущения представился он. — Позвольте… Вы сказали Лонгвирт? Кажется, один из ваших родственников отравил свою мать…

— Вы ошибаетесь, сэр! — вне себя от гнева воскликнул Лонгвирт.

— Ты в этом уверен, Денди? — переспросил Тони.

— Ну, еще бы! — закричал взбешенный Лонгвирт. — Что за дурацкие шутки!.. Вы оба ненормальные!..

Доктор Крейфильд многозначительно переглянулся с Тони.

— Прошу учесть, сэр, что вы говорите с будущим членом парламента, — горделиво добавил Денди.

Доктор вопросительно взглянул на Тони. Тот покачал головой и несколько раз многозначительно дотронулся пальцем до своего лба.

— Все люди ненормальны, — вот моя теория!.. — воскликнул доктор. — Это доказано многочисленными опытами… Вы, сэр — он обратился к Тони, — единственный нормальный человек, встреченный мной сегодня. — Вы едете в Берстед… Отлично… А я еду в Ларчле — двумя станциями дальше… Вы живете в Берстеде?

— Пока нет… Я собираюсь купить газету «Ракета» и поселиться там…

Лонгвирт насторожился.

Поезд уже подъезжал к Берстеду, и приятели довольно холодно расстались, пожелав доктору счастливого пути.

— На расстоянии двадцати миль вокруг нет более популярного органа! — любил повторять издатель и владелец «Ракеты» мистер Меркль. Он забывал при этом добавить, что во всем округе не было никакого другого печатного органа.

«Ракета» продавалась в писчебумажном магазине мистера Меркля, а печаталась в сарае за домом. Объявления для очередного номера принимались в магазине чуть не до самого выпуска газеты. Если же объявление бывало большое и выгодное, оно принималось и позже обычного срока; машина останавливалась, объявление набиралось, и печатание начиналось снова.

Мистер Меркль был плотный, невысокий джентльмен лет шестидесяти с маленькой седой бородкой клинышком.

В субботу после обеда он стоял на пороге своего магазина (он же — редакция и контора) на Хай-стрит, задумчиво посасывая сигару и рассеянно глядя по сторонам. Рядом с Мерклем стоял его приятель, иногда помещавший объявления в «Ракете».

Мистер Меркль мгновение помолчал и восхищенно продолжал:

— Про объявление на первой странице не может быть и речи… Ведь места так мало… А от желающих нет отбоя: тут и кондитеры, и автосервис, и магазин готового платья, всех не перечесть… Но за тридцать пять шиллингов я вам, как старому другу, отдаю предпочтение.

Приятель поспешил откланяться.

Мистер Меркль печально взглянул ему вслед и вернулся в свой магазин.

Тони подошел к нему.

— Чем могу быть полезен? — любезно начал хозяин.

— Я прочел ваше объявление о продаже «Ракеты», — деловито начал Тони.

Меркль пригласил его в свой кабинет.

После часового торга, хозяин начал с пафосом:

— Я не продал бы «Ракеты» и за миллион… Но должен сознаться, мне надоела политика… Я схожу с арены общественной и политической деятельности и согласен уступить вам издательство, если вы будете платить мне двенадцать шиллингов еженедельно за контору и десять процентов со всех объявлений…

Таким образом Тони сделался издателем «общественно-политической еженедельной газеты».

Джозеф Лонгвирт при этом известии слегка поморщился: он ожидал подвоха…

Тони принялся за новое для него ремесло журналиста с рвением ребенка, получившего на Рождество заводного лягушонка.

После двух рядовых номеров «Ракеты» началась предвыборная кампания. Тихий маленький городок превратился в «арену борьбы партий».

Первая предвыборная статья, появившаяся в «Ракете», восхваляла заслуги, литературные дарования, административные способности и политическую честность… мистера Меркля. Автором этой статьи был сам мистер Меркль.

Вторая предвыборная статья живописала достоинства мистера Лонгвирта. Ее написал Тони.

В эти дни, шатаясь по Хай-стрит, Тони встретил Джозефа Лонгвирта. Денди был чем-то сильно озабочен.

— Знаешь, Тони, — обратился он к приятелю. — Похоже на то, что этот старый хрыч действительно хочет пролезть в парламент… — Он не стеснялся в выражениях.

— Очень тебе сочувствую, — ответил Тони. — И сделаю все от меня зависящее, чтобы эта кампания стоила тебе подороже. Впрочем, мистер Меркль может снять свою кандидатуру, ему ведь вся эта шумиха не стоит ни полпенса; он сам и пишет и печатает свои статьи.

Денди сердито нахмурил брови.

— И какого черта, Ньютон, ты здесь околачиваешься? — недоумевал сын тряпичника. — Я было подумал, что ты купил «Ракету» для нападок на меня, однако твоя статья обо мне в высшей степени пристойна…

— Настоящая причина моего приезда сюда обнаружится позже… — усмехнулся Тони. — Лучше расскажи, как ты собираешься поступить с Мерклем?..

— Черт… Придется все-таки откупиться… — вздохнул Лонгвирт. — Как ты думаешь, сколько он запросит?..

— Спросишь у него сам…

В тот же вечер состоялось свидание двух кандидатов-соперников, в результате которого мистер Меркль отказался от предвыборной борьбы с мистером Лонгвиртом. Успокоенный Лонгвирт отбыл в свое поместье Летборо Манор.

До выборов остались считанные дни…

В это время Тони развернул свою предвыборную кампанию. Со страниц «Ракеты» ее владелец рассказывал о себе, между строк намекая о перспективах, которые откроются перед городком в результате именно его, Энтони Ньютона, членства в парламенте. Он не гнушался дом за домом обходить жилища берстедцев. Вечером Тони заходил в бар и за кружкой пива охотно выслушивал всех желающих высказаться. Люди смотрели на него с любопытством и одобрением…

Накануне выборов Джозеф Лонгвирт вернулся в Берстед. В лучшем номере отеля он дописывал предвыборную речь, когда ему вручили плотный конверт. На нем было крупно начертано: «Строго конфиденциально!»

Распечатав, Лонгвирт прочел письмо дважды.



«Сэр!

Возникла серьезная угроза правительственного кризиса. Мы решили собраться тайно в Мальби-хауз, Блэкмонд. Ваше присутствие необходимо. Ввиду того, что собрание носит строго конспиративный характер, не называйте никого по имени. По приезде скажите, что вы — маршал Фош, и прибыли на встречу с греческим королем. Это пароль. Помните: один неосторожный шаг нас всех погубит.

Т. Н. (член парламента)».

Мистер Лонгвирт был весьма горд таким знаком внимания со стороны правительства. Недолго думая, он сел в автомобиль и, зашторив окна, тронулся в путь…

Мальби-хауз оказался большим белым домом, окруженным старинным парком. Автомобиль въехал в широкие ворота и остановился возле крыльца.

На крыльце стоял санитар.

— Я — маршал Фош, прибывший на встречу с греческим королем… — без запинки произнес Денди.

— Отлично, ваше превосходительство. Вас ждут. Потрудитесь войти…

Лонгвирт очутился в большой светлой комнате. Дверь отворилась, и из нее вышел маленький лысый джентльмен, лицо которого показалось Лонгвирту на удивление знакомым…

— Я — маршал Фош, прибывший на встречу с греческим королем… — нетерпеливо повторил Денди.

Доктор Крейфильд излучал радушие.

— Отлично, маршал… Сейчас вы увидите его… — воскликнул он. — …а также королеву Елизавету и индийского магараджу…

Он позвонил. В двери выросло двое дюжих санитаров.

— Палата номер восемь, — распорядился доктор.

Джозеф Лонгвирт гордо последовал за ним…


День выборов выдался на удивление ясным и солнечным.

К полудню на выборы приехал Тони Ньютон, тепло встреченный берстедцами.

К вечеру большинством голосов Энтони Ньютон был избран членом парламента от Берстеда.

В то же время трое адвокатов добивались освобождения Джозефа Лонгвирта из психиатрической лечебницы. Лонгвирт был взбешен.

— Не принимайте близко к сердцу, — успокаивал его доктор. — Поставьте себя на мое место: человек называет себя маршалом Фошем и приезжает на аудиенцию у коронованных особ… Что мне оставалось делать?..

— Я на вас в суд подам!.. — кипятился Джозеф Лонгвирт. — Я сделаю о вас запрос в палате!.. Я лишу вас практики!..

…Однако Тони Ньютон отсоветовал ему делать это.

— Я крайне сожалею обо всем случившемся, Денди, — улыбнулся он. — Ты все равно бы проиграл, если бы история с подкупом Меркля получила огласку. Прощай, приятель!.. Как-нибудь загляни ко мне в Вестминстер: я покажу тебе палату общин…


Глава 8. «КЛУБ РЫБОЛОВОВ» | Бандит | Глава 10. ШУТНИК