home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

Все запланированные Гуровым мероприятия по установке прослушивающей аппаратуры в офисе и квартире Прокопова удалось завершить только поздним вечером. Как и предполагал генерал Орлов, убедить прокуратуру в необходимости подобных мер оказалось совсем не простым делом. В конце концов нужные бумаги получили, но целый день был потерян. Ориентироваться Гурову пришлось на сообщения, которые поступали к нему от оперативников, задействованных в наружном наблюдении за домом, где проживал Тихонов, и за его мотоклубом.

Постепенно выяснилось, что основные события сосредоточиваются именно вокруг жилища Тихона, потому что всякая жизнь на стадионе мотоклуба замерла уже к полудню, а те, кто обитал в окрестных коттеджах, крепкие парни с замкнутыми обветренными лицами, как в униформу, облаченные в короткие кожаные куртки, стали постепенно стягиваться к дому своего шефа. Они приезжали туда на роскошных, раскрашенных в броские цвета мотоциклах, заходили в дом и больше не появлялись, точно их всасывала неведомая черная дыра или какой-то Бермудский треугольник местного значения.

– Эти заразы что-то затевают! – глубокомысленно заявил Гурову полковник Крячко. – Помяни мое слово.

– Наблюдение глубокое, – согласился озабоченный Гуров. – Знать бы еще – что именно.

К вечеру вся шайка Тихона безвылазно сидела в его квартире, не предпринимая никаких действий. В то же самое время Прокопов, разделавшись с муторными процедурами, которым его подвергли различные правоохранительные службы, спокойно приступил к выполнению своих обычных обязанностей. Он заседал в офисе, занимался финансами и будто бы забыл о драме, которая разыгралась на его глазах сегодняшним утром. И в целом среди его команды не наблюдалось никакой горячки, никакой нервозности. Все было словно бы начисто забыто. Зато Гурова такое спокойствие начинало нервировать. Бездействие Прокопова перечеркивало все гуровские выкладки, ставило под сомнение его интуицию и грозило в скором времени оргвыводами, возможно, даже серьезным служебным взысканием.

Но беспокоило Гурова не только и, пожалуй, не столько это, а невозможность выяснить намерения Тихона и его банды. Они как будто собирались держать долгую оборону в его доме, но никаких оснований для этого Гуров не видел. Увы, в доме Тихона не было установлено оборудование для прослушивания. Справедливости ради следовало признать, что ничего подобного Гуров и не планировал. Он полагал, что инициатива в последующих событиях будет исходить от Прокопова. Скорее всего, так и было, но, к своей досаде, Гуров ничего об этом узнать не мог. Практически весь долгий день прошел впустую, в ожидании сообщений, но лишь к сумеркам Гурову доложили, что аппаратура готова и отслеживание переговоров Прокопова начато.

Он не выдержал и тут же сам поехал в тот район, где располагался банк Прокопова. Неприметный фургон, напичканный аппаратурой, стоял на автостоянке неподалеку, не вызывая ни у кого подозрений. О своем приезде Гуров предупредил техников, и, когда он появился, они уже подготовили для него некоторые записи.

Прокопов все еще находился на работе. Возможно, ему просто не хотелось возвращаться в пустую квартиру, где утром было совершено убийство. Но, возможно, для долгого бдения у него имелись совсем другие причины.

Впрочем, из записей, которые прослушал Гуров, каких-то определенных выводов сделать было невозможно. Прокопов вел разговоры с партнерами по бизнесу, с клиентами – ничего личного. Даже беседуя с хорошо знакомыми ему людьми, Прокопов ни разу не упомянул об утреннем происшествии.

Гуров знал, что полковник Крячко дожидается его в машине, но решил не спешить. Он нашел себе место в тесном фургончике и стал ждать. Было уже ясно, что сегодняшней ночью спать ни ему, ни Крячко не придется. Как говорится, не стоило и начинать.

Техники старательно прослушивали эфир, но ничего существенного из офиса Прокопова по-прежнему не исходило.

И лишь около девяти часов что-то произошло. Гурову протянули наушники. Он надел их и услышал голос Прокопова. По тону было ясно, что разговор не касается дел служебных и имеет скорее интимный характер, хотя собеседником банкира был, несомненно, мужчина.

– Ну так, что там у тебя нового? Эти все сидят?

– Сидят, – ответил незнакомый Гурову мужской голос. – Как мышки сидят, не шевелятся.

– Плохо, пора бы им пошевелиться, – с сожалением заметил Прокопов.

– Форсировать события тоже не стоит, – посоветовал собеседник. – Не беспокойтесь, шеф, у нас все под контролем.

– Я об одном беспокоюсь – только ли у вас, – многозначительно произнес Прокопов.

Собеседник, видимо, некоторое время переваривал эти слова, а потом сказал твердо:

– Нет, не думаю, мы бы заметили. Никакого постороннего вмешательства. Да и откуда, шеф?

– Откуда, говоришь? Не знаю. Не все у нас гладко. Ты все-таки смотри внимательнее.

– Безусловно, шеф. А вы все еще в офисе? Не тянет домой, а?

– Ты знаешь, я лирикой не увлекаюсь, – с некоторым раздражением ответил Прокопов. – Квартира теперь под присмотром, а мне-то что там делать? Я лучше делами займусь. Отвлекает, знаешь… от мыслей.

– Вы не беспокойтесь, – заботливо повторил собеседник, – мы бдим.

– Бдите! – разрешил Прокопов. – Звони, когда что-то изменится.

Разговор прервался. Техник показал пальцем на вертящиеся бобины магнитофона и прокомментировал:

– Это они, товарищ полковник, по мобильному связь держали. С тех пор как мы начали, это первый такой звонок.

– Кто второй? – спросил Гуров. – Хотя, впрочем, откуда вам знать! Да и не суть важно сейчас, кто это. Важнее понять, о чем они толковали.

– Хотите послушать еще раз? – предложил техник.

Гуров прослушал запись и пошел посоветоваться с Крячко. Тот умирал от скуки в машине и очень обрадовался появлению Гурова.

– Есть новости? – спросил он.

Гуров почти дословно передал ему содержание телефонных переговоров и спросил, что Крячко думает по их поводу.

– Ну что? Один сидит в офисе, – сказал Крячко. – Другой тоже где-то сидит. Типа, в засаде. Следит за теми, которые тоже где-то там сидят. Прокопов домой ехать не хочет. Трудоголик. Все понятно, по-моему. А что непонятно, то этот тип попозже скажет.

– Я сейчас хочу знать, – нахмурился Гуров. – Если они наблюдают, то за кем? Уж не за нашим ли объектом, а? Скорее всего, как ты думаешь?

– Скорее всего, – подтвердил Крячко. – Действительно, сидят – это слово очень точно отражает ситуацию. Как пришли, так и сидят. Я только что ребятам звонил. Они подтверждают – из дома по-прежнему никто и носа не высовывал.

– Тогда почему, скажи мне, мы не обнаружили посторонних наблюдателей?

– А какая тут загадка? Они раньше нас заняли позицию, – ответил Крячко. – И тоже сидят себе, не шевелятся. А у наших ребят задание какое – следить за Тихоном, а не за теми, кто может следить за ним.

– Тоже верно, – согласился Гуров. – Но теперь это положение нужно исправить. Если Прокопов поставил к дому Тихона наблюдателей, значит, все наши предположения на сто процентов верны и ожидается какая-то заварушка. Тут важно не спугнуть.

– Можно сделать очень просто, – предложил Крячко. – Пройтись там по машинам в качестве парковщиков. Сейчас таких умельцев в Москве развелось, как тараканов, – никто и не удивится. Нужно только раздобыть жилет с надписью и рот водкой прополоскать – для убедительности. Жилет можно на вокзале позаимствовать. Там основная парковка, и менты это дело крышуют. Суровая правда жизни, ничего не поделаешь! Поехали?

Гуров согласился, что придумано неплохо. Предупредив техников, чтобы те держали их в курсе всех событий, Гуров и Крячко поехали на Киевский вокзал и после не очень долгих переговоров позаимствовали рабочий жилет парковщика. Затем в ночном магазине приобрели бутылку водки и поехали к дому Тихонова.

Остановили машину в тихом месте. Крячко натянул на себя жилет, в соответствии с собственным сценарием хорошенько прополоскал горло водкой и отправился вразвалочку вдоль тротуара, присматриваясь к каждой припаркованной поблизости машине. Он сутулился и оттопыривал при ходьбе зад, как человек, измотанный многодневным похмельем. Со стороны даже при наличии самой буйной фантазии невозможно было признать в этом неаккуратном взъерошенном человеке старшего оперуполномоченного по особо важным делам. Да и не по особо важным тоже.

Когда фигура друга растворилась в полумраке улицы, Гуров позвонил своим наблюдателям и сообщил им о возможном присутствии рядом посторонних наблюдателей. Оперативники сообщили ему, что ничего подозрительного до сих пор не замечали. Новостей тоже никаких не было. Гуров стал ждать возвращения Крячко.

Ждать пришлось довольно долго. Тот появился, когда часовая стрелка перевалила через десятку. Крячко с усталым, но чрезвычайно довольным видом плюхнулся на заднее сиденье, включил верхний свет и с восторженным смехом вывалил себе на колени целый ворох бумажек – были здесь и мятые серые десятки, и сотенные, и даже долларовые купюры.

– Все! – решительно заявил Крячко. – Завтра же пишу рапорт об увольнении и перехожу в парковщики! Видел? Вот это чес! И учти, это я еще не набил руку…

– Кончай трепаться! – сердито сказал ему Гуров, решительно выключая светильник. – Нашел время! Откуда у тебя эти деньги? Ты заставлял людей платить тебе за парковку?

– Не скажу, что я их насиловал, – ответил Крячко. – Но предложения нескромные делал. Намекая на закон, который стоит у меня за спиной. Вспоминал про бесплатный сыр, который только в мышеловках бывает. Это вообще действует безотказно. Правда, некоторые грубо меня послали, а один небритый гражданин вообще пообещал поотрывать мне… нет, не скажу что!

– Ты, наконец, будешь говорить по делу? – разозлился Гуров.

– А я не по делу, что ли? – обиделся Крячко. – Можешь вообще на меня голос не повышать. Я уже одной ногой в новой жизни. Будешь моей «крышей», когда я уйду на вольные хлеба?

Однако, заметив, что Гуров уже едва сдерживается, Крячко сменил тон:

– Ну а если совсем серьезно, то вот тебе новости. Во дворе напротив дома Тихонова стоят два джипа. Один поближе к выезду, другой чуть подальше, у стеночки. До подъезда Тихона оттуда довольно далеко, так что я полагаю – они там хорошей оптикой пользуются. Не исключено, что у них даже какая-нибудь инфракрасная хреновина имеется. Но я уверен, что это те самые.

– Откуда уверенность?

– Сам понимаешь, в машину они мне заглянуть особенно не дали, – объяснил Крячко. – Но я был настойчив. Все-таки на мне форма… Лез нахрапом. Кто, говорю, за парковку платить будет?! Хотели мне рыло сначала начистить – их там полная машина, – но потом высунулся главный, сунул мне сто баксов и велел убираться. Каково, а?! Сразу видно банковского работника! Меньше ста баксов он и за деньги не считает…

– Ты по этому определил, что он из банка? – с иронией спросил Гуров.

– Нет, я его рожу узнал. Видел сегодня в офисе Прокопова, когда мы туда беседовать приезжали. Да ты его тоже видел. Это секретарь Прокопова. Савельев, кажется, его фамилия. Так что все сходится.

– Так! – Гуров выглядел очень довольным. – Ну, Стас, ты молодец! Рано тебе еще в парковку уходить. Еще здесь пригодишься. И много, говоришь, народу в машинах?

– Есть народ. Навскидку в первой тачке человек пять, не меньше. Во второй, я думаю, то же самое. Правда, вторую я проверять не рискнул. Лучшее – враг хорошего, как говорится. Но убежден, что они вместе.

– М-да, что-то мне такая расстановка сил совсем не нравится. Генерал меня сегодня убеждал, что Прокопов – это что-то среднее между невинной овечкой и священной коровой. В прокуратуру поехал, как на плаху. До последнего момента не верил, что нам пойдут навстречу. А тут вон что выходит. Если бы ты сам не видел все собственными глазами, я бы подумал, что меня кто-то разыгрывает.

– Ты как будто сам не очень веришь в свою версию, – заметил Крячко. – По твоей теории, все именно так и должно быть. Если Тихон замешан в ограблении Прокопова и охоте на Бардина, а Прокопов является инициатором второго действа и жертвой первого, то совершенно логично, что сегодня здесь общее собрание жильцов нашего города. Но тут есть одна особенность. Если твоя теория верна, Прокопову теперь позарез нужно избавиться от своего неблагодарного Франкенштейна, которого он сам же и породил.

– Неужели Прокопов опустится до банальных разборок?

– Так ведь ему надо поторапливаться, – пожал плечами Крячко. – Проколется на чем-нибудь Тихон, сядет на нары, и пойдет писать губерния! Но я думаю, что тут замешан и еще один интерес. Кто знает, может, Тихон все-таки добрался до Бардина? Или знает, как до него добраться. Прокопов не может упустить такой момент. Я так думаю. А как уж там на самом деле – жизнь покажет.

Не удовольствовавшись одними предположениями, Гуров связался с дежурной частью и попросил скрытно прислать в район наблюдения автобус со взводом ОМОНа. Теперь он чувствовал себя гораздо увереннее. В случае возникновения серьезного конфликта ему было на кого опереться.

Примерно через час кое-что прояснилось. Сначала позвонили оперативники, наблюдавшие за домом. Они были встревожены. По их словам, из подъезда начали выходить люди Тихона.

– Пятеро на мотоциклах, трое сели в машину. Черный «Опель». Прикажете следовать за ними, товарищ полковник?

– Сами поедем, – решил Гуров. – Нехорошо, если они обратят на вас внимание. Вы за нами держитесь. Потом по ходу дела подключитесь.

Через раскрытое окно ему самому уже было хорошо слышно, как неподалеку рокочут моторы мотоциклов. Он медленно поехал в ту сторону, откуда доносился шум. И тут дали о себе знать с прослушки.

– Интересный разговор, – сообщили они. – Только что записали. Даем прямо с ленты.

Гуров плотнее прижал трубку к уху, но качество записи и без того было неплохим. Говорили опять те же двое. Но теперь Гуров с большой уверенностью мог предполагать, что вторым собеседником был Савельев, секретарь Прокопова.

– У нас новости, шеф! – сообщил он. – Этот подонок только что связался с нами. Намерен выезжать. Я дал добро. Ведь жаль было бы упускать возможность, правда?

– Жаль, что я с самого начала поставил не на ту лошадь, – мрачно ответил Прокопов. – Хотели как лучше, а получилось… Ладно, сделанного не воротишь. Надеюсь, сегодня вы не оплошаете. Ни в коем случае нельзя упустить главного. Если эти уйдут – черт с ними. Пускай прячутся, как крысы, по своим тайным норам, я не возражаю. Сейчас выиграть время – значит, выиграть все. Но не упустите главного!

– Ну что вы, шеф! Как можно? Если только это не дезинформация… Простите, шеф, они выходят! Ведут себя смирно. Их восемь человек. Пятеро на мотоциклах. Начинаем операцию «Эскорт».

– Ну, с богом! – сказал Прокопов. – Аккуратнее работайте! И без того шуму много. Ты уверен, что этот, как его, Фарш, взял назад свои претензии?

– Абсолютно, шеф! Мы сразу нашли с ним общий язык. Он меня понял и сказал, что не хочет неприятностей, и вообще эта сделка его не очень интересует. Он чувствует, что играет в чужую игру, и это ему не нравится. Я уверен, что он не появится.

– Ну, с богом! – повторил Прокопов. – Сделаешь все как надо – проси чего хочешь. Как в сказке.

– Ну, шеф! – с легкой укоризной ответил Савельев. – Все, что человеку нужно, вы мне уже дали. Я у вас в неоплатном долгу. Не волнуйтесь, как только появится возможность, я вам доложу об успехах.

На этом разговор закончился. И буквально следом опять просигнализировали наблюдатели.

– Колонна двинулась! – сообщили они. – Чисто президентский кортеж! Мы на месте, ждем вас… Черт! За ними еще две тачки двинули! Из двора напротив! Два джипа! До сих пор мы ничего такого…

– Спокойно! – вмешался Гуров. – Все нормально. Об этих тачках нам известно. Мы уже едем.

Они действительно как раз проехали мимо темной «Лады», в которой коротали время два офицера с Петровки, и устремились дальше – туда, где растворялись в перспективе широкой улицы красные огоньки автомобилей.

Вскоре направление, в котором двигался импровизированный кортеж, определилось. Судя по всему, Тихон и его сопровождение двигались в сторону Ленинградского проспекта. Гуров связался с оперативниками и приказал задержаться, предупредить командира омоновцев, чтобы тот также следовал за ними, не выдавая до времени своего присутствия.

– Предупредите всех – действовать строго по моей команде! Обстановка неясная. Связь держать постоянно.

Обстановка действительно вызывала массу вопросов. Гуров и Крячко попытались найти на них ответ.

– Как хочешь, Лева, а у меня такое впечатление, что эти два джипа не были для нашего Тихона никаким сюрпризом, – сказал Крячко. – У тебя есть этому объяснения?

– Еще бы! Мне только что дали прослушать последний разговор Прокопова с Савельевым. Тихон просто попросил разрешения у Савельева покинуть свое убежище. Так что все нынешнее действо проходит под патронажем господина Прокопова, можешь не сомневаться. Что только все это означает, хотел бы я знать? Дело в том, что тут еще замешан некий Фарш. Тебе ничего не говорит это нежное имя? У этого, несомненно достойного, господина имелись какие-то претензии на сегодняшний вечер, но после беседы с господином Савельевым эти претензии отпали сами собой. Стороны поняли друг друга, и господин Фарш дал обещание не вмешиваться.

– Может быть, Тихон, предвидя неизбежность конфликта с Прокоповым, заручился поддержкой союзника, а тот в последний момент сдал пятками назад? – предположил Крячко. – Тогда это означает, что Савельев настроен очень серьезно. Как говорится, с применением всех сил и средств… Как бы кровища не пролилась, Лева!..

– Не думаю, что Савельев будет так примитивен, – покачал головой Гуров. – Это же не пьяные разборки за пивной. Он должен действовать тоньше, чтобы не подставиться. Его главная задача сейчас – отвести от своего шефа любые подозрения. Я вот что думаю – уж не договорились ли они о том, что Тихон со своей братией покинет Москву? Этот вариант мог бы устроить обоих. Даже учитывая оскорбленное достоинство банкира. Сейчас ему нужно сохранить репутацию. А обидчиков можно будет выследить позднее и перещелкать по одному, потихоньку.

– Только зачем такие пышные проводы? – удивился Крячко. – Коль заключен договор? Можно было послать надежного человека, который бы проследил за выполнением. Зачем отряжать целое вооруженное формирование?

– Спроси чего-нибудь попроще! – усмехнулся Гуров. – Подождем. Нужно хотя бы понять, куда они направляются.

Постепенно выяснилось, что кавалькада направляется в сторону Волоколамского шоссе. Видимо, чтобы не привлекать внимания дорожной службы, колонна постепенно рассыпалась. Мотоциклисты поодиночке ушли вперед, один джип, наоборот, отстал, и только «Опель» Тихона и джип Савельева держались рядом.

– Прочь из Москвы! – прокомментировал Крячко. – Все-таки они едут за город. За сто первый километр. Наверное, ты где-то прав насчет выдворения недостойных.

Гуров связался с идущей следом машиной и предложил оперативникам выдвинуться вперед.

– Постарайтесь определить, как далеко ушли вперед мотоциклисты, – попросил Гуров. – И если догоните, держите их на хвосте. Нам важно знать сейчас, куда эта бражка намерена двигаться, чтобы не попасть впросак. С ОМОНом все в порядке? Ну, добро! Действуйте!

«Лада» с оперативниками резко ушла вперед, опередила пару Тихон – Савельев и растворилась в ночи. Через некоторое время они сами связались с Гуровым.

– Мотоциклисты поодиночке выехали за Кольцевую, – сообщили они. – Движутся в направлении Красногорска.

– А ведь они, пожалуй, в Глухово едут, – задумчиво произнес Гуров. – Так оно и есть. Можно сказать, все возвращается на круги своя. Значит, Бардин тоже вернулся.

– Там же наш человек! – заметил Крячко.

– Мы с тобой тоже там были, – напомнил Гуров. – А что толку? Значит, наш человек что-то недоучел.

– А ведь я вспомнил, кто такой этот Фарш! – вдруг сказал Крячко. – Был такой мелкий пакостник. Где-то на Юго-Западе шуровал. В тюрьму так и не сел – видно, вовремя одумался. Между прочим, среди его интересов драгоценные камешки тоже числились. Не исключено, что от этого увлечения он и до сих пор не избавился.

– Не исключено, – согласился Гуров. – Тогда кое-что делается мне понятным. Похоже, Бардин задумал камни этому самому Фаршу предложить, но Прокопову об этом стало каким-то образом известно – может быть, от Тихона, может быть, другими путями. Но Бардин-то не знает, что тут все переиграли и Фарш к нему не явится…

– Явятся другие шакалы, – подтвердил Крячко. – И предложат другую цену.

– Вот именно, – сказал Гуров. – И в связи с этим у меня появилась одна интересная идея. Только нам с тобой придется очень хорошо постараться, чтобы воплотить ее в жизнь.

– Стараться нам не привыкать, господин полковник! – сказал Крячко. – Только остались мы, похоже, без ужина!

– Ничего, к завтраку, глядишь, поспеем, – усмехнулся Гуров.


Глава 14 | Сейф олигарха | Глава 16