home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Недоброжелатели говорили, что имя мистера Крюва напоминает название станции. Другие смутно помнили те дни, когда дела его шли плохо и он постоянно околачивался у биржи, и в конце концов им заинтересовалась полиция. Тогда его звали просто Билли. Он всегда выделялся своей убогой одеждой, жил скромно, явно нуждаясь в средствах. Но, на удивление, хорошо знал акции рудников. Ему нельзя было отказать в незаурядных способностях, о которых догадывался мало кто из его знакомых.

Мистер Крюв вспоминал те времена и содрогался от неприятных воспоминаний. Он рассуждал об этом, сидя в библиотеке, в своем доме, который приобрел не вполне обычным путем. Сколько он будет еще им владеть? Разве рисунок загадочной пернатой змеи не вещее предзнаменование? Не рок?

Было шесть часов вечера, когда Дафнис Ольройд возвратилась от Грегори Брейка. Мистер Крюв еще ничего не знал о решении своего секретаря. Сегодня он вернулся раньше обычного, так как ждал посетителя. Он открыл сейф и достал оттуда какую-то грязную бумажку. Прочел ее и быстро спрятал в карман пиджака при появлении слуги. Крюв сделал вид, что очень занят и, будто не заметив его, позвал.

— Этот человек еще не пришел?

— Нет, сэр.

Крюв потер виски.

— Когда он придет, сразу же приведите его ко мне. И не спускайте с него глаз, потому что это бывший каторжник, которого я знал еще честным человеком. Вы все поняли? Идите и сразу тащите его сюда.

— Хорошо, сэр.

Прошло десять минут, которые мистер Крюв постоянно выверял по часам. Но вот открылась дверь, и слуга пропустил в комнату посетителя. Это был лысый человек, низкорослый, в оборванной одежде. Однако сапоги на нем были начищены. Его лицо было красиво, но подбородок портили большие рубцы, а взгляд недоверчиво блуждал по комнате. Слуга в нерешительности постоял, затем вышел.

— Мое имя Хюг — Гарри Хюг, — сказал посетитель.

Крюв повернулся к нему лицом.

— Два месяца тому назад я получил от вас письмо, — заговорил он. — Я не ответил, потому что забыл того человека. Но теперь обстоятельства заставили меня вспомнить и обратиться к вам. Его звали Лен!

Хюг утвердительно кивнул. Он одиноко стоял посреди комнаты. Хозяин не предложил ему сесть. Слишком уж грязным был этот человек. У Крюва в доме все блестело.

— Лен, Вильям Лен. Он отсидел в тюрьме шесть лет за подделку денег.

— Фальшивомонетчик?

— Да, он подделывал банкноты. Его арестовали дома за печатным станком. Он получил шесть лет. Это было его первое преступление. Старый Беттерсби всегда выносил такой приговор. Более мягкого наказания он никогда не назначал. Лен был тихий человек. В Дартмурте мы сидели в одном корпусе. За все это время он ни разу не заболел и был всегда очень спокойным парнем. В тюрьму нас привезли в один и тот же день. Меня осудили за то, что я залез в какой-то дом. И освободили нас в один и тот же день. Вы же знаете, какие порядки в тюрьмах. А он был тихим парнем.

— Он когда-либо упоминал мое имя?

Хюг покачал головой.

— Нет, сэр, никогда. Мы направились в Лондон, и я пригласил его к моим родственникам, которые жили в Болтоне. Я это сделал потому, что у Лена не было родных. Но оказалось, что мои родственники уже давно переехали. Поэтому мы шли по дороге из Болтона. Прямо там, на дороге, он и умер.

Посетитель достал из кармана бумагу, которую Крюв буквально вырвал у него из рук. Это был долгожданный документ, удостоверяющий смерть Вильяма Лена.

— Незадолго до смерти, когда мы уже шли по дороге из Болтона, он мне сказал: если со мной что-нибудь случится, зайди к Лейгестеру Крюву и скажи ему, чтобы он не забывал о пернатой змее! Я решил выполнить его последнюю волю.

— Пернатой змее? — Крюв тяжело задышал. — Вы хорошо это запомнили?

Гарри Хюг снова кивнул.

— Да, хотя это для меня было довольно трудно.

— Больше он ничего не сказал? Может быть, он говорил вам еще о ком-нибудь?

— Нет, сэр. Он только повторил: скажи ему, чтобы не забывал про пернатую змею.

Это ровным счетом ни о чем не говорило. Крюв и прежде ничего не слыхал о пернатых змеях. Однако его сердце учащенно забилось, так как он понял, что между мертвым Леном и этим фантастическим змеем существовала непосредственная связь. Крюв никогда еще не был в таком напряжении.

— Когда вы оставили мое письмо без ответа, я подумал, что Лен просто свихнулся, — продолжал Хюг. — Мне он очень нравился, я его просто любил за то, что он как-то спас меня от смерти. Мне просто повезло. Я был бы уже покойником, если бы по счастливой случайности Лен не оказался в одной тюремной больнице со мной.

— Так значит, он умер? — еще раз спросил Крюв. — Вы хорошо знали его? Он был вашим приятелем?

— Знал ли я его? Я его знал так, как свою правую руку, — презрительно сказал Хюг. — Я лично присутствовал при его похоронах.

— У него были родственники?

Хюг ответил отрицательно.

— Никогда о них от него не слыхал. Только о пернатой змее. Больше я ничего не знаю. Но он мне это говорил совершенно серьезно и совсем не был похож на сумасшедшего.

Мистер Крюв ходил по комнате, как ошалелый, низко наклонив голову, скрестив руки на груди. Значит, карточки с печатью в виде змеи не были шуткой! Нападение на Эллу имело глубокий и таинственный смысл. Если Лен жив, то он нападет не только на Эллу, Паулу Отейнс, Джо Фармера, но и на него! Было от чего призадуматься. Их жизни служили ставкой в этой игре.

Он нервно пожал плечами и с явным недоверием посмотрел на бывшего каторжника.

— Может быть, он сказал вам еще что-то? Может быть, Лен вам наврал про меня? Я заплачу большие деньги, если вы мне выложите все начистоту. Скажите, о чем он вам рассказывал в тюрьме?

Хюг только покачал головой.

— Что он мог говорить о таком человеке, как вы, сэр? Кроме того, Лен был слишком грамотным человеком, чтобы рассказывать о чем-нибудь в тюрьме.

Крюв вытащил бумажник и небрежно пересчитал пачку банкнот.

— Если сто фунтов стерлингов имеют для вас значение…

Хюг проглотил слюну и улыбнулся.

— Они спасли бы меня, но я, к сожалению, ничего больше не знаю.

Лейгестер протянул собеседнику две банкноты. Ему показалось, что тот говорит правду. Лен умер. Но какое отношение к этому имеет пернатая змея?

— Вот вам двадцать фунтов стерлингов. Можете больше не приходить.

Хюг жадно схватил деньги.

— У меня есть ваш адрес, — продолжал Крюв. — А если вы поменяете место жительства, обязательно сообщите. Я заберу свидетельство о смерти. Возможно, я встречу второго Лейгестера Крюва, своего двойника, которого все это очень заинтересует. В жизни ведь встречаются двойники!

Глаза Хюга заблестели при виде денег. Он, конечно, не ожидал такого подарка. Просто выполнял последнюю волю своего друга. Когда Крюв звал слугу, Хюг подошел к нему.

— Этот Лен был хороший парень. В тюрьме он спас мне жизнь.

В его голосе чувствовался накал.

— Да, да, я знаю, — нетерпеливо ответил Крюв, когда в дверях показался слуга. — Все это очень интересно и даже забавно. Прощайте.

Посетитель удалился.

Крюв теперь знал, что Лен умер. Он распрямил спину так, словно сбросил тяжелую ношу. Постоял у камина, размышляя о покойном Вильяме Лене. Привидение, преследовавшее его все последние годы, наконец, исчезло.

Звонком он дал понять секретарю, что освободился.

Дафнис Ольройд застала его угрюмым, лицо осунулось от усталости.

Он взглянул на мисс Ольройд. Ее фигура была необыкновенно красива. Как-то раз Лейгестер даже назвал ее «божественной», но девушка не обратила на это никакого внимания. У нее была бархатистая кожа, глаза глубоко посажены. Крюв воспел бы ее красоту в стихах, но, к сожалению, не обладал поэтическим даром.

Он так был занят своими мыслями, что не заметил ее мрачного выражения.

— Вы продумали наше предложение, мисс Ольройд? Теперь все мои дела улажены. В этом месяце я решил на время уехать из Лондона. Мы отправимся на несколько недель на Капри, а затем поедем в Константинополь.

— К сожалению, вам придется подыскать себе другого секретаря, мистер Крюв, — спокойно перебила его Дафнис.

Улыбка на его лице застыла.

— Это все предрассудки! Мы ведь живем в двадцатом веке, мисс Ольройд. Почему вы упрямитесь? Сейчас в порядке вещей всегда путешествовать с секретарем. Это престижно и для босса, и для секретаря, и для фирмы.

— Я знаю, — сухо ответила девушка. — Однако все это не по мне.

Крюв сладострастно взглянул на нее. Он всегда представлялся мисс Ольройд кровожадным коршуном или орлом. Ей не нравился такой образ.

— Все это ровным счетом ничего не значит, — сказал он громко. — Миссис Паула Стейнс поедет с нами.

Дафнис улыбнулась.

— Это нисколько не меняет положения, — ответила она.

Крюв пробормотал что-то о повышении оклада и назвал очень приличную сумму. Но она отрицательно покачала головой. Затем медленно двинулась по комнате. Девушка была в том состоянии, когда человек еще раз пытается проанализировать свой жизненный путь, пытается резко свернуть на другую дорогу, начать новую, еще не изведанную жизнь. А она ведь дается человеку раз и навсегда. И как важно, решившись на внезапную перемену, в этот раз не ошибиться. Третьего может уже и не быть.

— Я не хочу такой жизни, — сказала она. — Кроме того, я нашла другое место.

Лейгестер Крюв еле сдержал свой гнев и мягко заметил:

— Мне очень жаль! Кто ваш новый шеф?

Она назвала имя, но Лейгестер Крюв с ее будущим шефом не был знаком.

— Что ж! Вы свободны, — проговорил Крюв.

Дафнис покинула его с облегчением. Теперь она вольна распоряжаться собой. Новый шеф вызывал у нее симпатию, по крайней мере, после первого знакомства. Ей показалось, что он был серьезным человеком, совершенно иного склада, чем этот.

Пока Крюв задумчиво вышагивал по комнате, дверь отворилась и вошла дама высокого роста, хорошо сложенная и не старше тридцати лет. Она не была уже той стройной красавицей, которую когда-то встретил босс. Но все, что можно выжать из косметики, она выжала. На ней был простой, со вкусом скроенный костюм из дорогой ткани. Он выглядел элегантно, что привлекало к ней внимание окружающих. Они оценивали ее чувство меры по достоинству. Ближние не всегда бывают завистливы. Иногда удачно подобранная деталь туалета вызывает в них чувство симпатии. Они стремятся подражать… повторить точь-в-точь подмеченную деталь… и, иногда, простим им эту небольшую слабость, пытаются выдать это за свое изобретение.

Паула Стейнс подошла к камину.

— Я встретила в коридоре твоего секретаря. Мне показалось, что между вами произошел какой-то особенный разговор. Она что, не согласна с твоим предложением?

— Дафнис не хочет ехать с нами, — промычал Лейгестер. — Полный отказ.

Паула тихо засмеялась.

— Никогда не считала ее легкомысленной дурочкой. Почему ты не решаешься жениться на этой мисс? — спросила она.

— Я еще не сошел с ума, — хрипло проговорил он. — Что ты задумала? Хочешь, чтобы меня привлекли к ответственности за двоеженство?

Паула опять засмеялась.

— С тех пор как ты поселился в этой квартире, ты совсем изменился, стал законопослушным гражданином. Двоеженство! Я помню время, Билли, когда такие мелочи тебя совершенно не смущали. Припоминаешь?

Затем она сменила тон и подошла к столу, за которым сидел Крюв.

— Мне очень тревожно, Билли.

Он удивленно посмотрел на нее.

— Ты боишься? Почему?

Какое-то время Паула стояла перед ним. Она молча кусала губы, скользя по нему мрачным взглядом.

— Элла сказала тебе, что бандиты перед тем, как напасть на нее, обыскали весь дом. Они выпотрошили весь сейф…

Лицо Крюва вытянулось.

— И ничего не взяли? Не понимаю, разве ничто в сейфе не привлекло их внимания? Что, там не было ничего ценного?

— Не в этом дело. С Эллы они сорвали все лишь для отвода глаз. Чтобы отвлечь внимание. Увести сыщиков в сторону. А сами искали что-то другое. И эту вещь они нашли!

Он медленно, тихо подошел к двери, прислушался и возвратился на место.

— Я ничего не понимаю, — сказал он. — Что же ищет пернатая змея?

— Принадлежащий Элле перстень с печатью, — коротко ответила Паула.

Крюв побледнел.

— Перстень с печатью… — прошептал он. — Они его взяли? Почему Элла не сообщила об этом полиции?

Женщина улыбнулась с плохо скрытым пренебрежением.

— Разве это было бы разумно? — с иронией сказала она. — Нет, Элла умная женщина. Знаешь что, Билли? Я думаю, что если бы драгоценности оказались настоящими, их бы вернули владелице. В дом Эллы проник Вильям Лен! Бывший каторжник.

Крюв истерически захохотал, что испугало Паулу.

— В таком случае, он, видимо, вернулся из ада, — прогремел его жесткий голос. — Вильям Лен скончался два месяца тому назад. У меня в кармане находится документ, удостоверяющий его смерть.

Он вынул грязный листок и протянул ей.

— Эту бумагу дал мне старый каторжник, который был свидетелем его смерти. Вся эта история с пернатой змеей — выдумка чистой воды. Бред сумасшедшего. И я не верю, что перстень с печатью действительно забрали грабители. Элла почти всегда лжет, а ради сенсации готова на любой трюк.

— Ты спрашиваешь, почему она не рассказала о перстне в полиции и репортеру? Не думаю, дорогой, чтобы Элла лгала, она очень болела из-за всего этого.

Паула еще раз взглянула на грязный лист бумаги.

— Значит, с Вильямом Леном все кончено? — сказала она мрачно.

Зазвонил телефон, и Крюв снял трубку. Звонивший говорил так быстро, что он ничего не мог разобрать, тем более, не понимая, с кем говорит. Из трубки несся какой-то словесный винегрет.

— Кто это?! — прокричал он в ответ.

— Джо, Джо Фармер! Мы должны немедленно с тобой увидеться. Я открыл нечто очень важное. Паула у тебя? Алло! Ты слышишь меня?!

— Да, — ответил Крюв. — Что такое? Что ты узнал?

— Тайну пернатой змеи!

Сообщение было неожиданным.

— Что скажешь о моих способностях, Крюв?

— Ты откуда говоришь?!

— Я на старом месте… Я прибыл сюда, чтобы выяснить кое-какие обстоятельства. Положи трубку и жди меня. Через двадцать минут я буду у тебя. Предупреди прислугу, чтобы ждала меня.

Крюв дал отбой и постарался как можно подробнее передать содержание разговора Пауле.

— Опять Джо, — презрительно сказал он.

— Не относись так к Джо. Разве ты забыл, что мы все ему обязаны за организацию нашего маленького дела. Он бывает очень полезен.

Лейгестер ничего не ответил, но она вдруг заметила его волнение.

— Если бы я знал… — начал он.

— Если б ты знал? Если б ты знал, что тебе действительно грозит опасность, ты бы бежал.

Ее губы слабо подернулись.

— Билли, ты совсем не изменился. Держу пари, что ты уже приготовился к бегству.

Он бросил взгляд на сейф и громко, так, что загудели стены, захохотал.

— Деньги, паспорт… все, конечно, в порядке, — сказала она презрительно. — Ты всегда был трусом!

— Не думай, что это из-за пернатой змеи или чего-то такого, — пытался оправдаться он. — После того как я получил свидетельство о смерти Лена, меня все равно не покидает предчувствие, что с нами должно что-то произойти.

— Значит, ты стал опасаться Вильяма Лена с тех пор, как узнал, что он должен освободиться из тюрьмы? Мне, например, всегда было на него наплевать. Во-первых, нас нелегко найти, во-вторых, такой слабонервный человек, как Лен, ни на что не решится, даже если бы и нашел нас. Ну что он может нам сделать?

Лейгестер ничего не отвечал. Спичка, которой он пытался зажечь сигарету, дрожала в его руке.

— Билли, ты напрасно беспокоишься. На твоем месте я бы осталась здесь и подождала дальнейшего развития событий. Я сейчас стала любопытной, как никогда.

— Ты с ума сошла, — ответил он зло.

В тишине было слышно, как тикали часы. Паула, выкурив сигарету, потянулась за другой. Так, в молчании, прошло пятнадцать, двадцать, тридцать минут. Наконец, по тихой улице прошумел автомобиль и остановился у дома. Лейгестер отодвинул штору и увидел за окном свет автомобильных фар. Медленно опустил ее, аккуратно расправил, отошел в сторону и еще раз осмотрел занавес на окне.

— Это Джо, — сказал он. — Я его впущу.

Крюв прошел по темному коридору, не включая света, и осторожно открыл дверь. Как оказалось, она была не заперта, неожиданно легко поддалась, и на ковер прихожей с глухим стуком упал какой-то предмет.

Крюв, машинально бросив взгляд на улицу, увидел, как автомобиль, резко развернувшись, скрылся за ближайшим поворотом.

— Что случилось? — возбужденно спросила Паула.

Она сама не понимала, как в доли секунды оказалась в прихожей.

— Включи свет, — сказал Крюв.

Освещение в коридоре было настолько ярким, что слепило глаза и сразу невозможно было ничего рассмотреть. Но вдруг они увидели… Джо Фармера, неподвижно лежащего на ковре. Левая рука его что-то крепко сжимала. Лейгестер Крюв опустился на колено, перевернул Джо лицом кверху и заглянул в его широко открытые глаза. Не в силах оторваться от застывшего взгляда покойника, Лейгестер разжал его руку и узнал смятую карточку с изображением пернатой змеи.

Таинственное сообщение, которое обещал Лейгестеру Джо Фармер, ушло в могилу вместе с ним. Чья-то неизвестная рука удивительно мастерски застрелила его. Пуля прошла в затылок и вышла через правый глаз.


Глава 3 | Пернатая змея | Глава 5