home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

Так сложилось, что вечером того же дня Гуров навестил еще одного пациента. Но было это уже в Москве, и свидание это оказалось еще большим сюрпризом, чем предыдущее.

Началось все с того, что в ответ на новости, которые привез Гуров, полковник Крячко тоже выдал небольшую сенсацию, сообщив, что в седьмой больнице прооперировали человека, раненного недавно в районе метро «Бабушкинская». Из бедра у него извлекли пулю, которая, по предварительному заключению эксперта, выпущена из пистолета «ТТ».

– Из «ТТ», понятное дело, у нас частенько шмаляют, – объяснил Крячко. – Но, учитывая наш интерес к этому механизму, я не мог спокойно пропустить такую новость. Пошел сразу к генералу и попросил его надавить на экспертов. Вечно они загружены работой! Не понимаю, откуда у них постоянно полно работы! По-моему, они просто набивают себе цену. Одним словом, эксперты сразу подсуетились, и, представляешь, пуля оказалась из того же самого ствола! Вот это называется подфартило! Тут ведь такое обстоятельство, что в момент преступления рядом женщина находилась. Не знаю, как сказать, свидетельница – не свидетельница… Короче, показали на нее, что она состоит в связи со стрелявшим. Она теперь в КПЗ сидит, но показаний пока не дает категорически. Только плачет. Ее особенно не прессуют, потому что на ней ничего нет, и «Скорую» к пострадавшему она вызвала… Но это ничего. Я так понимаю, что если в кого-то стреляют, то этот «кто-то» должен хотя бы примерно знать – за что. Едем?

Разумеется, они сразу поехали. На этот раз никаких заморочек не было. Удостоверение Гурова открыло все двери. Правда, его предупредили, что прооперированный очень слаб, и попросили долго его не утомлять. Но Гуров и не собирался этого делать. Ему хотелось задать раненому один-единственный вопрос. С этим намерением он и вошел в палату.

И тут же все вопросы вылетели у него из головы. Он буквально открыл рот от изумления и, обернувшись к полковнику Крячко, произнес очень необычную для себя фразу:

– Ну, Стас, однозначно с меня бутылка! Нет, какая бутылка? Литр с меня! «Смирнофф»! Заслужил!

– Лева! – потрясенно сказал в ответ полковник Крячко. – В таком случае с меня тоже литр. «Мартель»! Литр! Устроит?

Врач, который сопровождал их, был немало озадачен таким странным аукционом. Зато пациент, неподвижно лежащий на белоснежных больничных простынях, кажется, понял все с полуслова. По лицу его скользнуло выражение глубокой досады, но через секунду оно исчезло, и раненый сказал с юмором в голосе:

– Тогда уж и мне ставьте стакашек, начальники! Если бы не моя дурость…

– Да уж, дурака ты повалял немало, Статист! – довольно сказал Гуров, подходя ближе. – Но сколько веревочке ни виться… Или ты надеялся и тут сухим из воды выйти?

– А чего? – спокойно сказал Статист. – Паспорт у меня почти настоящий. Следователь тут со мной беседовал – очень уважительно разговаривал. Они у вас, похоже, в ориентировки и не заглядывают? Для кого вы словесные портреты составляете? Если бы вы сами сюда не притащились, хрен бы меня кто вычислил!

– Что следователю сказал? – деловито поинтересовался Крячко.

– Да туфту всякую прогнал, – презрительно поморщился Статист. – Он все слопал, еще и спасибо сказал.

– Ну, нам-то ты, надеюсь, правду расскажешь? – сказал Гуров. – А то мы на тебя злые, учти!

– Вы лучше бы на того дедка злились, – заметил Статист. – Вот уж кому даже близко оружие давать нельзя! Ни от одного блатного столько вреда не будет, сколько от такого старого пердуна.

– Ну, насчет вреда и пользы от блатных мы пока дискуссию отложим, – сказал Гуров. – Ты на мой вопрос не ответил. Будешь правду говорить?

– Кто знает, какая она, правда? – прищурился Статист. – Да и слаб я сейчас. Вон, доктор скажет, что мне по науке не полагается сейчас языком трепать.

– А мы трепать и не будем. Мы конкретно парочку вопросов тебе подкинем, а ты конкретно нам парочку ответов. И разойдемся, довольные друг другом.

– Неужели разойдемся?! – с деланым восторгом спросил Статист.

– Нет, конечно, статус твой с этой минуты резко меняется, – поправился Гуров. – В прокуратуру мы прямо сейчас позвоним и на Петровку тоже. Таких людей без охраны оставлять нельзя.

– Значит, опять непруха, начальник! – вздохнул Статист. – Нет в жизни счастья, как ни крути… Ну, давайте, что ли, ваши вопросы. Только мокрые дела я на себя брать не буду, предупреждаю сразу. Захаживал к старичкам, беседовал с ними по душам, это бывало. А все остальное – сплошные наветы, начальник.

– Ну, следствие разберется, наветы это или чистая правда, – сказал Гуров. – Нас вообще-то в данный момент другое интересует. Во-первых, от кого это ты пулю словил, Статист? Только не говори, что все случайно вышло: мол, спросил у прохожего время, а тот вместо часов по ошибке ствол вынул и ненароком на спуск нажал. Такая сказка нас не устроит.

– А что, так не бывает? – с притворным огорчением спросил Статист.

– В сказках все бывает, – ответил Гуров. – Только таких ловких сказочников сразу в тюремную больницу переводят, чтобы целее были. Намек схватываешь?

– На лету, – сказал Статист. – Нет, в самом деле, чего мне скрывать? Я этого козла первый раз в жизни видел, начальник. Как отцу родному вам признаюсь. Не видел никогда и дел с ним никаких не имел.

– Чего же он так озверел, если ты его совсем не знаешь? – ехидно спросил Крячко.

– Я не сказал, что не знаю, – невозмутимо ответил Статист. – Я сказал – не видел. А знать – знаю, почему же? Люди объяснили. Бардин это какой-то. Зовут Николаем.

– Так! Значит, все-таки Бардин! – торжествующе произнес Гуров. – Ну до чего все интересно складывается!

– Вот видите, и вы, оказывается, его знаете, – заметил Статист. – Похоже, этого недоноска вся Москва знает.

– Так почему он в тебя стрелял и какого черта вы вообще оба делали на «Бабушкинской»? Женщину не поделили?

– Вы про его бабу? Она не в моем вкусе, – хладнокровно ответил Статист. – И вообще, до этого ли мне было, начальник? Я все последние дни только и делал, что от вас спасался.

– И как же ты спасался?

– Вот так и спасался. До того, как вы меня последний раз накрыли, я приличную квартирку снимал на Юго-Западе. Но возвращаться туда не стал, потому что рассудил, что там тоже может быть засада… Кстати, какая сука меня заложила? Ничего личного, начальник, просто любопытство разбирает.

– Никто тебя не закладывал, – равнодушно ответил Гуров. – Милиция у нас хорошо работает.

– Вы мне не рассказывайте! – убежденно заявил Статист. – Точно, заложил кто-то! Ну не хотите говорить, как хотите. Если понадобится, я все равно эту тварь найду когда-нибудь. Слушайте дальше. Короче, остался я ни при чем. Голову преклонить негде, на каждом углу физиономия моя наклеена. Толку от этого, я уже говорил, немного, а все равно напрягает. Я тогда к одному своему знакомцу подался.

– Что еще за знакомец?

– За Кольцевой частный мотоклуб есть. За Измайловским лесопарком. Там все как положено – кольцевая трасса для спидвея, трибуны, мастерские. И еще коттеджи – для спортсменов и для своих. В общем, там не профессионалы занимаются, а такие, кто этим делом увлекается на досуге или кто мечтает в профессионалы выйти. Они у тренеров занимаются – за бабки, естественно. Между прочим, навар неплохой идет…

– Ты тоже там уроки брал? – поинтересовался Крячко. – Как от милиции на мотоцикле уходить?

– Ага, почти угадали, – усмехнулся Статист. – Занимался. Но давно. Откуда и Семена знаю. Он на двух колесах – как мы с вами на своих двоих…

– Ну, ты-то сейчас на одной – как баба-яга, – ядовито заметил Крячко. – Фамилия твоего Семена?

– Тришкин, – помедлив, ответил Статист. – Сеня Тришкин, из группы начинающих. Коттеджик у него уютный. Баб туда хорошо водить. Лесок рядом, шашлычки… Сеня – человек компанейский. Всегда выручит, если надо. Короче, осел я там…

– Далековато от «Бабушкинской», – прикинул Гуров. – Не очень прочно ты осел, значит.

– Так чего получилось? Живу я у Сени, воздухом свежим дышу, он своими делами занимается… И тут меня сам увидел как-то, хозяин. Естественно, вопросы – что за человек, почему здесь. Сеня объяснил, что человек я хороший, испытываю временные трудности.

– Щедрый он на похвалы, этот твой Сеня, – заметил Гуров. – Я бы тебя иначе представил. Да и трудности твои временными никак назвать не получается.

– Ну это как посмотреть, конечно, – промямлил Статист. – Со своей стороны вы тоже правы, потому что через этого Сеню я на «Бабушкинской» и оказался. То есть решал не он, а хозяин, конечно. Ну а что? Мне спорить не с руки. Вроде люди для меня добро делают, а я к ним спиной?

– Так, и что же такое решил хозяин? Кстати, кто такой?

– Я его не знаю. Из молодых он, но марку держать умеет. Прикид на нем всегда самый лучший – хоть сейчас к английской королеве на прием. Шляпу обязательно носит. Говорит культурно, но если что, прищучит так, что мало не покажется. Свои все зовут его Тихоном. А для прочих он – Тихонов Вадим Петрович.

– Тоже в коттедже живет?

– Нет, живет он где-то в центре. В мотоклубе наездами.

– Так что же такое тебе, хорошему человеку, предложил этот Вадим Петрович?

– Да вроде дело простое. Как мне объяснили, есть один человек, который долги не платит, прячется и все такое. Ну, Бардин то есть. Фотку мне его показали. Если, мол, увижу где, чтобы сообщил. Я ведь много где бываю, людей знаю…

– О да! Этого у тебя не отнять, – заметил Крячко. – Общительности тебе не занимать. Без мыла…

– Ладно, сейчас не это важно, – сказал Гуров. – Давай дальше!

– И вдруг утром сегодня меня поднимают, – продолжил Статист. – Говорят, давай, дуй на «Бабушкинскую», срочно. Сигнал поступил, что в таком-то квартале может скрываться этот самый Бардин. Нужно, говорят, обойти там все дома, во все квартиры нос сунуть. Ты, говорят, сумеешь… Ну а я что? Это для меня не проблема. Бумажки кое-какие в папочку покидал и пошел опрашивать жильцов на предмет коммунальных тарифов. Сейчас это, знаете, больное у людей место. Долго рассказывать не буду, потому что мне почти сразу повезло – во втором по счету доме обнаружился этот самый Бардин. Он квартиру мне не открыл, конечно, но я понял, где он прячется. Выходы перекрыл и Тихону позвонил, чтобы ребят присылал.

– О правомерности своих действий не задумывался, конечно? – покачал головой Гуров. – Но в данном случае, как говорится, нашла коса на камень, да?

– Видимо, до крайности довели человека, – спокойно заключил Статист. – Он ведь тоже здорово рисковал. Я до последнего не верил, что он стрелять будет. Потом пульку в ляжку словил, тогда только угомонился маленько.

– А что же ребята?

– Да кто их знает? У меня тут в голове мутиться начало, мне уж не до них было, – признался Статист. – Не помню, как в больницу доставили.

– Не навещали они тебя?

– Я вам вот что скажу, начальник! – делаясь предельно серьезным, сказал Статист. – В нашем деле дружба дружбой, а табачок очень даже врозь. Потому честно скажу: лучше бы они меня совсем забыли. Очень был бы признателен. Но не получится. Поэтому я с вами так откровенно. Мне от вас нужно, чтобы вы мою безопасность обеспечили по полной программе. Кто знает, какие там мысли в голове у Тихона бродят? Вдруг и правда пожелает навестить?

– Я тебя понял, – сказал Гуров. – Безопасность обеспечим. Ты вот только что скажи – а все эти ребята… Они на мотоциклах предпочитают передвигаться?

– Верно, – кивнул Статист. – Это для них так же естественно, как воздухом дышать. Я по сравнению с ними так – велосипедист-одиночка.

– Хорошо, – решительно сказал Гуров. – Полковник Крячко останется тут с тобой, пока я все организую. Не сомневайся, суду мы тебя в полной сохранности представим. А будешь сотрудничать со следствием…

– Да знаю я все про ваше следствие! – пренебрежительно скривился Статист. – Я вам потому признание сделал, что беспокойство меня берет, как на это дело Тихон посмотрит. Есть у меня насчет него сомнения, начальник. А я с Тихоном детей не крестил, мне его заботы не интересны. У меня своя жизнь. Как в школе учили – прожить ее надо, и точка! Помочь – это одно дело, а отвечать за чужие грехи – это на хрен нужно!

– Тоже правильно, у тебя и своих на десяток хватит, – согласно кивнул Крячко и обернулся к Гурову: – Ты только побыстрее там, а то я больницы не перевариваю.

– А зря, – усмехнулся Гуров. – Заодно бы и свою руку подлечил.

– Она и так почти зажила, – с гордостью сказал Крячко. – На мне все как на собаке заживает.

– Рад за тебя. Но придется потерпеть. Все-таки конец рабочего дня, и все с ходу уладить будет не так просто. Но я постараюсь. У меня тут одна мыслишка родилась.

Он вызвал Крячко в коридор и сказал, понизив голос:

– Интересная вырисовывается у нас картина, Стас! Можно сказать, цельная. Не зря у меня все это в голове постоянно крутилось – мотоциклисты, Глухово, костоправ твой, банкир и прочее. Статист, правда, у меня к этой компании никак не приплюсовывался. Сегодня он меня сильно удивил, честно признаюсь! Но это к лучшему, одной заботой меньше… А в остальном интуиция, можно сказать, как часы сработала.

– Первую половину жизни ты работаешь на интуицию, вторую половину жизни интуиция работает на тебя, – ухмыльнулся Крячко. – Только я, признаться, цельной картины не вижу. По-моему, полный бедлам. Поделись своими прозрениями.

– Помнишь, ты про клиента хохловского, про банкира, говорил, что у него страсть к драгоценным камням?

– Ну, помню, так что с того?

– А чем Бардин занимается? Драгоценные камни ищет! И там, и там – мотоциклисты. Теперь я почти уверен, что одни и те же. Они пасут человека, который вхож в дом Прокопова, они же гоняются за Бардиным. Что это может означать, как ты думаешь?

– Ну, в такой трактовке получается, что у нас на горизонте еще одна группа любителей брюликов появилась, – сказал Крячко. – Им, наверное, завидно, что у других драгоценностей больше, чем у них, и они теперь думают, как исправить эту несправедливость. Хотя способ, по-моему, выбран старый как мир – дать по башке и убежать с добычей.

– Вот и я так думаю, – согласился Гуров. – Только одна вещь мне не очень понятна – почему они распыляются? Давно известно – за двумя зайцами погонишься…

– Может быть, они тупые? – предположил Крячко.

– Ну не настолько же! Нет, я думаю, это неспроста. Между Бардиным, Прокоповым и этим Тихоном должна существовать какая-то связь. Не удивлюсь, если окажется, что Прокопов пользовался услугами старателя. У него же должны быть источники, из которых он пополняет свою коллекцию. Бардин вполне может быть одним из таких источников. Тихону может быть это известно.

– Думаешь, Статист что-то утаивает?

– Вряд ли. Какой ему смысл? Это не его грядка. Скорее всего, он ничего об этом не знает. Его просто использовали, как человека с определенными талантами.

– Что будем со всем этим делать?

– Думаю, надо начать с доктора Хохлова, – довольно неожиданно заявил Гуров. – Я тебе уже говорил, что мне не понравилось, как он себя ведет. Человек напуган, а с чего бы? При его размеренной, благополучной жизни… Все дело в том, что однажды он встретился с мотоциклистами, и они что-то ему пообещали. Если мы сейчас назовем ему несколько фамилий и зададим парочку нелицеприятных вопросов – он поплывет.

– А если он все-таки ничего не знает?

– Тогда попробуем встретиться с Прокоповым. Хотя эта категория граждан изображает из себя обитателей Олимпа, недоступных для простых смертных. Но мы скажем, что хотим поговорить о драгоценных камнях. Думаю, на это он клюнет.

– А может быть, просто пойти и взять за глотку Тихона? – спросил Крячко.

– А что нам это дает? – возразил Гуров. – Тихон пока что формально чист. Показания Статиста? Бардин? Он скажет, что впервые слышит эти фамилии. Возможно, на Тихона у нас уже что-то имеется, но сперва нужно покопаться в архивах, поговорить с оперативниками. Его на испуг не возьмешь.

– Найти бы Бардина! – деловито заметил Крячко.

– Да, пожалуй, эта фигура ключевая, – согласился Гуров. – Но, как говорится, его местопребывание никому не известно. Возможно, только его женщина знает, куда он теперь направился. Хотя лично я в этом сомневаюсь. Есть у меня надежда, что он попробует спрятаться в Глухове. Ведь купил же он там зачем-то развалюху! Но это скорее из области фантазий. С его стороны вернуться на место преступления было бы настоящим безумием. Но посмотрим, теперь в нашем распоряжении не одна интуиция. Значит, сейчас я еду в управление – думаю, что Петр еще там, – а по дороге созвонюсь с доктором Хохловым. Нужно предупредить, что нам с ним нужно встретиться.

Однако в этот вечер доктор Хохлов ни на один из настойчивых звонков Гурова так и не ответил.


Глава 10 | Сейф олигарха | Глава 12