home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XXXVIII

В подразделение пришел новый офицер, и для кадетов настали черные дни. Нового офицера звали Сокольничий Джоанна, и она была куда грубее и свирепее Сокольничего Ози и куда требовательнее, чем Сокольничий Эйбет. С первого же дня Джоанна навела свои порядки. Для начала она заставила кадетов буквально выскоблить весь барак, снизу доверху. Дальше начался ад кромешный. Что ни день, Джоанна устраивала изнурительные марши. От кадетов она требовала невозможного. И что хуже всего – не скрывала своего презрения ко всем вольнорожденным на свете. Особенно доставалось от нее кадету Хорхе. Джоанна откровенно измывалась над ним. Хорхе делал все, чтобы ей угодить, но она изобретала для него все новые и новые неразрешимые задачи. Казалось, это доставляло ей какое-то особое, необъяснимое удовольствие.

Для Эйдена в поведении Джоанны не было ничего особенного. К чему, к чему, а к этому он за время своего пребывания на Железной Твердыне привык.

В первый же день, найдя какой-то повод отозвать Эйдена в сторону, Джоанна заявила ему:

– Ну теперь держись, Эйден...

– Хорхе... Я теперь Хорхе.

– Знаю.

– А если кто услышит?

– Раз я называю тебя так, значит неважно, услышит кто-нибудь или нет. – Она свирепо уставилась на него, но Эйден ощущал в ней затаенное, глубоко скрытое веселье. – Ты понял, воут?

– Ут.

– Будем надеяться, что это ненадолго. Ты ведь знаешь, я не отличаюсь терпением, а? Ладно, проехали. Как ты понимаешь, меня не очень радует это назначение. Меня сюда послал Тер Рошах. Нужно было кому-то заменить Ози. Тот подцепил какую-то заразу.

– И он? Я хотел сказать, с ним все в порядке?

– Если не считать, что он лежит и трясется под дюжиной одеял, то в полном ажуре. А почему ты спросил?

– Так просто. А почему тебе так не нравится это назначение? Здешнее подразделение не хуже любого другого.

– Тем не менее меня блевать тянет, когда вокруг целый день морды вольнорожденных. Как ты их выносишь?

– Это не так уж и страшно. В них нет ничего особенного. Они дружелюбны...

Джоанну, похоже, его заявление шокировало.

– Ясно, что в них нет ничего. Я и удивляюсь, как ты это переносишь? Ладно, неважно. Лично мне они омерзительны. Одно утешает – я тут ненадолго.

– Сокольничий Джоанна, надо и им дать шанс.

– Стоп. Мне уже приходилось слышать подобные песни. Имей в виду, я их ненавижу точно так же, как и самих вольнорожденных. Кстати, твои дружки пялятся на нас. Приготовься, я сейчас тебя ударю.

И прежде чем Эйден успел сообразить, что к чему, Джоанна влепила ему оглушительную затрещину, от которой у Эйдена зазвенело в голове. Затем она рявкнула, чтобы он убирался, и пошла прочь. Эйден поплелся к кадетам. Те стояли и ухмылялись. Эйдену поневоле вспомнились только что сказанные Джоанной о вольнорожденных слова. Давнишняя предубежденность против них вспыхнула с новой силой. Может, он обманывает себя? Может, и в самом деле ему не так с ними хорошо, как кажется?

Несколько дней спустя на рассвете Джоанна окриком подняла кадетов с коек и объявила им, что подразделение отправляется на особое задание. После чего был долгий марш. Солнце уже садилось, когда они наконец прибыли на место. Здесь Джоанна раздала им сухой паек и сообщила, что их подразделение удостоилось особой чести. Через два часа им предстоит принять участие в первом этапе Аттестации. Аттестация будет проходить в лесу, в километре отсюда. Основные участники Аттестации должны будут миновать участок леса. Задача подразделения – атаковать вернорожденных кадетов и не дать им пройти трассу. Оружие и у тех, и у других участников рассчитано на парализующий эффект.

– Считайте, что вам повезло. Вы сможете не только воочию наблюдать Аттестацию, но и оказать услугу аттестуемым. Ваше присутствие создаст для них условия, приближенные к боевым. Вопросы есть?

Оглядевшись вокруг, Эйден внезапно узнал это место. Здесь же проходила его собственная Аттестация. Даже отсюда он мог различить гряду холмов за лесом.

Кадеты сидели и жевали сухой паек. Эйден подошел к Джоанне.

– Кадет Хорхе, в чем дело?

– Разрешите переговорить с вами с глазу на глаз. Сокольничий.

Она коротко взглянула на Эйдена. Подобная просьба шла вразрез с правилами, особенно теперь, когда подразделение было на задании. Но Джоанна знала и то, что в подразделении Эйден слыл за отчаянного. Поэтому любое объяснение, которое он придумает, кадеты примут.

Когда они отошли на достаточное расстояние, чтобы не быть услышанными, Джоанна сказала:

– Тер Рошах не хочет, чтобы ты участвовал в этом задании. Сперва я расставлю остальных по местам, потом ты пойдешь со мной. Пусть выглядит так, будто я собираюсь поставить тебя снайпером в самом конце трассы. На самом деле я отведу тебя в безопасное место. Посидишь там, пока аттестуемые не пройдут к боевым роботам, а потом вернешься. Таким образом ты...

– Погоди, Джоанна! Ты соврала им. Ты сказала, что у обеих сторон оружие рассчитано лишь на парализующий эффект. Ты же прекрасно знаешь, что аттестуемым выдают настоящее боевое оружие.

– Согласна, риск есть. Но процент смертности здесь невелик.

– Но ведь это убийство.

Джоанна отвернулась. На ее лице было написано крайнее отвращение.

– Тер Рошах, должно быть, совсем спятил, пытаясь вернуть тебя в воины. Не воображай, что мне это нравится. Это ваши с ним игры, не мои.

– Я думал, что ты прислана сюда просто на место Ози.

– Я пошутила. Забудь об этом. Делай то, что тебе приказано. С твоим своенравием и эмоциональностью тебе никогда не стать воином. Пора от этого избавляться. – Она глубоко вздохнула. – Это не убийство. Это часть военной подготовки. А риск смерти присутствует на любом этапе подготовки. Тебе ли этого не знать. Ты сам видел, как погибали твои товарищи-сибы. То же самое и у вольнорожденных. Если с ними что-то случается, значит, сами виноваты. Если у них есть немного смекалки, они выживают... Ладно, хватит об этом. Я приказываю тебе сопровождать меня и оставаться там, где я тебе скажу, столько, сколько я сочту нужным... Какого черта тебя так волнует судьба этих ублюдков? На Аттестации ты собственноручно убил пятерых вольнорожденных. Забыл? Поразмысли на досуге. Это все. Возвращайся к своему подразделению.

Эйден хотел было еще что-то сказать, но понял, что разговор окончен. Пока он шел назад, он думал, а не предупредить ли остальных, что ждет их на самом деле? Но это означало бы раскрыться. Никому он пользы таким образом не принесет. Свой последний шанс упустит, а остальных от риска не избавит.

– Со стороны поглядеть, так вы спорили о чем-то, – заметил Том.

– Нет, – отозвался Эйден.– Я просто попросил выдать нам дополнительный паек после того, как мы вернемся. Нам еще предстоит ночной марш обратно в лагерь.

Ему самому было тошно от собственной лжи. Впечатление было такое, что они связаны одной веревкой: он. Тер Рошах и Джоанна. И никуда ему от них не деться. Оглянувшись, он встретился глазами с пристально смотревшим на него Жеребцом. И тут до Эйдена дошел весь ужас ситуации. Жеребец все знает и молчит, слушая, как он, Эйден, нагло лжет остальным, обрекая их, быть может, на смерть. Неужели и через это нужно пройти, чтобы стать воином-мастером? Хладнокровно жертвовать друзьями и в случае необходимости посылать товарищей на верную гибель? Впрочем, именно это в свое время вбивал в головы сибов Дерворт.

Джоанна говорит, что он, Эйден, должен предоставить Жеребца и прочих вольнорожденных их собственной участи. Возможно, она и права. Но все равно трудно быть негодяем по отношению к тому, кто повел себя с тобой благородно. Сделав вид, что хочет напоследок проверить личное оружие, Эйден отошел прочь от кадетов. Никто и не обернулся. Только Жеребец молча проводил его взглядом.

Пришла Джоанна и расставила кадетов на выбранные ею места. Последним остался Эйден. Она повела его дальше, делая вид, что и для него у нее припасена огневая точка.

– Ну вот, здесь достаточно далеко от основной трассы, – сказала она после того, как они пятнадцать минут пробирались по лесу. Она указала на крохотную полянку, где можно было удобно сидеть, прислонясь к стволу дерева, росшего посередине. – Оставайся здесь и расслабься. А у меня тут есть и другие обязанности. Я слышу, флайер уже на подлете.

Она исчезла. Прошло несколько секунд, и Эйден тоже услышал звук двигателей. Прислонясь к стволу и закрыв глаза, он начал вспоминать, как их – Марту, Брета и его, Эйдена,– точно так же доставили сюда. Тоже был полет на флайере, возбуждение, потом сумасшедший бег через лес, убийство нескольких вольнорожденных (как справедливо заметила Джоанна), затем мостик робота, торопливый старт, когда он так рвался в битву. Впервые за долгое время он заново пережил момент катапультирования – стремительно надвигающаяся земля, удар. Эйден открыл глаза. Лес казался удивительно мирным. Вдруг над ним шевельнулась ветка. Чисто рефлекторно мелькнула мысль – снайпер! Но нет, это была просто птица. Еще одна ветка шевельнулась. На миг мелькнуло бело-голубое оперение среди листвы.

Внезапно он понял, что не силах больше сидеть тут. Как можно прохлаждаться, когда остальные в опасности? Невзирая на приказ Джоанны, он должен во что бы то ни стало быть поближе к месту, где разворачиваются события. Не в его привычках трястись за собственную задницу. Даже Джоанна должна была об этом знать.

Стараясь двигаться по возможности бесшумно, Эйден пошел назад тем путем, каким Джоанна привела его сюда. В свое время немало занятий было посвящено ориентированию на местности, особенно в лесу. Поэтому Эйдену не составило особого труда выйти к месту посадки флайера. Последнюю сотню метров он прополз. Сейчас он находился на кромке леса. Дальше начиналось открытое пространство с отдельно стоящими редкими деревьями. А впереди, там же, где и в прошлый раз, виднелся флайер, рядом с которым стояла кучка офицеров. Среди них Эйден увидел двух аттестуемых – мужчину и женщину. Эйден смотрел на них, и ему казалось, что это он и Марта стоят там. Кадеты и в самом деле были похожи. Такие же, как и они с Мартой, высокие, оба примерно одного роста. Оба держались с тем гордым достоинством, которое отличает многих сибов. На мгновение перед глазами Эйдена всплыла его собственная сиб-группа. Вот они, сразу же после прибытия на Железную Твердыню, рядом с шаттлом – собираются устроить командное состязание. А напротив офицеры с их презрительными взглядами... Похоже, что эта сиб-группа послабее, чем их. До Аттестации дошли всего два человека. Впрочем, как знать? Этого он никогда не выяснит.

Эйден увидел, что один из офицеров приготовился дать сигнал к началу Аттестации, и быстро отполз назад, в лес, за деревья. Поднявшись на ноги, он попытался сообразить, в какой стороне его товарищи. На мгновение ему даже стало смешно – он представил себе гримасу Джоанны, узнай она, как он мысленно величает вольнорожденных. Но Эйдену тут же стало не до смеха. Он потерял ориентиры и никак не мог сообразить, куда надо бежать, чтобы выйти на позиции, где Джоанна расставила кадетов. В конце концов Эйден решил выждать, благо Аттестация вот-вот начнется, и понаблюдать за развитием событий.

Вернувшись к кромке леса, он осторожно выглянул из-за дерева. Сейчас он находился дальше от трассы и видел флайер под другим углом. Офицер отсчитывал последние секунды перед стартом. Кандидаты уже приготовились.

Офицер дал старт, и оба аттестуемых побежали. Быстро добравшись до кромки леса, они исчезли за деревьями. Эйден прокрался к тому месту, где они вошли в лес. Заметив аттестуемого-мужчину, он решил незаметно следовать за ним. Задача оказалась не из легких, ибо кадет бежал очень быстро.

Чтобы самому не стать мишенью, Эйдену приходилось держаться от него на приличном расстоянии. В одном месте, где лес был особенно густым, он на миг потерял кадета из виду.

Впереди появился небольшой пригорок. Эйден поднялся на него, надеясь оттуда увидеть кадета. То, что он увидел, изумило его.

Прямо впереди него по лесу кралась Сокольничий Джоанна. Эйден был у нее за спиной, так что заметить его она не могла. Прячась за стволами деревьев, Эйден пошел за ней. Джоанна двигалась довольно медленно, поэтому ему удалось подобраться к ней почти вплотную.

Впереди открылась небольшая опушка. Эйден вспомнил, сюда Джоанна поставила Жеребца. Непонятно, что она делает? Может, она решила проинспектировать засады? Но когда Эйден увидел, как Джоанна достает лазерный пистолет, он усомнился в этом.

Посмотрев вперед, Эйден увидел Жеребца, прыгнувшего из укрытия на спину кадету. Тот, судя по всему, ожидал нападения. Последовала короткая схватка. Жеребцу удалось выхватить у кадета из кобуры его оружие – короткоствольный карабин, который Жеребец, не теряя времени, направил противнику в лицо. Казалось, еще миг – и вольнорожденный разнесет ему череп.

В это самое мгновение Джоанна начала поднимать пистолет. Эйден понял, что она собирается убить Жеребца. Это против всех правил Аттестации. Офицер не имеет права вмешиваться, даже чтобы спасти аттестуемого.

Выскочив из-за ствола, Эйден успел в последний миг ударить ее по руке. Разряд лазера прошел высоко над головами дерущихся. Эйден перевел взгляд на полянку. Похоже, Жеребец ничего не заметил – все его внимание было сконцентрировано на противнике. Кадет сделал попытку завладеть оружием, но удар кулака поверг его на землю. Быстро переведя ствол карабина от головы вернорожденного к ногам. Жеребец выстрелил. Кадет скорчился от боли, схватившись за ногу. Отбросив винтовку прочь. Жеребец стремительно скрылся в лесу.

Вернорожденный попытался встать и не смог. Судя по всему, у него была раздроблена кость. Эйден мог понять его чувства, на его лице застыло выражение невыносимой горечи...

– Ты, сраный ублюдок! – прошипела Джоанна.– Ты не имел права этого делать. Какого черта ты здесь? Я же сказала тебе оставаться...

– Вы тоже не имели права этого делать. Сокольничий. Возможно, я и нарушил приказ, но то, что затевали вы, было еще хуже. Вы собирались убить его, так ведь?

– Конечно, я собиралась. Он всего лишь вольнорожденный. Кроме того, он собирался убить вернорожденного, потенциального воина.

– Не похоже. – Эйден кивнул в сторону опушки, с которой медленно уползал в лес вернорожденный.– Как бы то ни было, я вам не верю. Вы не пытались защитить кандидата. Это объяснение вы придумали на ходу. Вы здесь, чтобы убить Жеребца.

– Не смеши меня. Этот вольняга завладел оружием аттестуемого, БОЕВЫМ оружием. Я только хотела защитить...

– Рассказывайте это кому-нибудь другому. Я знаю, в чем тут дело. Не пойму только, как Тер Рошах обнаружил...

– К Тер Рошаху это не имеет никакого отношения.

– Очередная ложь. Я говорил ему, что откажусь от участия в Аттестации, если он снова вмешается. Он вмешался. Еще один несчастный случай. На этот раз с Жеребцом. Ничего не скажешь, красиво задумано. Аттестация – идеальное место для того, чтобы устраивать несчастные случаи. – Ты не можешь отказаться от...

Он сделал властный жест, приказывая ей замолчать. На этот раз он будет отдавать приказы.

– Ступайте и сообщите Тер Рошаху вот что. Скажите, я признаю, что в какой-то степени победа за ним. Я продолжу подготовку. Передайте ему, что мне понадобилось побывать здесь, чтобы понять, до какой же степени я хочу быть воином. Скажите, что я настолько хочу быть воином, что не позволю никому сбить меня с моего пути своими манипуляциями. Передайте ему, что больше нужды вмешиваться нет. На этот раз я не проиграю.

Джоанна долго и пристально смотрела на него. Эйдену показалось, что в ее глазах мелькнуло торжество.

– Всего хорошего, – сказал он вдруг и, повернувшись, пошел прочь от нее.

– Ты куда собрался?

– Хочу тут кое на что посмотреть.

По дороге он обнаружил Жеребца. Вдвоем они пошли к противоположному краю леса. Там к ним присоединились Спиро и Том.

– Найджел убит, – тихо сказал Том. – Его разнесло в клочья. У женщины была с собой граната.

Больше никто ничего не сказал.

Эйден указал вперед. Там впереди женщина-кандидат бежала к подножию холма, где стоял ее боевой робот. Эйден невольно залюбовался ее бегом.

Они стояли и смотрели, как она поднимается на мостик, как приводит машину в состояние боеготовности. Вот робот двинулся с места и пошел вверх по склону широким уверенным шагом. Движения его, не столь изящные, как у его водителя, все же не были лишены определенной, тяжеловесной грации. Робот перевалил через гребень холма и стал скрываться из виду. Сперва «ноги», потом «торс», потом головная часть.

Эйден вместе с остальными стоял на краю леса и прислушивался к звукам боя. Несколько раз из-за холма полыхнуло. Наконец раздался тяжкий грохот рухнувшего робота. Почему-то все кадеты в этот миг от души пожелали, чтобы это не был робот женщины-кадета.

Уже позднее, когда остальные крепко спали – так по крайней мере казалось, – Эйден лежал с открытыми глазами и смотрел в темноту. На душе у него было тоскливо. Теперь вот и Найджел прибавился к тем, чьи кости усеивают его путь в воинскую касту.


XXXVII | Легенда о нефритовом соколе-1: Путь Кланов | XXXIX