home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 25

Свет с озера

Монк должен был дежурить у входа в дом. Но, оглядев холл, Холлоран нигде не заметил его неуклюжей обезьяноподобной фигуры.

Холлоран не стал терять время на поиски американца. Выключив свет в холле, он приоткрыл одну из створок двойной двери — этой узкой щели ему оказалось достаточно, чтобы выбраться наружу. Он был сильно удивлен и взволнован тем, что дверь оказалась незапертой. Гулкое эхо от быстрых шагов Холлорана раздавалось под сводами арки подъезда. Выглянув наружу, он остановился на крыльце, настороженно оглядывая окрестности.

Водная гладь снова была серой; озеро выделялось чуть более светлым пятном посреди окутанного мглою луга.

Холлоран положил браунинг в кобуру и сошел с крыльца. Он бесшумно скользил в высокой траве, огибая фасад особняка, используя его темные стены как своеобразное укрытие — на их фоне его движущаяся фигура будет практически незаметна. Чтобы не подвергать себя излишней опасности, он решил подойти к озеру не кратчайшим путем — по дорожке, ведущей от главного входа, где одинокий человек может стать отличной мишенью для притаившегося в кустах стрелка, — а неожиданно появиться из-за угла здания и пересечь лужайку наискосок. Добравшись до угла особняка, он пригнулся и одним стремительным движением выскочил на ровный газон. Внезапная вспышка света, исходящего от озера, заставила его зажмуриться; повинуясь инстинкту, он упал на землю. Нервы Холлорана были предельно напряжены; какое-то странное чувство, сродни страху, говорило ему, что он слишком заметен, чересчур уязвим, когда лежит здесь, в сырой траве, не имея никакого укрытия на случай опасности. Но всего удивительней была необычная картина, запечатлевшаяся в его памяти, когда неровный свет зарницы очертил темные контуры берегов озера.

Недалеко от берега чуть покачивалась лодка, в которой сидело трое или четверо человек. Все как один повернули головы, рассматривая что-то за бортом лодки. Этот странный предмет находился на воде; казалось, он висит в воздухе, чуть касаясь поверхности водоема.

Видение пропало, когда сияние померкло так же внезапно, как и вспыхнуло. Тело Холлорана напряглось, когда с берега озера донесся одинокий тоскливый вой, перешедший в жалобный плач. Остальные шакалы подхватили этот жуткий напев — в нем одновременно слышались сумасшедший смех и горькое стенанье. Звуки плыли над водой, оглашая затихшую лужайку. Холлоран прищурился, напрягая свое зрение — ему казалось, что он видит силуэты зверей, сидящих на берегу — они неясно вырисовывались на более светлом фоне серой воды. Однако в ночной темноте он мог принять высокие пучки травы и прибрежной растительности за очертания напряженных тел степных волков. Там, у самого берега, не было заметно ни малейшего движения. Холлоран приподнялся со скользкой сырой травы и встал на одно колено.

И снова его глаза зажмурились от внезапной вспышки света, источником которого, как показалось Холлорану, являлось само озеро.

Это серебристое сияние исходило из самой глубины вод; лучи проникали сквозь прозрачную жидкость, как сквозь огромную преломляющую призму; у берегов лежали глубокие тени лилового и темно-синего цветов. Загадочное свечение длилось всего несколько секунд, но за это короткое время Холлоран успел разглядеть стаю шакалов, собравшихся у самой кромки воды. При свете короткой вспышки они выглядели наподобие каменных изваяний — звери сидели в напряженных позах, вытянув шеи, подняв кверху узкие остроконечные морды, насторожив чуткие уши. Не меньше дюжины пар горящих глаз желтыми огоньками светились в сумеречном свете.

Затем наступила полная тьма, еще более непроглядная из-за резкого перехода от света к мраку. Так же, как и в прошлый раз, перед глазами Холлорана продолжала стоять увиденная им картина: чья-то неподвижная фигура возвышалась на берегу озера среди оцепеневших от испуга или сделавших боевую стойку шакалов. Ссутулившийся или, может быть, согнутый в странном поклоне человек стоял, всматриваясь в воду; черты его лица были скрыты низко надвинутым капюшоном.

Холлоран услышал голос — нет, даже не голос, а смех, — и его внимание снова переключилось на лодку. Он узнал резкое, отрывистое хихиканье Феликса Клина — громкий звук разносился над тихой водою. Холлоран поднялся с земли и быстро пошел вперед, пригибаясь пониже, на всякий случай вынув оружие из кобуры.

В ночной тьме перед ним вырисовывались деревянные мостки низкого причала — Холлоран помнил, что к ним была привязана лодка, на которой они с Клином совершали утреннюю прогулку по озеру. Но сейчас лодки у берега не оказалось. Может быть, Клин неожиданно решил прокатиться по озеру, как в прошлый раз, когда он предложил Холлорану сесть на весла? Или похитители насильно усадили его в лодку, рассудив, что на воде они наверняка будут недосягаемы для сторожевых собак?.. Несколько минут назад он слышал смех Клина, долетавший до берега — вряд ли похищенный человек будет так необычно реагировать на создавшуюся ситуацию. Однако подобные рассуждения ничуть не успокоили Холлорана. Если они поплывут еще дальше от берега, он сядет в машину, чтобы встретить их на другом берегу озера, у границы поместья. К тому же в машине у него будет возможность вызвать подмогу по радиотелефону.

На берегу, у самой кромки воды, не было никакого укрытия, и Холлоран подался чуть-чуть назад, потом бросился на землю, направив револьвер в сторону неясно очерченной тени на озере. Он приготовился ждать, лежа на сырой траве; очередная вспышка света из глубины озера разлилась по темной воде серебристым сияньем. Интервалы между этими вспышками были неодинаковыми, и невозможно было угадать, когда в следующий раз сверкнет серебристо-голубая зарница. Свет потух так же внезапно, как и вспыхнул, словно кто-то одним дуновеньем затушил горящую свечу. Холлоран провел рукой по глазам, не в силах поверить в то, что он увидел, глядя на освещенное озеро в течение нескольких секунд — настолько фантастичной была картина, еще стоявшая перед его глазами. Всему можно найти простое и разумное объяснение, думал он, все еще сомневаясь, не померещилась ли ему та сцена, невольным свидетелем которой он был.

Он увидел четверых мужчин в лодке — Палузинского, Монка и двоих арабов. Света во время короткой вспышки было достаточно, чтобы ясно разглядеть их фигуры и головы, повернутые в одну сторону. Клина меж ними не было.

Его невысокая фигура виднелась в нескольких шагах от лодки. Он «стоял» на гладкой поверхности воды, как на твердом полу.

Холлоран встряхнул головой, подавляя в себе желание громко рассмеяться абсурдности своего видения. В этом месте под водой могла скрываться какая-то твердая площадка — песчаная отмель или огромный камень. Таково было разумное объяснение. Под водой «должна» быть опора, на которой стоял его клиент. От Клина вполне можно ожидать такого глупого ребячества. Но как он мог не заметить такого препятствия, когда сам сидел на веслах нынче утром, проплывая в лодке как раз над этим самым местом? Где-то вдалеке завыли шакалы; на этот раз заунывный вой донесся издалека, как будто звери отбежали от берега и теперь рыскали на поросших кустарником склонах холмов. Он слышал негромкие всплески, когда весла рассекали воду. Голоса. Лодка приближалась к причалу. Он подождал, пока все, кто находился в ней, не высадились на берег, затем поднялся с земли и пошел к ним.

Луна показалась в разрыве туч, осветив все вокруг своими бледными лучами, и снова спряталась за облако. Группа людей, направляющихся к берегу по деревянным мосткам, остановилась, заметив Холлорана.

— Оружие вам ни к чему, — в голосе Клина звучали ироничные нотки. — Среди нас нет врагов, Холлоран, а ночь сегодня удивительно тиха и спокойна.

— Что, черт побери, вы там делали? — спросил Холлоран спокойным тоном, подавляя в себе нарастающий гнев. — Я не пленник в своем собственном доме, — весело ответил ему Клин, — и могу делать все, что мне нравится.

— Только не в том случае, если вы хотите, чтобы я оберегал вашу жизнь.

— Нынче ночью мне не грозит никакая опасность.

Снова луна вышла из-за облаков, и Холлоран увидел, что Клин ухмыляется.

— А свет из-под воды?..

Кайед и Даад улыбались так же широко, как их господин; Палузинский тревожно поглядывал на Клина. Монк с бесстрастным, ничего не выражающим лицом стоял позади небольшой группы.

Брови Клина высоко поднялись; на лице «объекта» было написано величайшее изумление. Этот жест показался Холлорану слишком театральным. После эффектной паузы Клин произнес:

— Ах, молнии. Похоже, собирается сильная гроза — будет настоящий потоп. Скоро мы услышим гром. Поэтому мне кажется, нам не стоит надолго задерживаться здесь, вы согласны?

И вновь Холлоран заметил, как непостижимым образом изменился весь облик его клиента. Хотя Клин остался столь же насмешливым, эксцентричным человеком, голос его сейчас был глубоким и звучал мягче, чем обычно. Приглядевшись к нему повнимательней, Холлоран увидел, что Клин дрожит всем телом, как будто избавляется таким образом от избыточной энергии — однако это не имело ничего общего с нервными вспышками — и даже невротическими явлениями — к которым уже привык Холлоран.

— Вас не было в лодке, — издалека начал Холлоран.

Клин громко, от души рассмеялся.

— Я не единственный любитель купанья в лунном свете, могу заверить вас.

Палузинский издал сдавленный смешок.

— Я видел вас на воде... вернее, над поверхностью воды...

— "На" воде? — изумился Клин, продолжая ехидно ухмыляться. — Вы хотите сказать, что я «шел по воде»? Как Иисус Христос?

Холлоран ничего не ответил ему.

— Я вижу, у вас опять начались галлюцинации, Холлоран. Вам все время мерещится что-либо странное на этом озере. Очевидно, ваша психика никак не может прийти к гармонии с окружающей вас природой. Ваше воображение почему-то сильно тревожат эти спокойные воды.

Арабы захихикали, прикрыв рты руками.

— Мне кажется, вам нужно как следует отдохнуть, — Клин отбросил свою иронию, и теперь в его голосе зазвучали дружеские нотки. — Нагрузки, которым вы подвергались за последние дни, сильно повлияли на вашу трезвую рассудительность, Холлоран. Может быть, незаметные изменения проникли гораздо глубже, и даже ваше реалистическое мироощущение оказалось затронуто ими? К слову сказать, я не очень удивлен такими внезапными переменами. Я ожидал чего-то подобного. К тому же вы прекрасно зарекомендовали себя в качестве телохранителя. Интересно, сумело ли ваше наблюдательное начальство оценить тот факт, что стрессовая ситуация мобилизует ваши силы и даже помогает проявиться тем скрытым способностям, о которых никто раньше не подозревал?

Теперь даже Монк ухмылялся.

Тучи опять заволокли небо плотным покрывалом; ночная тьма поглотила очертания дальних холмов и береговой линии озера.

— Мне кажется, нам следует поговорить, — просто сказал Холлоран, не обращая внимания на сдавленный хохот, доносившийся от группы сопровождающих Клина людей. Он заметил, что в отношении компаньонов Феликса к своему патрону чувствовалась не столько почтительность подчиненных к своему начальству, сколько жажда подражания этому странному человеку, характерная для верных сторонников или учеников (словно апостолы внимают каждому слову Учителя, подумал Холлоран).

— Но вам нужно поспать. Ведь сейчас не ваша очередь дежурить, не правда ли? Мы нарочно не стали беспокоить вас, зная, как тяжело должно быть человеку, чьи нервы постоянно напряжены, подобно вашим.

— Монку и Палузинскому даны жесткие инструкции предупреждать меня обо всем, что бы ни случилось, в любое время.

— Вряд ли стоило прерывать ваш сон из-за такого пустяка, как ночная прогулка по озеру.

— Я отдал им приказ.

— А я его отменил.

— Компания, которую я представляю, не может продолжать работать с вами при таком положении дел. Завтра я порекомендую «Ахиллесову Щиту» разорвать контракт или, по крайней мере, освободить меня от исполнения своих обязанностей. У меня есть все основания для недовольства тем, что здесь происходит.

— Нет.

Настроение Клина резко изменилось. Теперь его голос звучал резко, уверенно, властно:

— Вы не должны этого делать. Вы нужны мне здесь.

— Ваша корпорация заключала контракт с «Ахиллесовым Щитом», а не со мной лично. Обращайтесь в нашу компанию, если у вас возникли претензии к ней, или вы недовольны условиями этого договора. У «Ахиллесова Щита» есть много хороших, опытных агентов, которые справятся со своей задачей ничуть не хуже меня.

Холлоран сунул револьвер обратно в кобуру и повернулся, собираясь уйти.

— Подождите, — Клин быстро шагнул к Холлорану, и тот задержался на месте. — Я погорячился. Возможно, я был... несправедлив к вам.

Сейчас «вторая натура» низенького человечка проявлялась наиболее ясно, проступая сквозь его привычные черты, словно на какое-то мгновенье Клин решил сбросить маску, которую носил на людях.

— Вы правы, нам следовало предупредить вас, куда мы отправляемся в столь поздний час, и не оставлять вас дома в целях безопасности. Но я находился под влиянием минуты, понимаете, я поддался своим чувствам, не рассуждая о возможных последствиях своего поступка. Мне показалось, что не стоит тревожить вас из-за такого пустяка.

— Однако вы не объяснили мне, зачем вам понадобилось идти на озеро. Равно как и причину этих странных вспышек света. А также того, что... я увидел.

— Взгляните на тучи. Задержите свой взгляд на несколько мгновений.

— Это не... — Его прервала вспышка света. Он стал смотреть на небо. Другая, более слабая отдаленная зарница полыхнула в небе, осветив клубящуюся тучу, наползающую на блеклый, серый небосвод.

— Это совсем не то, что было раньше, — сказал Холлоран. — Свет излучало само озеро.

— Отражение, только и всего, — пожал плечами Клин. — Озеро сегодня на диво спокойно, и его темная гладь сыграла роль мощного зеркала.

Яркая молния осветила стоящих на мостках мужчин, выхватив на несколько секунд резкие, как на фотоснимке, очертания их тел из темноты. В голубоватом свете электрического разряда люди казались мраморными изваяниями, их лица были неестественно белыми. Издалека, как бы в подтверждение слов Клина, донеслись раскаты грома.

— Пойдемте в дом, а то как бы нам не промокнуть, — предложил Клин.

— Я видел...

— Вы ошиблись, — заявил Клин тоном, не допускающим никаких возражений. — Мы с вами сейчас пойдем домой, и я как можно подробнее расскажу вам о себе и о том месте, где мы сейчас находимся. Полагаю, вас это заинтересует.

Холлорану хотелось послать своего клиента ко всем чертям, но что-то удержало его от такого проявления несдержанности: он был слегка заинтригован. Низкорослый человек, стоявший перед ним, до сих пор во многом являлся для него загадкой; к тому же Феликс Клин резко отличался от всех, чьи жизни Холлорану приходилось охранять до этого.

— Вы должны согласиться на одно условие, — сказал он Клину.

Тот поднял руку, повернув ее ладонью к собеседнику, как бы желая отвратить от себя возможное давление с его стороны:

— Смотря на какое.

— Вы ответите на все мои вопросы.

— Этого я обещать вам не могу.

Новая зарница, еще сильнее прежних, осветила озеро, лужайку и готический особняк, возле которого стояло несколько автомашин.

— Но я расскажу вам все, что только знаю сам, — прибавил Клин. В это время гром пророкотал уже совсем близко.

— Скажите своим друзьям-арабам, чтобы они шли вперед, — распорядился Холлоран. Затем махнул рукой Монку и Палузинскому: — Вы вдвоем пойдете сзади. И не глядите на нас, а наблюдайте за холмами и следите за дорогой. — Здесь нет ничего опасного, — попытался протестовать Монк.

— Делайте, что вам говорят, — отрезал Холлоран.

Палузинский хлопнул американца по плечу, очевидно, желая удержать его от спора с Холлораном.

— Вы идите, — сказал Холлорану пожилой поляк, — мы пойдем следом. Пока все спокойно, не стоит волноваться.

Маленькая колонна двинулась к особняку, соблюдая строгий порядок: двое арабов шли впереди, Клин и Холлоран — в середине; шествие замыкали Палузинский и Монк. Но не успели они пройти и половины пути до дорожки, ведущей к парадному подъезду, как первые крупные капли упали на траву. Клин поднял кверху улыбающееся лицо, глядя на своего защитника:

— Я же говорил вам, что будет дождь!

Дождь хлынул сильнее, и в считанные секунды все промокли до нитки. Однако Клина это, похоже, ничуть не волновало. Он засмеялся и внезапно выбежал из колонны мерно шагающих людей; кружась, словно в каком-то причудливом танце, он поднял к небесам руки с растопыренными пальцами. Отбежав на несколько шагов, он остановился, повернувшись лицом к группе спешащих ему навстречу людей, и запрокинул голову, подставив лицо ливню; капли дождя падали в его открытый рот. Медленно опустив руки и выпрямившись, он глянул на своих спутников; ликованье, прозвучавшее в его голосе, каким-то чудом остановило всех, кто торопился укрыться от дождя:

— Посмотрите на озеро!

Клин протянул руку вперед, и они обернулись, чтобы взглянуть на озеро, оставшееся позади.

Широкая водная поверхность, освещенная внезапной вспышкой света, вспенивалась под проливным дождем. Тяжелые капли, упавшие в озеро, взметнули вокруг себя миллионы маленьких фонтанчиков. Когда зарница погасла, Холлоран перевел дух, подавленный странным впечатлением, которое произвела на него эта картина. Ему почудилось, что миллионы пальцев или коротких щупалец разом высунулись из воды.


* * * | Гробница | Глава 26 Древняя культура