home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XXV. «ПРЕЖДЕ, ЧЕМ Я УБЬЮ ТЕБЯ!»

Человек, назвавшийся богом, вышел из соседнего помещения и закрыл за собой дверь. Тарзан повернулся к девушке, продолжавшей сидеть на соломе в своем углу.

– За свою жизнь я перевидал немало диковинного, – произнес он, – но такое со мной впервые. Порой мне кажется, что все это происходит во сне.

– Я тоже так сперва думала, – откликнулась девушка, – но, увы, это ужасная непостижимая реальность.

– Включая бога? – спросил он.

– Да, даже бог является реальностью, – ответила она. – Это бог горилл. Они все его боятся, и большинство верит ему безоговорочно. Они утверждают, что он их создал. Этого я не понимаю. Какой-то жуткий кошмар.

– Как по-твоему, что он намерен сделать с нами?

– Не знаю, но уверена, что нас ожидает нечто ужасное, – ответила она. – В городе полно горилл, но никто из них ничего толком не знает о том, что происходит в замке бога. Знают только, что сюда периодически приводят молодых самок и самцов, после чего они бесследно исчезают.

– И давно ты здесь?

– В этом замке со вчерашнего дня, а до этого больше недели пробыла во дворце короля Генриха Восьмого. Тебе не кажется, что кощунственно давать зверям такие имена?

– После того, как я встретил Бэкингема, и услышал, что он говорит на английском, меня уже ничем не удивишь.

– Ты тоже столкнулся с Бэкингемом? Так это он задержал тебя? Ведь это он схватил меня и привел в замок короля.

Тарзан отрицательно покачал головой.

– Нет, меня нет. Он похитил Наоми Мэдисон.

– Наоми? Что с ней?

– Я отвел ее к водопаду. Она там с Орманом и Уэстом. А сюда я пришел, чтобы освободить тебя. Но так вышло, что сам оказался в темнице.

– Но как же Наоми удалось уйти от Бэкингема? – не унималась девушка.

– Я убил его.

– Ты убил Бэкингема?

Глаза Ронды расширились от удивления.

Тарзан давно понял, что знакомые Оброски считают своего товарища трусом, и он забавлялся, когда его путали с американцем.

Девушка пытливо глядела на него, словно пытаясь проникнуть ему в душу и увидеть, насколько он правдив.

Затем она покачала головой.

– Ты неплохой парень, Оброски, – сказала она, – но ты это лучше расскажи своей бабушке.

Лицо человека-обезьяны озарила несвойственная ему улыбка.

– Тебя не проведешь, верно? – сказал он с восхищением.

– Лучше расскажи, что означает твой маскарад? Где ты раздобыл этот пляжный костюмчик? Можно подумать, что тебе жарко.

– Об этом надо спросить у Рангулы, вождя бансуто, – ответил Тарзан.

– А он тут при чем?

– Он-то и присвоил одежду Оброски.

– Но если тебя захватили в плен бансуто, как тебе удалось бежать?

– Если расскажу, ты не поверишь, как не поверила тому, что я убил Бэкингема.

– Как в это поверить? Разве что ты напал на него, когда он спал. Ни один человек не способен убить огромную гориллу без огнестрельного оружия, Стенли! Может, ты его застрелил?

– А ружье потом выбросил? – усмехнулся он.

– Мда, не сходится. Но тогда получается, что ты просто лгун, Стенли!

– Спасибо!

– Не злись. Я к тебе хорошо отношусь, но за это время столько всего пережила, что в фантазии не верю, а твой рассказ о том, что ты убил Бэкингема голыми руками, не что иное, как фантазия.

Тарзан отвернулся и принялся внимательно изучать помещение при мерцающем свете факела, оставленного в соседней комнате.

Темница была квадратная, стены выложены из камня. По дощатому потолку тянулись тяжелые балки. Дальний конец комнаты скрывался в темноте. Тарзан не сумел разглядеть там ничего. Легкий сквозняк указывал на то, что там должно было быть отверстие, но его не оказалось.

Закончив осмотр, он присел рядом с Рондой.

– Говоришь, что провела здесь целую неделю? – спросил он.

– В городе, – уточнила девушка, – а не здесь. А что?

– Тебе, наверное, приносят еду и воду, так? – продолжал Тарзан.

– Да, фрукты, орехи, побеги бамбука – всегда одно и то же.

– Я не спрашиваю, что именно, меня интересует, как это происходит. Кто приносит и когда?

– Вчера принесли сразу на весь день и сегодня утром тоже. Просунули сквозь решетку. Никаких тарелок или чего-нибудь похожего. Швыряют все это на пол своими грязными лапами. А воду приносят вон в том бачке, что стоит в углу.

– Они не открывают дверь и не заходят внутрь?

– Нет.

– Плохо.

– Почему?

– Если бы они открывали дверь, то мы могли бы попытаться убежать, – пояснил Тарзан.

– Исключено. Пищу приносит огромная горилла. О, она до сих пор стоит у меня перед глазами, – сказала Ронда и рассмеялась. – Ты, конечно, разорвал бы ее на куски, как бедного Бэкингема.

Тарзан рассмеялся вместе с ней.

– Я забыл, что я трус, – сказал он. – Впредь прошу напоминать мне об этом, когда нам будет грозить опасность.

– Думаю, что напоминать не придется, Стенли. И она снова бросила на него скептический взгляд.

– Однако, ты изменился, – заявила она. – Не знаю, как это объяснить, но ты стал намного уверенней. А во время разговора с богом вообще держался молодцом. Слушай! Не кажется ли тебе, что все это из-за пережитых за последние две недели трудностей.

В этот момент вернулся бог. Он придвинул кресло к решетке и уселся в него.

– Генрих – дурак! – объявил он. – Подговаривает своих сторонников захватить дворец и убить меня. Хочет занять место бога. Но он переусердствовал с выпивкой, и сейчас все они валяются пьяными во дворе, в том числе и сам король. Я решил воспользоваться этим и побеседовать с вами, так как впоследствии такой возможности может и не представиться. Это прекрасный шанс, и я собираюсь использовать вас по назначению до того, как нам смогут помешать.

– По назначению? Нельзя ли яснее? – спросила Ронда.

– У меня чисто научный интерес, но это долгая история. Придется рассказать с самого начала, – ответил бог и мечтательно произнес: – Начало! Как давно это было! Это началось еще тогда, когда я учился в Оксфорде. Передо мной забрезжил таинственный огонь, вспыхнувший ярким светом впоследствии. Дайте вспомнить. На минуту он замолчал, уйдя в воспоминания. – Это было в 1855 году, хотя нет, еще раньше, ведь в том году я уже заканчивал Оксфорд. Точно. Я родился в 1833 году, а университет закончил в возрасте 22 лет. Меня всегда интересовали исследования Ламарка, а позже Дарвина. Они были на правильном пути, но не дошли до конца. После защиты диплома я путешествовал по Австрии. Там встретил священника, который работал над темой, сходной с моей. Его звали Мендель. Мы обменялись идеями. Он – единственный человек в мире, сумевший оценить меня по достоинству, однако работать со мной по ряду причин не смог. Он кое-что подсказал мне, но от меня получил неизмеримо больше. До отъезда из Англии я не знал его. В 1857 году я понял, что практически решил тайну наследственности и опубликовал по этой теме монографию. В ней я разъяснял суть своих открытий на доступном языке, как и вам сейчас, чтобы вы лучше поняли ту цель, для которой будете использованы. Короче говоря, имеется два вида клеток, которые мы наследуем от родителей – клетки тела и половые клетки. Эти клетки состоят из хромосом, в состав которых входят гены. Каждая из них несет умственную или физическую информацию. Клетки тела, делясь и изменяясь, обуславливают тип нашей индивидуальности. Половые клетки остаются практически без изменений, определяя пол человека. Я обнаружил, что наследственность можно регулировать путем пересадки генов от одного индивидуума к другому. Мне удалось установить, что гены вечны. Они вообще не разрушаются, являясь таким образом основой всей жизни на земле и надеждой на бессмертие. Я не сомневался в этом, но не мог проверить экспериментально. Ученые ополчились против меня, общественность высмеивала, а власти грозились упечь в сумасшедший дом. Меня хотели отлучить от церкви и предать анафеме. Пришлось затаиться и проводить исследования в глубокой тайне. Под различными предлогами я приводил в лабораторию молодых мужчин и женщин, усыплял их, брал у них половые клетки и получал гены. В то время методика получения клеток была у меня еще очень несовершенной. В 1858 году за приличную взятку мне удалось проникнуть в усыпальницы Вестминстерского аббатства, где я стал выделять гены из останков королей и других титулованных особ. За этим занятием меня застал один из неподкупленных мною служителей. Он не выдал меня властям, а стал шантажировать, и передо мною возникла дилемма: либо разорение, либо длительное тюремное заключение. Коллеги по науке клеймили меня позором, правительство травило. Я видел, что мои труды на благо человечества оплачиваются черной неблагодарностью и злом. И я возненавидел людей с их злостью, лицемерием и эгоизмом. И ненавижу до сих пор. Тогда я уехал из Англии, твердо зная, что буду делать. Прибыл в Африку, там нанял белого проводника, и мы отправились в страну горилл. Когда мы достигли цели, я его убил, чтобы никто не знал, где я скрываюсь. Там было множество горилл. Я усыплял их при помощи яда, который действовал на них как снотворное, затем извлекал половые клетки и имплантировал человеческие, которые привез из Англии.

Загадочный старик говорил с воодушевлением. Тарзан и девушка внимательно слушали, удивляясь несоответствию между тем, как он говорил, и его устрашающей внешностью. Это был не человек и не зверь, а некий страшный гибрид, который держал их сейчас во власти сильнейшего ума, спрятанного за низким покатым лбом.

– Потом я годами наблюдал за ними. Сменялись поколения, но никакого положительного сдвига в антропоидах я не замечал. Затем обнаружились первые признаки. Гориллы стали больше спорить, сделались более жадными и хитрыми. Постепенно проявлялось все больше человеческих свойств. Я почувствовал, что близок к цели. Тогда я изловил несколько молодых животных и стал их дрессировать. Вскоре я услышал, как они повторяют между собой английские слова, которые я произносил. Разумеется, значения слов они еще не понимали, но это было не важно – мне открылась истина. Гориллы унаследовали речевые органы их искусственных предков. Почему так произошло, почему они унаследовали именно это, а не другое, до сих пор для меня загадка. Но я убедился в верности своей начальной теории. Теперь можно было приниматься за дело – за обучение моих подданных. Наиболее способных я отправил назад в качестве миссионеров и проповедников. Выполнив возложенные на них задачи, они вернулись за дальнейшими указаниями. Я стал обучать их земледелию, охоте и строительству. Под моим руководством они возвели этот город, названный мною Лондоном. А реку, на которой он стоит, я назвал Темзой, как в Англии. Мы, англичане, где бы ни были, всегда чтим свою родину. Я дал им законы, короля, дворянство, а сам стал для них богом. Всегда и во всем они слушались меня, верили, но сейчас кое-кто из них не прочь ликвидировать меня. Да, они чересчур похожи на людей. Честолюбивы, коварны, жестоки. Почти совсем как люди.

– Ну а вы? – спросила Ронда. – Ведь вы тоже не человек, скорее горилла. Как же вы можете быть англичанином?

– И все же я англичанин, – ответил он. – И даже был недурен собой, но потом состарился, силы стали не те. Я видел, как росли могилы, а умирать не хотелось, так как только успел войти во вкус жизни. Тогда я придумал несколько способов, как вернуть молодость и продлить жизнь. Так, я научился отделять клетки тела и пересаживать из одного организма в другой. Я пересадил себе клетки молодых горилл, отобранных специально для этой цели, добился остановки процесса старения. Но клетки животных начали делиться, а я стал приобретать внешние признаки горилл. Кожа потемнела, на теле образовался волосяной покров, руки и зубы приобрели иную форму. Настанет день, когда я окончательно превращусь в гориллу. Вернее, превратился бы, если бы не счастливая случайность в вашем лице.

– Ничего не понимаю, – сказала Ронда.

– Еще поймете. С помощью ваших клеток я верну себе не только молодость, но и человеческий облик.

Глаза старика зажглись сатанинским огнем. Девушка вздрогнула.

– Какой ужас! – воскликнула она. Старик хихикнул.

– Вам выпало счастье участвовать в благородном деле, куда более благородном, чем простое удовлетворение биологических инстинктов.

– Значит, вы не станете нас убивать, – сказала Ронда. – Ведь горилл, у которых вы берете клетки, вы же не убиваете? Почему бы не взять у нас клетки, а потом отпустить?

Старик встал, подошел к решетке и оскалил желтые клыки.

– Вы еще не знаете, – сказал он. – Новые клетки жизнеспособны, однако приживаются медленно. Процесс этот можно сильно ускорить, если питаться мясом и железами молодых. А теперь я покидаю вас, чтобы вы могли поразмышлять над тем, какую пользу вы принесете науке.

Он двинулся к выходу.

– Но потом вернусь и съем обоих. Сперва мужчину, а затем тебя, красавица! Но прежде, чем я убью тебя, я…

И хихикая себе под нос, он вышел, закрыв за собой дверь.


XXV. БОГ | Тарзан и человек-лев | XXVI. В ЗАПАДНЕ