home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 26

Вернувшись домой, Мстислава затворилась в рукодельной и носа оттуда не казала – чудилось ей, что все сразу прочитают по глазам ее страшную тайну. В памяти ее вставал тот черный день, когда совершила она самую роковую ошибку в своей жизни.

Не спалось Мстиславе в княжеском терему – тревожило ощущение близкого счастья. До первых петухов металась на мягких перинах, маялась бессонницей, нежно улыбалась в темноту. Грезился ей стройный воевода, увиденный днем в княжеской палате, предназначенный ей в супруги.

Мстислава росла без матери, в вечном отдалении от нее, в затворничестве, и некому было раскрыть ей той тайны, что соединяет супругов. Оттого и горело в ней сердце, оттого и мучалась она сладкой, неведомой негой.

Задремала на заре и не слышала, как тихонько скрипнула дверь, не слышала приближающихся шагов. В дремоте почувствовала горячие губы, прильнувшие к шее, щекотное дыхание и касание рук, для которых не было преград. Не очнувшись еще от грез, потянулась к неведомому пришельцу, обняла его, прильнула крепко, повинуясь не рассудку – вековому бабьему чутью.

От горячих, жадных поцелуев – жгли они, как укусы, – слетела дремота. В свете нарождающегося дня увидела она рядом не неведомого, долгожданного возлюбленного, а самого князя Владимира. Рванулась, хотела крикнуть, но жесткая ладонь закрыла рот.

Обманула девку пьянящая юность, ложным оказался трепет первого ожидания. Сладкая тайна пришла к ней не в обличии нежного супруга – властительный князь, коему не смела отказать, лежал рядом, ласкал покорное тело. И ведь знала она, что закричи сейчас, ушел бы он, побоялся дурной славы. Но не закричала, словно ледяной голос изнутри приказывал: терпи, дуреха, не рыпайся, сам князь снизошел, а воспротивишься – лишишься всех его милостей, кому нужна будешь? О грядущих княжеских милостях и были помыслы Мстиславы в тот момент, когда впервые приняла она мужчину в лоно свое...

И эти надежды обманули ее. Владимир словно позабыл о своей полюбовнице, а может, и взаправду позабыл – мало ли у него таких? Выдал замуж и успокоился. Только перед свадьбой нашептала ей сваха заветное – мол, не в бабки муж с женой в постели играются, а в кое-что другое, и от того нарождаются дети... Но о ту пору и в голову Мстиславе не пришло, что понесла она от князя. А подумай тогда – можно было б еще сделать что-нибудь. Деревенские бабы травили себе плод – с ворот прыгали, перетягивали чрево туго, парились до изнеможения в бане. Говорят, помогало. Такое Мстислава содеять с собой поопасилась бы, но есть же знающие люди, могли бы помочь. А теперь уж поздно, должно быть...

Поздно было, поздно. Оставалось Мстиславе надеяться на внезапную благосклонность мужа. Лелеяла мечту подпоить его, завлечь на ложе. Дойдет до ласки супружеской, нет ли – все одно забудет в пьяном беспамятстве, будет думать, что его это дитя.

Все надежды Мстиславы рухнули в тот день, когда ключница Преслава явилась в Киев – лечить захворавшую служанку.

Мстислава как раз спустилась в трапезную. Эрик уже сидел за столом и наблюдал за тем, как многочисленная прислуга приносит с кухни все новые и новые яства.

Здесь было все: и соления, и варения, и рыба. Грибы со сметаной, битая птица, зажаренная целиком, начиненная кашей, яблоками. Молоденькая служанка приволокла огромное блюдо жареного мяса.

Тут с Мстиславой случилось что-то странное. Не дойдя до стола, она резко повернулась и, закрыв лицо руками, опрометью кинулась из трапезной. Эрик равнодушно посмотрел вслед супруге – мало ли какая придурь может прийти ей в голову?

Но был человек, которого происходящее заинтересовало гораздо сильнее. Ключница Преслава, остановившись в дверях трапезной, поводила Мстиславу взглядом пристальным, но посторонним незаметным. Словно занималась она обыкновенным своим делом, смекала за служанками, что накрывали на стол.

Виденное подтвердило ее подозрения. Только два дня миновало с того случая, и предчувствия ее перешли в уверенность. Преслава отправилась на разговор к господину.

Эрик только что вернулся от князя и отдыхал в своей опочивальне. Тяжко было верной ключнице приносить господину недобрые вести, но что поделать? Ни с кем более Преслава о свих подозрениях не говорила, слуг расспрашивала осторожно и знала твердо – дело нечисто.

Преслава постучала в дверь. В ту самую дверь, которая до сих пор носила на себе следы схватки с ней Эрика. Некоторое время царила тишина, затем Эрик сонным, недовольным голосом осведомился о том, кто его тревожит.

– Это Преслава. Мне нужно поговорить с тобой, хозяин, – добавила она.

– Ну, заходи, коли надо, – откликнулся Эрик.

Преслава прошла в опочивальню. Эрик сел на ложе, спустив на пол босые ноги.

– Что стряслось, старая?

– Беспокоюсь я, хозяин, – ответила Преслава.

– О чем? Что-нибудь с Лаурой? – встревожился Эрик.

– С ней все в порядке, беспокоюсь я о твоей жене.

– А что о ней беспокоиться? Живет она в богатстве да почете. Никто ей ни слова дурного, ни какого иного вреда причинить не смеет.

– Так-то оно так... – протянула Преслава. – Да только как бы тебе, господин, вреда не причинили.

– Как же это быть может? – искренне удивился Эрик.

– А вот это нам выяснить потребно. Но должна я сначала утвердиться в своих мыслях, а для этого прошу тебя, хозяин, ответить на один вопрос...

– Ну, что еще? Какой вопрос?

– Что ж, спрошу прямо. Хозяин, дошли до меня слухи, что не живете вы, как муж и жена.

– Кто посмел? – вскипел Эрик. – Какая собака осмелилась совать нос в господские дела и о том с тобой говорить?

– Собака осмелилась, потому как я спросила. А ты, хозяин, на мой вопрос так и не дал ответа.

– Не много ль ты на себя берешь, ключница? Смотри...

– Я спрашиваю не из праздного любопытства, – устало ответила Преслава. – Мне бы камень с души снять.

– Что еще за камень?

– На вопрос-то ответь, хозяин.

Эрик побагровел, потом пошел белыми пятнами и, наконец, выдавил из себя:

– Не был, не был...

– Так я и думала, – печально кивнула головой старуха.

– Что ж тогда спрашивать, коли так все знаешь?

– Так боялась безвинного осудить!

– Старая, прекрати загадками говорить, – окончательно потерял терпение Эрик. – Выкладывай, что там у тебя за камень?

– Ну, хорошо, хозяин. Объясни мне, как может такое случиться, что ты к своей жене еще не входил, а она уж непраздна? – выпалила Преслава.

Эрик аж поперхнулся.

– Ты думай, что говоришь, старая! Ведь за такие слова можно и без головы остаться.

– Моей голове невелика цена. Да только я за свои слова ручаться могу. Порасспроси свою супружницу. Думаю, что она долго отпираться не станет.

– Я спрошу, но ты, если ошиблась, понесешь наказание, – ответил Эрик. – Не покидай этот дом до тех пор, пока я правду не выясню.

– Твое слово – закон, хозяин, – ответила Преслава и, поклонившись, вышла из комнаты.

Тотчас Эрик послал слуг разыскивать Мстиславу. Не давало ему покоя Преславино обвинение, каленым железом жгло душу. Что сделает он с женой, если действительно неверна она ему, Эрик даже сказать не мог. Убить – не убьет, но и спуску не даст. Будет помнить супруга всю жизнь, как порочить доброе имя своего мужа!

Вскоре вошла в комнату Мстислава. Была она спокойна и холодна, как всегда. Эрик же, напротив, распалил себя до крайности и похож был на раскаленное горнило кузницы.

– Что понадобилось от меня любезному супругу? – спросила Мстислва, едва переступив порог опочивальни.

– Буду говорить с тобой, – только и смог выдавить из себя Эрик.

– Хоть поговорим, – едва заметно усмехнулась Мстислава.

– Разговор между нами будет не любезным, – продолжал тем временем Эрик.

– Любой разговор лучше молчания, – сдержанно ответила Мстислава.

– Да, ну раз так, то скажи мне, любезная моя супруга, а не завелся ли кто в твоей утробе без моего ведома и участия?

По тому, как мгновенно побледнела Мстислава, как схватилась она обеими руками за горло, Эрику стало ясно, что старая Преслава и на сей раз оказалась права.

– Что молчишь? Али сказать нечего? Ты ж, вроде, говорить со мной хотела?

Мстислава продолжала молчать, только глядела на Эрика огромными, полными страха глазами.

– По тебе вижу, что правда, что люди говорят. Так, может, хоть скажешь, кого отцом ребенка величать? Али ты его за моего выдать решила?

Мстислава молчала.

– Неужто ты, княжья родня, с каким холопом спуталась? Вот уж диво так диво. По дому княжной выступаешь, а на сеновале, небось, как последняя рабыня?

– Не смей! – вдруг вскричала Мстислава. – Не по чину тебе оскорблять дитя самого князя!

Эрик не то, чтобы удивился, он просто онемел от изумление.

– Как, князь Владимир?..

У Эрика даже слов не было, чтобы высказать все те мысли, которые пронеслись у него в голове за считанные мгновения.

Мстислава поздно поняла, что сказала лишнее. Но делать было нечего. Раз начала, то нужно договаривать.

– Что, супруг мой любезный, ты так коробишься?

– Так ведь дядя он тебе, – процедил Эрик первое, что пришло ему на ум.

– Мало ли, кто кому дядя! – отрезала Мстислава. – Тебя даже не то гневит, что отдана я тебе уже непраздной, а то, что посмела с родней сойтись!

Эрик только открыл рот, чтобы рявкнуть на стыд и совесть потерявшую жену, но та не дала ему и слова сказать.

– Знаю я, отчего ты за тягость мою не беспокоишься! И отчего ты так холоден со мной тоже знаю! Ишь, праведник! Меня холопом попрекаешь, а сам с рабыней на перинах валяешься? Ну так не обессудь! Я хоть с князем ложе делила и ребенка княжеского ношу! А твоя девка только рабов тебе наплодить и может!

Этого Эрик стерпеть не мог. Сколько угодно могла кричать Мстислава на мужа, он бы все мимо ушей пропустил, но задевать Лауру ей не стоило. Закатил ей муженек звонкую оплеуху, да так, что отлетела она к стене, грянувшись об нее затылком.

Мстислава разразилась горьким плачем, на который прибежали слуги. Эрик вышел из комнаты, оставив свою жену на попечение служанок.


ГЛАВА 25 | Варяг | ГЛАВА 27