home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



(Ржевка, Санкт-Петербург, июнь 2000 года)

Машину пришлось оставить задолго до аэропорта – хмурый сотрудник ГИБДД махнул жезлом, и Лукашевич, тормознув, свернул к обочине.

– В чём дело, командир? – Стуколин, расположившийся справа на заднем сидении, высунулся в приоткрытое окно.

– Слепые, что ли? – грубовато отозвался автоинспектор. – Сами не видите? Дальше проезда нет.

Дальше действительно проезда не было. И хотя какие-то автомобили, отчаянно сигналя, пытались продвигаться в сплошном потоке людей, идущих по узкой «шоссейке», овчинка явно не стоила выделки – быстрее было добраться пешком.

Трое друзей и Кирюша выбрались на асфальт.

– Хорошо хоть пиво заранее взяли, – высказался Стуколин. – Не так скучно идти будет.

– А тебе в нашей компании скучно? – подначил Лукашевич.

– Ещё как! – Стуколин ухмыльнулся. – Я за три месяца на ваши морды насмотрелся.

– Ну и не ездил бы, – сказал Громов. – Без тебя обошлись бы.

– А шоу? Раз в жизни на шоу посмотреть!..

– Ну ты даёшь, – засмеялся Лукашевич. – Истребителей, что ли, никогда не видел?

– Зато какой повод!

На самом деле поводом стало пожелание, ясно высказанное Громовым-младшим, который, вычитав где-то о готовящемся авиа-шоу (первом в Санкт-Петербурге, по утверждению рекламы), немедленно потребовал туда себя отвести. Громов-старший возражать не стал: он был в отпуске и мог себе позволить потратить субботний день на лёгкое развлечение с оттенком ностальгии. Приятели же навязались случайно – собирались зайти с визитом и бутылкой, но, прослышав об авиа-шоу, изъявили желание присоединиться. Константин сначала хотел отказать им, мотивируя это тем, что «вы, ребята, снова напьётесь и сына мне дурным примером испортите», но потом подумал и понял, что эти двое всё равно притащатся на Ржевку и будут искать их по аэродрому и окрестностям, да и Кирюша был рад, узнав, что дяди Лёши готовы присоединиться к компании. Так и поехали вчетвером.

Друзья влились в людской поток, продвигающийся к Ржевке. Казалось, на авиа-шоу пришли поглазеть представители всех слоёв населения современного Петербурга. Здесь можно было увидеть и папаш с детьми, и целующиеся на ходу парочки, и байкеров в коже и заклёпках, и бритоголовых крепышей в малиновых пиджаках, и старичков-ветеранов при орденах и планках, и офицеров всех мастей, и просто молодых ребят с блеском в глазах от предвкушения необычайного зрелища. Такое количество самого разнообразного народа подтверждало: не угас ещё в России интерес к небу и к авиации, не угас – а значит, не всё ещё потеряно, будет и на нашей улице праздник.

Впереди над деревьями появился вертолёт «Ми-8», из него вдруг высыпались парашютисты, раскрыли свои разноцветные парашюты и, сблизившись друг с другом, составили в ярком чистом небе российский триколор.

– Красиво, – оценил Лукашевич. – И символично.

Друзья промолчали: каждый думал о своём. Стуколин вздохнул, достал из сумки, которую нёс на плече, бутылку пива, открыл её о торчащий прямо у дороги стальной штырь и приложился к горлышку.

Вскоре справа и слева от шоссейки стали попадаться деревенские домики с палисадниками и огородами, за заборами прохаживались куры, сидел на насесте петух – деревня деревней. Ограждение вокруг лётного поля стало видно ещё через километр. К тому времени парашютисты отработали своё, в небо поднялись первые легкомоторные самолётики и принялись выписывать петли, демонстрируя публике чудеса высшего пилотажа.

Компания из трёх взрослых и одного ребёнка подошла к покосившимся воротам аэропорта «Ржевка». Слева у дощатого домика, где находились кассы, толпился народ.

– М-да, – изрёк Стуколин. – И не подумаешь, что авиа-шоу. Где информационные плакаты? Где газировка, сахарная вата и хот-доги? Где столики с сувенирами?

Он был прав. То, что на Ржевке происходит действо, называемое во всём остальном мире звучным термином «авиа-шоу», подтверждали только вьющиеся над головой «пилотажники». Впрочем, один лоток с сувенирами через некоторое время обнаружился – там продавались флажки с эмблемой российских ВВС и, что характерно, модели американских истребителей F-14 и F-16.

– Пойдём туда? – спросил Стуколин, кивая на ограждение, за которым скрывалось лётное поле. – Билет, говорят, семь червонцев стоит.

– Разве дело в деньгах? – на лице Громова-старшего читалось сомнение. – Кирюша, – обратился он к сыну, – ты туда хочешь?

Кирюша посмотрел на толпу, на небо, снова на толпу, и покачал головой.

– Неохота, пап, – сказал он. – Чего нам в этой толкучке делать?

– Слова не мальчика, но мужа! – одобрил Стуколин. – Куда двинемся?

– Там справа от дороги такое местечко было, – напомнил Лукашевич. – Типа недостроенного фундамента.

– Отличная идея, – согласился Громов-старший.

Они вернулись к выбранному месту. Там действительно располагалось нечто вроде утонувшего в земле фундамента с остатками кирпичных стен. Друзья расселись на травке как раз в тот момент, когда, раскрутив винты, над Ржевкой поднялся «Ми-24», повисел и ушёл в западном направлении. После естественной паузы опять начались полёты мастеров пилотажа, а друзья распаковали бутерброды. К сомнительным развалинам, рядом с которыми расположились трое пилотов и мальчик, никто не проявил интереса, кроме небольшого стада козлят под присмотром местного пастуха. Кирюше козлята понравились, и его внимание сразу разделилось: он пытался одновременно наблюдать и за самолётами, и за козлятами. Самое интересное то, что у него это получалось.

Стуколин допил первую бутылку и спросил, оглядываясь вокруг:

– Ну и где наши орлы?

– О каких орлах идёт речь? – немедленно уточнил Лукашевич.

– О тех, которые всегда гвоздём программы. Где эти хвалёные «Русские витязи»?

– Если обещали быть – значит, будут, – сказал Громов невозмутимо. – Личкун – человек слова.

Он оказался прав.

– Смотрите! – воскликнул Кирюша, вскочив на ноги и вытягивая руку. – Летят!

С запада, выстроившись треугольником, приближались на низкой высоте шесть истребителей «Су-27», фюзеляжи которых были раскрашены в цвета российского флага. На лётным полем истребители развернулись и сделали «горку».

– А ведь я их всех знаю, – сказал Громов, приложив руку ко лбу наподобие козырька. – Вон Эдик Жуковец… Отстаёт сегодня. И строй плохо держит. Впереди – Сашка Личкун. Как всегда на лихом коне…

– Как ты их опознаёшь? – полюбопытствовал Лукашевич.

– По выхлопу, – съязвил Стуколин.

– Халтурят ребята, – высказал своё мнение Громов, помолчав. – Не в полную силу работают. В Ле-Бурже, помню, или в Фарнборо, или на МАКС’е – выкладывались по полной программе. А тут…

– А чего перед нами, быдлом, выпендриваться? – тут же нашёл повод позлобствовать Стуколин. – Для сельской местности сойдёт!

– Какие вы, однако, зануды, – обиделся за «витязей» Лукашевич. – Ребята работают, как могут. Я вот, например, так не умею. И мне нравится, что хотя бы они умеют.

– И мне нравится! – заявил Кирюша. – Давайте смотреть.

А посмотреть и в самом деле было на что. «Витязи» работали по своей стандартной программе, а потому слаженно и внешне очень эффектно. Шесть машин – по двадцать две тонны каждая – шли настолько тесно, что, казалось, ошибись лётчики хоть самую малость, и столкновение будет неминуемым. Через пару минут, покувыркавшись в воздухе, группа разделилась: два самолёта продемонстрировали вираж на сверхмалой высоте и ушли на базу, остальные на вертикали поднялись так высоко в зенит, что зрителям пришлось задрать головы, и, отстрелив фейерверки, одновременно разошлись в разные стороны. В небе образовалась красивая звезда из четырёх «лучей» дыма – достаточно устойчивая, чтобы на неё все успели налюбоваться. Наконец остался только один «витязь». Разогнавшись, он показал публике весьма захватывающую фигуру пилотажа, известную под названием «колокол» – завис на вертикали с выключенными двигателями. Потом попрощался отстрелом фейерверков и под аплодисменты толпы ушёл на запад.

– Ух! – выдохнул Лукашевич. – Незабываемое зрелище. Сколько смотрю, а привыкнуть не могу.

– А что вам больше всего понравилось, дядя Лёша? – спросил Громов-младший.

– Разумеется, самолёты, – ответил Лукашевич с улыбкой. – А тебе?

Кирюша пожал плечами.

– У папы тоже такой есть, – похвастался он, но как-то неуверенно. – И летает он получше.

Стуколин хмыкнул.

– Так, значит, тебе вообще ничего не понравилось? – удивился Лукашевич.

– Понравилось.

– А что именно?

Кирюша вдруг застеснялся и не ответил на последний вопрос.

– Отстань от парня, – сказал Стуколин, строго глядя на друга. – Пей своё пиво и смотри на шоу, а в душу не лезь.

Шоу тем временем продолжалось. Два легкомоторных «Як-52», раскрашенные в цвета Второй мировой (один нёс на крыльях алые звезды, другой – чёрные кресты) изображали воздушный бой на виражах. Публике, впрочем, после «гвоздя программы» стало уже неинтересно: зрители покидали шоу, продвигаясь в сторону Города.

– На самом деле, – сказал Громов-старший, наблюдая за этим новым потоком, – не важно, чем хороши пилоты или самолёты. Просто авиа-шоу – это всегда ощущение праздника. Как парад на Красной площади, приуроченный к Дню победы… А ведь мы действительно победили, – добавил он, переводя взгляд на друзей, – и заслужили этот праздник, разве не так?

Стуколин поднял над головой початую бутылку, выказывая желание немедленно чокнуться. В полном молчании друзья сделали по большому глотку.

– Кирилл, – отдышавшись, обратился Лукашевич к Громову-младшему, – давно хотел тебя спросить. А кем ты хочешь стать, когда вырастешь? Небось, лётчиком, как отец?

Кирюша отрицательно покачал головой.

– Нет, – сказал он очень серьёзно. – Ведь они не только летают, но и убивают друг друга.

Кирюша показал на небо, и друзья увидели, как под крыльями «Яка», изображающего советский истребитель, засверкали вспышки имитатора стрельбы, а второй «Як» с крестами окутался дымом и завалился в управляемый штопор.

Пилоты переглянулись. И никто из них не решился прокомментировать слова одиннадцатилетнего мальчика…


( Земля Королевы Мод, Антарктида, март 2000 года) | Удар небесного копья (Операция «Копьё») | Примечания