home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

РАЗРЫВ

Миновав Расвальгский брод, меченые вздохнули с облегчением. Стало ясно, что погони не будет. Ни король Рагнвальд, ни серые не осмелятся преследовать меченых на территории Приграничья. Король в бессильной злобе, возможно, потребует у ярла Гоонского голову владетеля Нидрасского, впрочем, без всякой надежды на отзывчивость, а вот серые Труффинна Унглинского обязательно попытаются отомстить Тору из-за угла. Рыжий выразил общую надежду на то, что серым до Ожского замка не дотянуться – руки коротки. Вслух оспаривать это общее мнение Тор не стал, но в душе таил сомнение. Ему почему-то казалось, что именно Ожский замок очень скоро станет ареной событий, возможно, удивительных, а возможно, и попросту страшных. Предчувствия Тора подтвердились даже раньше, чем он ожидал, и подтвердились самым неожиданным образом.

До Ожского замка оставался всего один переход, и меченые уже предвкушали радостную встречу. Встреча состоялась, но вышла она совсем не радостной. Жалкая кучка посеревших от горя и пыли людей понуро брела по дороге навстречу веселым всадникам. Тор не сразу опознал человека, который был рядом с ним с первого младенческого крика.

– Густав?

– Чуб захватил Ожский замок, – глухо сказал старый воин, бросив на меченых взгляд, в котором было все: и боль, и ненависть, и удивление.

Тор отшатнулся – слишком уж невероятным было это известие. А Густав продолжал все тем же глухим голосом невеселый пересказ случившихся накануне событий. Капитан меченых пришел через подземный ход, с ним были Шорох и еще трое. Приняли их в Ожском замке как дорогих гостей, а ночью они открыли ворота и впустили остальных меченых. Гундер хотел им помешать, но они его убили, потом убили еще четверых дружинников, пытавшихся исполнить свой воинский долг перед владетелем замка Тором Нидрасским. Их было больше сотни, а защитников Ожского замка всего двадцать. Чуб велел всем убираться. Ролло уходить отказался и обнажил меч. Шорох, сержант, меченых, убил старика ударом кинжала. Густав умолк и вытер выступивший на лбу пот рукавом старой порыжевшей рубахи.

– Не понимаю, – Тор обессилено опустился на придорожный камень, – ничего не понимаю.

– Это какая-то ошибка, – неуверенно сказал Рыжий.

Тор никак не мог избавиться от чувства нереальности всего происходящего. Пустынная дорога и кучка изгнанных из родного дома людей. Его, Тора, людей, которых он обязан был защитить и не защитил. А пятеро его дружинников жизнями заплатили за глупость и легкомыслие своего владетеля. И убили их меченые. Убили те, кого Тор Нидрасский считал своими.

– Где Данна?

– Чуб сказал, что женщины могут остаться, но никто остаться не пожелал. Мы все ушли в деревню, Данна взяла с собой и Ульфа. А потом она исчезла.

– Как исчезла?

– Пропала в одночасье, – развел руками Густав, – словно сквозь землю провалилась. Я на всякий случай съездил к Чубу, но капитан был удивлен не меньше нашего. Он тоже искал Данну, вернее, не сам капитан, а человек, который был с ним.

– Черноволосый, высокий, с едва заметным шрамом над верхней губой, – вспомнил вдруг Тор.

– Смотрит так, словно мозги наизнанку выворачивает, – дополнил от себя Густав.

– Ладно, – сказал Тор, поднимаясь с камня, – я поеду в Ожский замок и все выясню, а ты, Густав, веди людей в Хаар. Если я не вернусь, то постарайся сохранить замок для Ульфа.

Тор прыгнул в седло и ударил плетью заартачившегося было коня. Горечь и злость переполняли его душу. Он так погнал коня, что далеко оторвался от повозки, на которой везли Лося. Окрик Ары слегка отрезвил Тора, но не утишил бурю, бушевавшую в груди.

– Не век же меченым жить бездомными, – негромко сказал Лось, приподнимаясь на локте.

– Если Чубу понадобился Ожский замок, то он должен был сказать нам об этом, а не вваливаться в чужой дом, когда хозяин в отъезде. – Ара был взбешен и не считал нужным скрывать свои чувства.

– Можно подумать, что ты не меченый. – Лось неодобрительно посмотрел на товарища.

– В этом замке я вырос, – вспыхнул Ара, – люди, убитые Чубом, были моими друзьями. Все эти годы они защищали нас с тобой.

Лось ничего не сказал в ответ и отвернулся. Громко скрипела повозка, катя по разбитой дороге мимо вековых сосен, которые слишком много повидали на своем веку, чтобы с сочувствием внимать чужому горю. Замок Ож вставал на горизонте неприступной твердыней, но Тор уже знал, что это всего лишь оптический обман. Рано или поздно в этом мире разрушается все: и дружба, и любовь, и доверие.

Ворота прибывшим открыли без проволочек. Тор первым въехал в замок и первым спешился на каменные плиты двора. Камни под ногами и камни вокруг были те же самые. но люди вокруг были другие, и это меняло все.

Капитан принял прибывших в парадном зале Ожского замка. Был он, кажется, весел, во всяком случае, возвращению Лося обрадовался и даже не счел нужным эту радость скрывать. Лось хоть и с трудом, но на ногах стоял. Чуб не стал слушать его оправданий, а просто приобнял за плечи и похлопал широкой ладонью по спине. Тору он протянув руку, но владетель Нидрасский пожать ее отказался.

– Кажется, не все меченые довольны своим капитаном, – жесткая улыбка заиграла на губах Чуба.

Шорох, стоявший в нескольких шагах от Тора, демонстративно положил ладонь на рукоять кинжала, того самого кинжала, которым был убит старый Ролло. Тор глянул прямо в глаза сержанта, но ни тени смущения или раскаяния и них не обнаружил. Ему вдруг пришло в голову, что Шорох об этом убийстве уже не помнит, и убил он Ролло не со зла, а просто отмахнулся, как от назойливой мухи.

– Отставить, – тихо, но четко произнес Чуб и бросил на сержанта недовольный взгляд.

Шорох отступил в тень, однако глаза его по-прежнему настороженно следили за вновь прибывшими. Тор оглядел зал и с некоторым удивлением обнаружил, что кроме меченых здесь находятся еще несколько человек, причем явно не лэндовской внешности.

– Я хочу знать, что все это значит? – Тор произнес эти слова почти спокойно.

– Я объявляю войну владетелям. – Голос Чуба стал ледяным. – Башня вступает в свои права.

– И ты начал войну с того, что захватил замок своего союзника?

– У Башни не может быть союзников в Приграничье – либо мятежники, либо вассалы.

– Значит, меня ты счел мятежником, раз не задумываясь убил моих людей? – криво усмехнулся Тор.

В отличие от Шороха, капитан меченых все-таки помнил, что убил. Во всяком случае, по его лицу промелькнула тень сожаления:

– Обстоятельства вынудили меня к решительными действиям. Серые наглели все больше, Брандомский переметнулся на их сторону, ну и самое главное – у меня появился надежный союзник.

Тор скосил глаза в сторону чужака, который стоял у стола, скрестив руки на груди, и прислушивался к разговору. Высокий, худой, со шрамом над верхней губой. И чем-то неуловимо похожий на Данну.

– Его зовут Чирсом, – представил незнакомца Чуб. – Когда-то твой отец вырвал его из лап вохра. А к Гоонскому быку у него свой счет. Ты должен помнить повешенного жреца, Тор. Мертвые не возвращаются, но за них мстят.

– Зачем же ты отправил нас в Бург, вербовать сторонников ярлу Эйнару? – возмутился Рыжий.

– Сторонники в Нордлэнде не помешают и мне, – усмехнулся Чуб. – Тамошние владетели недовольны серым орденом и королем Рагнвальдом. Я помогу нордлэндским владетелям вернуть их утраченные права, если они признают власть Башни и в Приграничье, и в Нордлэнде.

– Владетели Нордлэнда не пойдут на союз с мечеными.

– Зато они пойдут на союз с Тором Нидрасским, первым вассалом Башни, которого я посажу в Бурге.

– Боюсь, что и это их не устроит, – покачал головой Тор.

– Тем хуже для них, – надменно произнес Чуб. – Я сровняю с землей замки непокорных.

– Ты так уверен в своих силах? – удивился Рыжий. – Сотня меченых – это не так много, а у твоего союзника не более пятидесяти арбалетчиков.

– Шестьдесят, – поправил Чуб, – но каждый из них стоит двух десятков.

Капитан поднялся с кресла и жестом пригласил меченых следовать за собой. Во дворе замка он взял из рук чужака странный металлический предмет. Меченые переглянулись – кажется, это было то самое таинственное оружие древних, о котором они спорили в доме владетеля Нидрасского. И именно о таком оружии рассказывал им Хой! Чуб решительным шагом направился к воротам замка, возбужденные меченые гурьбой повалили следом. Капитан ступил на опушенный мост, поднял грозное оружие и прицелился в крону одинокого дуба, возвышающегося на противоположном берегу ручья. Послышался громкий, непривычный для уха треск. Туча воронья поднялась с дерева, но несколько птиц взлететь не сумели – черными окровавленными комьями они попадали на землю.

– А почему ты так уверен, что эти арбалеты не повернутся против тебя? – тихо спросил Тор.

Чуб вздрогнул и резко обернулся:

– За верность суранцев ручается Чирс.

– А кто ручается за его верность?

– Чирсу нужны меченые, чтобы противостоять Храму, – нахмурился Чуб. – Это долгая история, Тор.

– Кажется, я догадываюсь, о ком ты говоришь. Одного такого я убил в доме королевы Ингрид, он был похож на твоего Чирса.

– Это серьезная опасность. Храм способен стереть в порошок и Приграничье, и Лэнд. Отец Чирса и Данны был главным жрецом Храма, его изгнали в результате переворота.

– И зная о грозящей Лэнду опасности, ты затеваешь гражданскую войну? – укорил капитана меченых Тор. – Не лучше ли договориться со всеми: с ярлом Гоонским, с владетелем Брандомским, с королем Рагнвальдом, наконец?

Чуб усмехнулся, жесткая складка рассекла его высокий лоб:

– Двадцать лет назад капитан Башни Лось отказался верить твоему отцу – ему казалось, что общая опасность объединяет всех. Где теперь Лось? Где поддержавшие его лейтенанты? Их кости гниют в земле, а торжествует ярл Гоонский, для которого собственные интересы оказались превыше общего блага. Нет, Тор, мы сможем спасти Лэнд, лишь собрав его под один кулак, и этим кулаком будет Башня. Вечной угрозой она будет висеть над головами смутьянов, и это научит их быть покорными. Так было и так будет. Когда-то твой отец поклялся отомстить за разрушенную Башню и железной рукой навести порядок в Лэнде, или клятва Туза для тебя ничего не значит?

– Я не Туз, капитан, – я Тор. И я не давал такой клятвы. Я жил среди людей, которым ты собираешься мстить, я сражался с ними плечом к плечу и против стаи, и против кочевников, я сидел с ними за одним столом, пил вино из одной чаши, и они считали меня своим другом.

– Значит – война?

– Не знаю, капитан, я должен подумать.

– Я подожду, Тор, – глухо сказал Чуб, – но и ты поторопись.

Меченые с напряженным вниманием прислушивались к разговору капитана с владетелем Нидрасским. И хотя вслух никто не высказал своего мнения, Тор вдруг почувствовал, как незримая стена вырастает между ним и остальными, круто ломая его жизнь, и за этим изломом остается все, чем он так дорожил: друзья, надежды, мир и спокойствие в крае. Чуб не остановится. Тор вдруг осознал это с полной отчетливостью. Никто не сможет переубедить этого человека, уверенно попирающего крепкими ногами плиты двора чужого замка. У Чуба своя правда, за которой двадцать лет изгнания и могилы павших друзей. Для него не мстить – значит, не жить. Все эти годы он упорно шел к своей цели расчетливо и последовательно создавая условия для решающего удара. А владетель Нидрасский слишком поздно понял, как далеко заглядывал Чуб и как дорого обойдутся его планы Лэнду.

– Я с тобой, Тор, – сказал вдруг Ара, и его слова про звучали громом среди ясного неба.

Шорох попытался было встать у смутьяна на пути, но Ара ударом плеча отбросил его в сторону.

– Прекратить, – крикнул Чуб Шороху, – я никого не держу. Но знайте, из Башни легче уйти, чем вернуться обратно.

– Башни пока нет, а кровь ты уже пролил. – сказал Рыжий, вставая рядом с Тором, синие глаза его холодно смотрели на капитана. – Я не хочу быть слепым орудием мести в твоих руках. И будучи меченым, я хочу остаться человеком.

Следом за Рыжим последовал Сурок. И уж совсем неожиданно и для Чуба, и для Лося еще двое, Чиж и Лебедь, присоединились к своим товарищам.

Суровая складка пролегла у Чуба между бровей:

– У вас было право выбора, меченые, но придет пора и ответа за этот выбор.

Шесть человек молча вскочили на коней и, не прощаясь ни с кем, покинули Ожский замок, который так долго был их домом.

– Моя ошибка, – сказал Чуб, когда они остались с Лосем наедине, – слишком долго вы жили без своего капитана.

– Я говорил тебе когда-то: Тор никогда не будет меченым до конца – замок не выпустит своего владетеля из каменных объятий.

– Поживем – увидим, – махнул рукой Чуб. – Веселее, меченый, жизнь продолжается, и ничего не потеряно, пока мы живы.



Глава 7 РЯЖЕНЫЕ | Меченые | Глава 2 ПАУКИ В БАНКЕ