home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 11

Стоянка была продолжительной. Только ночью войска возобновили движение. Военная колонна, в которой было не менее 1700 лошадей и мулов и 1200 людей, вытянулась на две мили.

Разведчики доложили Кастеру, что два следа индейцев соединились в один на тропе, ведущей прямо к большой излучине Жирной Травы.

Наступившим утром 25 июня Кастер уже не шел к Литтл-Биг-Хорн, он стремительно покрывал оставшуюся часть дороги без всяких проволочек.

Лишь около двух часов пополудни он окоротил свою изящную, в белых чулках, кобылу по кличке Виктория, чтобы провести на берегах неглубокого ручья короткий совет. В нем участвовали, кроме вышеперечисленных капитанов, младший брат Кастера, Бостон, муж сестры, капитан Джим Рид, командир одного из трех эскадронов Рено, капитан Кук, молодые лейтенанты Варнум и Макинтош.

Я был недалеко от сбора офицеров и не мог не слышать, о чем там говорилось. Но уже сразу по окончании совета мне стало ясно, что Кастер совершает первую ошибку в еще не начавшейся битве. Он разделил свои силы в то время как обстановка требовала нанесения одного мощного удара (военная колонна подошла к Литтл-Биг-Хорн незамеченной). Даже простые солдаты недоумевали относительно опрометчивого решения генерала, Один опытный кавалерист с висячими продымленными усами, которого Рено называл Братсэттом, высказал очень верное, на мой взгляд, суждение:

— Я знавал одного спившеюся вождя миннеконджу, — говорил он товарищам, — который околачивался по дешевым салунам Небраски. Так вот этот краснокожий пьяница всегда твердил, что тетоны — самый сильный и храбрый народ прерий. Никогда, пояснял он, ни краснокожие, ни бледнолицые враги не нападали на лагеря тетонов среди бела дня. Похоже, и сейчас они также уверенны в себе. Вот бы генерал ударил по ним всей мощью!

Но генерал думал по-другому. По его приказу капитан Бентин повел свой батальон к видневшимся слева холмам. Оставшуюся часть войска возглавил сам генерал и спустился с ней к ручью, который в последствии был назван Рено Крик. Чуть позже, поднявшись на одну из возвышенностей, Кастер увидел первых индейцев. Это были, как выяснилась потом, обычные приманки. Они искусно продемонстрировали неподдельный испуг и бросились наутек. Когда арикары Кровавого Ножа и кроу Миаста-Хид-Каруса ринулись с боевыми кличами за убегающими тетонами, у старого вояки Кастера от возбуждения загорелись глаза.

— Марк! — воскликнул он громовым голосом. — Пора, друг мой, показать этим краснокожим чертям как действует 7 — ая Кавалерия! Смотри, они улепетывают!.. Так!.. Возьми сто двадцать людей и езжай с ними вон туда. — Кастер вытянул руку в сторону Медисин-Крик. — А я догоню тебя позднее. Удачи!..

Это были последние слова Джорджа Армстронга Кастера, неистового предводителя 7 — го кавалерийского полка. Больше я ею не слышал, зато мне удалось спустя считанное время увидеть, как всегдашняя попутчица генерала — Фортуна — отвернулась от него навеки.

— До встречи, мой генерал! — вooдушевлeннo крикнул Рено и повел к Медисин-Крик ста двадцати кавалеристов, среди которых затерялись и мы с Вапой Хакиту.

Через какие-то пять минут все и началось. Рено никак не ожидал, что почти сразу после расставания с Кастером он столкнется лоб в лоб с яростной индейской оравой. Краснокожие прискакали с той стороны военного лагеря, где располагались типи хункпапа, миннеконджу и черноногих-сиу. Так как главным среди тетонов был Галл, то индейский напор обещал быть сокрушительным, как для солдат, так и для нас. Вообще, мы с Вапой, сидевшие перед своими охранниками, представляли собою добрые мишени. Спереди нам грозила гибель от рук индейцев, сзади — от пуль охранников. Еще едва завидев скачущих навстречу тетонов, Грэйвз недвусмысленно обронил:

— Крепче держись за гриву, Кэтлин. Падение с лошади будет считаться попыткой к бегству. Передай это своему краснокожему другу.

Поначалу людей Рено спасали размеренные залпы из карабинов, прорывавшие широкие бреши в индейских рядах. Но по мере сокращения расстояния в сердца солдат начал вселяться страх.

Они занервничали, стали притормаживать, закружились на месте. Человек пятнадцать из них уже ни о чем не беспокоились: они мертвыми лежали в клубящейся пыли, их трупы топтали лошади и своих, и чужих.

Капитан Фрэнч, отвечавший за правый фланг и капитан Мойлан, командовавший левым флангом изо всех сил старались сохранить строй.

В одно из мгновений этой дикой неразберихи я увидел вблизи лицо майора Рено. Оно было перекошенным, испуганным, жалким. Он без конца выкрикивал одно и то же:

— Боже, что делать? Где Кастер?

У него за спиной виднелось такое же перепуганное лицо молодого лейтенанта Варнума, а сбоку таращили глаза ошарашенные Годфри и Уоллес. Казалось, среди людей Рено уже не было стойких, бесстрашных бойцов. Должно быть, ужас сдавил сердца даже опытным Длинным Ножам.

— Майор Рено, сэр! — раздался вдруг ровный, уверенный голос. — Я, кажется, знаю, что делать!

Я повернул голову и обнаружил старого солдата с висячими усами, который когда-то слушал патриотические речи пьяного миннеконджу. Если кто и был невозмутим в те жуткие секунды, то только он.

— Кто это сказал? — вскричал Рено. — Кто?.. А-а, Братсетт! Что ты сказал?

— Я сказал, сэр, что, вроде, не совсем потерял голову.

— Да, да, Братсетт, дружище! Посоветуй что-нибудь!

— Сэр, надо уходить отсюда.

— Дьявольщина!.. Куда?

— Вон в тот тополевый лесок. — Солдат указал на маленькую излучину Литтл-Биг-Хорн, где росли виргинские тополя.

Майор судорожно поглядел в ту сторону.

— А Кастер? Он ведь должен подойти.

— Бросьте! Его нигде не видно.

— Он должен быть где-то сзади.

— Впереди, сзади и повсюду только краснокожие.

— Сэр, Братсетт говорит дело! — поддержал старого кавалериста лейтенант Макинтош. Он выглядел достаточно уверенно, как и подобало тому, в чьих жилах струилась кровь знаменитых ирокезов штата Нью-Йорк. — Нам нужно убираться отсюда как можно быстрей. Индейцев становится все больше.

— Сиу быть много, — поддержал его Кровавый Нож. — Белый вождь уходить быстро.

Наконец в лице майора произошла перемена. Оно несколько успокоилось, перестало искажаться.

— Варнум! — прогремел он затем. — Черт побери, Варнум!!!

— Да, сэр! — откликнулся лейтенант, который вместе со смелостью потерял на некоторое время и ориентацию.

— Найди капитанов Мойлана и Френча. Быстро! Передай им: мы отходим вон к тому леску.

— Я сделаю это за него, — предложил свои услуги Одинокий Чарли, белый разведчик кастерова полка.

Кое-как сбившись в монолитную группу, Длинные Ножи майора Рено совершили неожиданный для индейцев рывок к излучине реки. Галл не успел преградить белым дорогу, и ему осталось только преследовать их. Что он и делал вместе с сансарком Токки-Хи-Пейя — Преследующим Врага и черноногим-сиу Ванбли Кте — Убей Орла.

Ни Бешеного Коня, ни Сидящего Быка не было среди них. Я не мог знать тогда, что они готовят достойную встречу Кастеру. Как не мог знать, что Лаура и Грегори со всеми женщинами и детьми находятся в полной безопасности.

Тот тополевый лесок, как оказался, был недолгой и очень опасной остановкой. Потому что тетоны ехали сзади, и они ехали, чтобы беспощадно убивать. Везде свистели пули, и одна из них вскоре размозжила голову Кровавому Ножу. Кровь и мозги разведчика в то же мгновение оказались на лице и мундире Рено. Майор в испуге шарахнулся в сторону, и попал под томагавк Белого Быка, отважного племянника Татанки Йотанки. Майор упал на землю, но не менее храбрый Макинтош сумел спасти командира. Раненую голову Рено перевязали, ему стало лучше. Однако соображал сейчас он плохо, и снова к нему на помощь пришел старик Братсетт. Ему обязаны жизнью девяносто кавалеристов. Это он сделал все, чтобы их скальпы не повисли на поясах и копьях тетонов в тот жаркий полдень.

Братсетт посоветовал Рено спешить людей и вести по наседавшим врагам стрельбу залпами. Наши охранники спрыгнули на землю, но нас оставили на лошадях. В то время как меткий стрелок Грэйвз стрелял из карабина, Паркинсон крепко держал поводья лошадей и не спускал с нас глаз.

Первые волны атакующих индейцев наткнулись на жесточайшие залпы и отхлынули назад. Но спустя минуту их стало так много, что ни о каких оборонительных акциях не могло быть и речи. Надо было бежать, и Братсетт крикнул майору:

— Сэр, нам нужно уходить!

— Но куда же, Братсетт? — отчаянно воскликнул Рено.

Солдат показал рукой на невысокие холмы за рекой.

— Либо мы прорвемся туда, сэр, либо наши души прямо сейчас без покаяния отправятся к небу.

Майор посмотрел на холмы, его глаза увлажнились.

— Братсетт, ты умница! Тебя ждет производство в сержанты.

— Лишнее, сэр. Это мой последний год службы, и дай мне Бог снова увидеть родные берега Теннеси!

Рено крепко обнял старика. Вскочив на свою лошадь, он проревел:

— Батальо-о-о-н, ногу в стремя!

Кавалеристы поймали лошадей и ринулись вслед за командиром.

Торжествующие краснокожие бросились в погоню.

— Хукка-хей! — кричали вожди.

— Хукка-хей-хей-хей! — вторили им воины.

Крупные армейские рысаки еще не растеряли сил, и без труда доставили батальон к холмам, переправившись по пути через неглубокую в этих местах Литтл-Биг-Хорн.

Когда солдаты взобрались на вершину самого высокого холма, Рено тут же приказал им спешиться, отвести лошадей в тыл и рыть окопы. Одна половина батальона вела по индейцам огонь, другая лихорадочно зарывалась в землю, используя для этого немногочисленные лопаты, ножи, сабли и собственные ногти.

Грэйвз с Паркинсоном стащили меня и Вапу Хакиту с лошадей и заставили лечь на противоположный склон холма, пятью ярдами ниже бровки.

Отведя скакунов вниз, Грэйвз вернулся с походной лопатой.

— Стереги их, Пол, — сказал он товарищу, кивнув на нас, — а я начну рыть окоп.

Рено, Братсетт, Мойлан и Френч лежали на бровке холма, ведя стрельбу по наступающим краснокожим.

— О, Боги! — терзался майор. — Где же Кастер?.. И куда, черт побери, девался Бентин?..

— Они как в воду канули, — буркнул Мойлан.

— Проклятье! — взорвался Френч. — Никакой связи!.. Где вестовые от генерала?

С левого конца солдатской цепи к Рено приполз перепуганный молоденький кавалерист и запричитал:

— Сэр, Варнум просит помощи! На нашем фланге индейцы уже рядом. Они заполнили весь склон!

— О какой помощи ты говоришь, воин? — вскричал Рено. — Каждый солдат на счету!.. Вернись к лейтенанту и скажи ему, чтоб держался… Братсетт, дружище! — Майор сжал плечо старика, заглянув ему в глаза. — Отправляйся вместе с этим парнем к Варнуму и успокой молокососа! Это, видно, наш последний оплот. Или мы выстоим, или поляжем здесь все к чертям собачьим!

Братсетт с молодым солдатом покинули вершину холма и направились к левому флангу оборонительной цепи. Сейчас было трудно всем, кто держал оборону. Повсюду гремели выстрелы и боевые кличи, пороховой дым серыми клочьями висел в воздухе,

И вдруг где-то вдали за Литтл-Биг-Хорн послышался отчетливый звук кавалерийского горна.

— Что такое? — заговорили солдаты.

— Кто это?

— Неужели генерал?

— Может, это обоз Макдугалла?

Взволнованные люди, которым этот звук трубы подарил неожиданную надежду, еще не смели радоваться. Они с напряженными лицами всматривались вдаль, шепча молитвы.

— Сэр! — закричал Мойлан. — Так это ведь, Бентин!

— Да. да, это Фредерик, — проговорил Рено и перекрестился. — Слава Всевышнему, хоть он объявился!

— Подмога! — понеслось над оборонительной цепью.

Солдаты с офицерами показывали на юго-восток и смеялись как сумасшедшие. Некоторые новобранцы, не совладав с собой, плакали от счастья навзрыд.

Наш сторож Паркинсон не выдержал и бросился к бровке холма, чтобы собственными глазами увидеть приближение потерянного батальона Фредерика Бентина. И в этот подходящий момент нам улыбнулась удача. Индейская пуля прошибла голову одному из окапывавшихся солдат и тог, вскинув руками, повалился на спину. Вылетевший из его правой ладони нож описал в воздухе короткую дугу и погрузился в землю в дюйме от моего колена. Все это произошло мгновенно. Столь же быстро мы с Вапой Хакиту избавились от пут и понеслись вниз по склону к кавалерийским лошадям. Вскочив на первых попавшихся скакунов, мы погнали их подальше от холма. Я надеялся, что наше исчезновение останется незамеченным, по крайней мере, до тех пор, пока мы не будем в безопасности. Но тщетно. Острая боль прожгла мое левое плечо, словно в него вогнали раскаленный прут. Слава Богу, что остальные пули пролетели мимо, и вскоре нас уже нельзя было достать даже из дальнобойных ружей.


Глава 10 | Белый шайен | Глава 12