home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 50.

Со дня изгнания Сигурда и послов викингов прошло тогда уже больше года. Мы почти забыли об этом. Хотя Баст сразу направила Одину, так сказать, ноту протеста. Весьма гневное письмо, которое полетело до адресата своим ходом. Помниться, Ашана лично сотворила гонца – ветряного орла, которого не смог бы, да и не посмел, остановить ни один ветер.

И вот, спустя год, даже больше, мы получили ответ от Одина. Весьма странный ответ, и весьма материальный.

В городе Бубастисе появилась всадница. Посол Одина. Она далеко не сразу получила разрешение на въезд, но, в конце концов, все-таки предстала перед нами в храме Баст на официальной аудиенции.

Воительница. Молодая девушка с длинными двухцветными волосами: сверху снежно-белые, и угольно-черные снизу, заплетенные в четыре косы, и с разными глазами: один пронзительно-голубой, другой светло-карий. Кожа белоснежная и более всего похожа на фарфор. Невысокая, даже хрупка.

Но этот невинный облик – лишь обман. От нее веяло силой, а в глазах читалась мудрость. К тому же она была в доспехах: нагрудник поверх рубахи, от которого отходили металлические наборные пластины, закрывавшие кожаную юбку. Высокие сапоги, в руках рогатый шлем.

Нам не нужно было представление, чтобы узнать валькирию. Деву-воительницу. Одна из низших богинь, как и все мы.

В руках валькирия держала свиток, запечатанный слабо мерцающей печатью. На спине, крест на крест, висли меч и лук с колчаном, на поясе кинжал. Но, при входе в храм, ей пришлось все это отдать, так как находиться внутри с оружием запрещено всем, кроме нас – воинов Сейши-Кодар.

Валькирия шла через весь зал к возвышению, где на троне сидела Баст и стояли мы. Я видела, как девушка волнуется, и как ей страшно. Это заставляло задуматься о принесенных ею вестях.

Дойдя до трона, воительница опустилась на колени и протянула свиток на вытянутых руках. И все это не поднимая головы. Она сказала довольно приятным голосом:

– Один, Верховный Владыка, послал меня с этим свитком, дабы был между нами мир.

Баст удивленно подняла бровь, и лишь щелкнула пальцами, как свиток сам перелетел к ней и развернулся прямо перед глазами, чтобы было удобнее читать.

Свиток был исписан замысловатыми рунами, но ни для нас, ни, тем более, для Баст, это не было препятствием.

Первый абзац полностью заполняли высокопарные обращения, смысл начался лишь со второго, т.е. не раньше, чем спустя половину свитка. Один приносил искренние извинения за неподобающее поведение своего сына – Сигурда, уверял, что тот понесет подобающее наказание (что вряд ли, т.к. суровый северный бог был довольно мягкотел по отношению к своим детям). И, дабы загладить вину своего непутевого отпрыска, Один посылает нам в служение одну из своих валькирий, – Венгильду. Далее всячески расписывались ее достоинства и таланты, что у нее есть дар управлять землей, или что-то в этом роде. Но у нас сложилось впечатление, что эту Венгильду просто сослали к нам, т.к. она по каким-то причинам стала неугодна Одину.

Все это время валькирия так и стояла коленопреклоненная перед троном Баст. было видно, что ей это не по нраву, но она усилием воли смерила свою гордыню. Она боялась, боялась, что ее сошлют в рабство.

Наша богиня повела кошачьими ушами, от чего свиток сам собой свернулся в трубочку и скользнул в руки, и обратила свой небесный взор на валькирию. Баст словно оценивала девушку. Наконец, придя к какому-то выводу, она проговорила:

– Встань дитя.

Воительница подчинилась. Да и нельзя было не подчиниться этому голосу. По-моему, она впервые посмотрела на нас. А Баст продолжила:

– Тебя зовут Венгильда?

– Да… госпожа.

– Твой владыка сказал, зачем посылает тебя к нам?

– Дабы я служила вам, всем вам, госпожа.

– Хорошо, что тебе это известно, – ее голос прозвучал может даже надменно, но это был официальный прием, и нужно было задать тон и держать необходимую дистанцию. К тому же Баст до сих пор злилась на Одина из-за выходки его отпрыска. Она была не из тех, кто так легко забывает обиды. И еще она слишком любила Сейши-Кодар – своих наместников на земле.

– Я буду рада служить вам, – почтительно ответила Венгильда, хотя ее гордость терпела серьезные испытания.

На это Баст лишь кивнула и встала, тем самым давая понять, что аудиенция закончена. Прежде чем совсем по божественному рассыпаться снопом искр (в основном эффектная работа на публику), Баст чуть задержалась, чтобы сказать нам:

– Поручаю вам заботу о ней.

И наша богиня удалилась. Мы переглянулись и уставились на гостью. Народ начал расходиться. Похоже, пришелица их мало интересовала. Честно говоря, египтяне всегда держали дистанцию с чужаками.

Мы еще раз переглянулись. Кашин поспешила откланяться, якобы для важных разговоров с другими послами. Вслед за ней сбежал (другого слова не подберу) и Нашут-Фет, сказав, что ему срочно нужно к воинам.

Я с Венгильдой осталась одна, и этот факт не приводил меня в восторг. Мы с валькирией обменялись не слишком дружелюбными взглядами, и я сказала:

– Идем, я провожу тебя в жилые покои.

Я провела ее в жилую часть храма через дверь прямо за троном. Ее обычно загораживал вышитый гобелен с ликом Баст в образе кошки. Вот за этот гобелен мы и зашли.

Тут было гораздо уютнее и оживленнее, чем в главной части. Жрецы и жрицы, снующие туда-сюда, постоянно останавливались, чтобы поклониться мне. А мы шли все дальше, в самое сердце храма, туда, куда без особой необходимости не заглядывали даже верховные жрицы. Там располагались наши покои, покои воинов Сейши-Кодар, и особо приближенных к ним, как правило, оборотней.

Каждому из нас полагалось по два сопровождающих доверенных лица, по совместительству телохранителей, а то и больше – называйте как хотите, мы их называли сехнут.

На данный момент лишь у меня была только одна поверенная. Другая сехнут – Нала, погибла в схватке десять лет назад. Я до сих пор не подыскала ей замену. Так что сейчас у меня оставалась только Ирук. Она моя сехнут уже более ста лет. Истинная дочь Египта: черные волосы, карие глаза, оливковая кожа, и невероятно сильный оборотень, пантера. Первая после Сейши-Кодар. Она смогла взять от меня более, чем кто-либо. Моя лучшая подруга.

Я отвела Венгильду в комнату Налы. Вручив девушке ключ, я сказала:

– Теперь ты будешь жить здесь. Мои комнаты напротив.

– И…это все? – как-то неуверенно спросила валькирия.

– А ты чего ожидала?

– Но я думала, что меня…

– Тебя никто ни к чему не собирается принуждать, – ответила я. – Ты здесь гостья.

– Я – слуга, – упавшим голосом возразила Венгильда.

– Все мы преданные слуги Баст.

В этот момент в комнату, привлеченная голосами, заглянула Ирук. Она оценивающе оглядела воительницу и почтительно поинтересовалась:

– Ты выбрала себе вторую сехнут, патра?

– Еще нет, Ирук.

– Кого выбрала? – Венгильда хоть и свободно говорила на нашем языке, но некоторые понятия не знала. Пришлось объяснить, на что она фыркнула, – Я – валькирия! Свободная наездница! – похоже, не выдержала душа поэта.

На что не я, а Ирук невозмутимо ответила:

– Это великая честь и большая доблесть. Ты же не возмущалась, служа Одину.

– Да, но она – не Один!

– Да. Ашана, равно как Кашин и Нашут-Фет возлюбленные дети Баст, ее наместники на земле и защитники. И ведь именно служить им тебя прислали, – Ирук, как и многие другие, была в храме.

Но я остановила Ирук словами:

– Не стоит. Венгильда должна сама выбрать свой путь. Без принуждения. Пусть лишь знает, что ей здесь рады. И, если захочет, она может обрести в Бубастисе второй дом.

– Да, патра, – потупилась моя сехнут. – Снять твой нагрудник?

– Да, будь добра.

– Я приготовила ароматную ванну, – проговорила Ирук, расстегивая замок, державший нагрудник на шее.

– Замечательно, – ванна сейчас была пределом мечтаний. Но, прежде чем уйти, я сказала Венгильде, – Если что-то понадобиться, то обращайся ко мне или Ирук. Хотя никто в храме не откажет тебе в помощи.

Так в Бубастисе появилась валькирия. Честно говоря, ее появление застало нас врасплох. Мы не знали, что с ней делать. Через несколько дней, когда мы с нашей богиней были одни, Баст сама подняла эту тему:

– Не знаю, что собирался доказать Один, прислав к моему двору одну из своих валькирий. Мне вовсе не нужны такие искупительные жертвы.

– Ну, насколько я слышал, Один до сих пор принимает человеческие жертвоприношения, – проговорил Нашут-Фет.

– А может, она просто заслана к нам? – предположила Кашин.

– Один не дурак. Ему нет смысла затевать с нами войну. Мы слишком далеко друг от друга. К тому же ему бы с собственным пантеоном разобраться.

– Но, если Венгильда – жест доброй воли, то что нам с ней делать? – спросила я. – Она же не может служить комнатным украшением.

– Ну, ты же поселила ее в комнату своей бывшей сехнут, пусть там и остается, – пожала плечами Кашин.

– И все-таки. Ведь Венгильда – валькирия, в ней есть божественная сила, она почти равна нам.

– Почти, – фыркнула Кашин, но вопрос предназначался для Баст.

– Да, валькирии осенены божественной искрой, – подтвердила Баст. – Но верно и то, что Венгильда прислана в услужение. Так что пусть пока она остается на месте сехнут. Это даст ощущение какой-то стабильности. И это звание внушает уважение. Но, если ты, Ашана, захочешь избрать новую сехнут из своих – это твое право. Никто не будет тебя принуждать или неволить.

Так, с всеобщего молчаливого согласия, Венгильда оказалась официально закрепленной за мной. Не сказать, чтобы я так уж сильно возмущалась или тяготилась этим фактом. Но и счастья особого не испытывала. Я слишком мало знала Венгильду, чтобы определится в своем отношении к ней. Во всяком случае характер у нее имелся. Вопрос, сможем ли мы с ним жить.


* * * | Волчьи судьбы | Глава 51.