home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 6 Оружие каменного века

– Надо вооружаться, – сказал Генка. – Этот снежный человек уже ничего не боится. Вооружаться, вооружаться и еще раз вооружаться!

– Вооружись своими соплями. Тоже мне, Чингисхан нашелся... – сказал Жмуркин. – Вам вообще не кажется, что мы тут по кругу ходим? Опять река, опять похожа на те, что мы уже видели. Мы тут уже были, что ли? Мне надоели эти реки...

Жмуркин опустил ноги в воду и теперь блаженствовал, закрыв глаза. Витька ноги не опускал – мозоль за ночь воспалилась, кожа облезла, и вода больно щипала ранку. Генке было просто лень расшнуровывать ботинки.

– Ты, Жмуркин, не выступай, – сказал Витька. – Ты нас сюда затащил, а теперь выступаешь!

– Вовсе я и не выступаю, – буркнул Жмуркин.

– Хватит ругаться. – Генка поднялся с травы. – Мы бредем уже который день, а никакого признака жилья человека. Заблудились. И этот, снежный, от нас не отстанет. Сегодняшняя ночь – лучшее тому доказательство. Пока он не решается напасть, но скоро мы ослабнем от голода, и тогда... Тогда будет уже поздно. Если мы будем не готовы...

Генка покачал головой.

Жмуркин испуганно посмотрел в лес. Витька тоже посмотрел. Где-то там, между высоченными, до неба, соснами, прятался их враг. Безжалостный и беспощадный йети[60] , кровожадное существо, каким-то фантастическим образом оказавшееся в обычном российском лесу.

– Чем же мы будем вооружаться? – спросил Жмуркин.

– Можно вырезать пики и обжечь их верхушки на костре, – предложил Витька.

– Не пойдет, – сразу же отмел эту идею Генка. – Я однажды пробовал так. Копье получилось очень тупое, даже в землю толком не втыкалось. Да и огня пока нет. Хотя солнце все-таки появилось, как я и говорил.

Генка сощурился и посмотрел на небо.

– Поэтому надо делать копья с каменным наконечником, – сказал Генка.

– Рехнулся. – Жмуркин вытащил из воды ноги. – Наш Генка совсем рехнулся. Где ты тут видишь подходящий камень?

Генка задумался, почесал голову и сказал:

– Надо идти вверх по течению.

– А почему не вниз? – ехидно спросил Жмуркин. – Почему не поперек течения?

– Я же вам говорил уже. Вспомни карту нашей области. Все реки текут на запад. А на западе местность равнинная...

– Так и на юге местность равнинная! – воскликнул Жмуркин. – Она тут везде равнинная...

Генка улыбнулся.

– Ты так говоришь, потому что ты только на одну карту в атласе смотришь. А я на все. И я прекрасно помню, что на востоке нашей области есть обширные месторождения... нет, не месторождения, залежи... ну, короче, места, где на поверхность выходит кремень[61] .

– Что? – не расслышал Витька.

– Кремень. Это такой камень. Он почти везде есть, особенно по берегам рек. Древние люди из него оружие делали. Наконечники копий и стрел, топоры и даже ножи. Эти ножи были такими острыми, что ими даже бриться можно было!

– А ты откуда все это знаешь? – удивился Жмуркин.

– Книжки надо читать, – надменно сказал Генка. – Шучу. Книги у нас Витька читает. А про кремневое оружие я знаю от одного парня, он к нам в мотосекцию ходил. А раньше он археологом собирался стать, у него даже амулет из настоящего мамонтового зуба был. Однажды мы пошли купаться на залив, арбуз купили. А порезать нечем было – я свой ножик забыл. Так этот парень взял кусок кремня, взял другой камень – щелк-щелк – и сделал лезвие. Мы удивились, а он нам рассказал, что древние люди эти кремневые ножи даже не носили с собой. Прибили, к примеру, оленя, а шкуру надо снять. Они идут к ближайшей реке или ручью, находят кремень – бах – и ножик готов. Кремень раньше был, что сейчас нефть, – полезное ископаемое... Так что нам надо идти вверх по течению и искать кремень. Если не найдем – будем снова ночевать на дереве.

– Нет уж! Не хочу на дереве! – Жмуркин вскочил на ноги. – Пойдем искать твой дурацкий кремень.

– Пойдем! – Витька проложил мозоль подорожником и тоже встал. – Уничтожим снежных гадов!

И они отправились вверх по реке.

Однако пробираться вдоль реки оказалось нелегко. Берега густо поросли шиповником, его иглы цеплялись за одежду и царапали до крови кожу. Шиповник еще цвел и распространял вокруг себя сладковатый аромат. Цветки, казалось, просто сочатся сахарным сиропом. Голодный Жмуркин набрал целую горсть алых лепестков, попробовал их жевать и сразу же выплюнул.

– Горькие, – сказал он.

– Вся жизнь такая, – философски заметил Витька. – И горькая, и короткая.

– Горькая и короткая – это лучше, чем горькая и длинная, – сказал Генка.

– Это с какой стороны смотреть... – Витька тоже попробовал пожевать цветки шиповника и тоже выплюнул.

Вдруг Генка остановился.

– Чего опять? – испуганно спросил Жмуркин.

– Вы слышите? – Генка поднял кверху палец.

– Что? – насторожился Жмуркин. – Опять снежный человек?

– Шум, дурило! – сказал Генка. – Ты что, шума не слышишь?

Ребята прислушались и в самом деле услышали глухой шум.

– Это река шумит, – сказал Генка. – А почему река шумит? Потому что течет по камням. Идем скорее!

Генка рванул через шиповник, Жмуркин и Витька за ним. Через минуту они вышли к воде.

Река и в самом деле сужалась. Сразу после поворота с обоих берегов ее сжимали сточенные течением выступы невысоких серых скал. Выступы были невысокие и поросшие мхом. Вода шумела, отчего создавалось впечатление, что речка горная.

– Ну, и где тут твой кремень? – спросил Жмуркин.

Генка не ответил. Он забрался на скалу и осмотрелся.

– Тут за выступами пляж, – сказал он. – Обходите камень справа, а я искупаюсь.

Генка подошел к самому краю, взмахнул руками и как был, в одежде и ботинках, прыгнул в воду.

– Круто! – крикнул Витька. – Молоток, Крокодайл!

– Так можно и башкой о дно, – сказал Жмуркин. – Хотя ему от этого никакого ущерба не случится.

– Эх, Жмуркин! – Витька хлопнул Жмуркина по плечу. – Скучный ты человек. Болото.

Витька двинул за скалу. Жмуркин показал вслед ему язык.

Сразу за скалой начинался длинный пляж с удивительным красноватым песком. На пляже их уже ждал Генка. Он вытряхивал воду из ботинок и довольно морщился на солнце.

– Витька, это тебе. – Генка швырнул Витьке коричневый конус размером с карандаш. – Со дна достал.

– Чертов палец[62] ! – Витька ловко перехватил конус.

И сразу же стал стаскивать с ног обувь.

– Какой еще чертов палец? – спросил Жмуркин. – Тут что, еще и черти водятся?

Витька, не отвечая, стал стачивать чертов палец о ребро котелка. Когда на краю набралась горка белого порошка, Витька приложил порошок к мозоли и прижал подорожником.

– Полегчало? – осведомился Жмуркин.

– Чертов палец возникает, когда молния бьет в песок, – сказал Витька. – От этого в песке образуются вещества, препятствующие гниению. Один раз приложил – и все зажило!

– Суеверия. – Жмуркин презрительно плюнул в воду.

Генка тем временем разделся до трусов и вновь вошел в воду. Он набрал воздуха, нырнул и почти сразу вынырнул. Генка шагал по дну и тащил что-то тяжелое. Когда он вышел из воды по пояс, стало ясно, что Генка тащит большой остроугольный камень.

Генка выволок его из воды и бросил на песок.

– Там на дне еще есть. Надо достать.

Витька стал раздеваться, а Жмуркин сказал:

– Я плавать не могу, сами знаете, у меня ноги сразу сводит. Я буду береговой поддержкой.

Генка и Витька понимающе переглянулись. Жмуркин никак не мог забыть историю с гигантской царской щукой, чуть не утопившей его, и он до сих пор старался держаться подальше от всякой глубокой воды.

– Камней от скал притащи, береговая поддержка! – велел Генка и снова нырнул в воду.

Витька почесал живот, пощупал воду мизинцем и нырнул за ним.

Жмуркин скептически пнул вытащенный Генкой камень и пошагал к скалам.

Пока он таскал от скалы валуны, Витька и Генка выбросили на берег восемь острых камней разной величины. Витька собрался было нырнуть еще за девятым, но Генка сказал, что хватит. Он взял самый крупный камень, поднял над головой и обрушил на камень поменьше.

Оба камня раскололись на многочисленные острые и плоские пластинки.

– Вы думаете, почему древние люди кремень использовали? – Генка выбрал два самых крупных осколка, шириной и длиной чуть больше ладони. – Потому что кремень легко слоится. И очень тонкими пластинками. Смотрите.

Генка легонько провел осколком по коже локтя. Сразу же за осколком потянулась тоненькая красная полоска царапины.

– Как бритва, – сказал он. – И затачивать не надо.

– Так он сразу сломается... – Витька с сомнением посмотрел на осколок. – Тоненький такой...

– А ты что, год с ним на охоту собираешься ходить? Один раз ткнешь – и все. Больше и не успеешь. Надо теперь их заострить. А это делается так, мне тот парень показывал.

Генка положил кремневую заготовку на большой круглый булыжник и стал осторожно обстукивать ее твердым осколком принесенного Жмуркиным камня. Генка стремился заострить кремневую пластину и сделать ее по возможности похожей на наконечник копья. С каждым ударом от пластины отскакивали мелкие кремневые чешуйки.

На двадцатом ударе заготовка раскололась.

– Бывает, – пожал плечами Генка. – У древних людей были тысячелетия, чтобы научиться такие штуки делать. У нас всего пара часов.

Генка взял другую пластинку и принялся обстукивать ее. Витька тоже решил попробовать себя в искусстве изготовления каменных орудий и выбрал заготовку. Правда, у него она сломалась гораздо раньше, чем у Генки, – на третьем ударе.

Жмуркин же просто грелся на солнышке и зевал, отгоняя слепней.

Генка с Витькой сломали еще по одной заготовке, а вот с третьего раза у Генки получилось. Ему удалось отколоть с кончика пластины по маленькому кусочку, и заготовка приобрела законченный вид, став похожей на длинную узкую рыбку. Генка проверил качество острия на пальце и остался доволен.

– Пойдет. – Он спрятал наконечник. – Снежного человека проткнуть хватит. Надо еще таких копий сделать. Побольше.

– А зачем больше-то? – спросил Жмуркин. – Снежный человек один...

– А кто знает, сколько мы тут в лесу пробудем? Может, до зимы...

– Ты же говорил, что вокруг везде железные дороги, как в треугольнике, не заблудишься! – разволновался Жмуркин.

– Говорил. – Генка принялся обстукивать следующую пластину. – Говорил... Но все бывает. А вдруг, Жмуркин, мы в другое измерение попали, а? А снежный человек – это не снежный человек вовсе, а как раз житель этого другого мира? Может, мы отсюда вообще никогда не выберемся? Вот ты, Жмуркин, тут хоть какой-нибудь след человеческий видел?

– Н-нет... – У Жмуркина задрожала губа.

– То-то же, – серьезно сказал Генка. – А поэтому нам лучше сделать этих копий побольше... И ты тоже не бездельничай, Жмуркин, бери большие камни и раскалывай их на пластины. А мы будем наконечники делать.

Жмуркин вздохнул и принялся раскалывать камни. Очень скоро Генке удалось изготовить второй наконечник, а Витьке первый. Ребята усвоили каменную технологию, и работа пошла быстрее. Потом Витька придумал, как усовершенствовать сам процесс, разделив его на три части. Теперь Жмуркин как наименее умелый выполнял самую простую часть работы – раскалывал камни и отделял пластины. Витька оббивал пластины по краям, придавая им нужную удлиненную форму, а Генка уже как настоящий мастер доводил копья до готовности – заострял самые кончики.

Ребята увлеклись и сами не заметили, как изготовили двенадцать каменных лезвий.

– И на самом деле многовато... – Витька задумчиво повертел последнее изделие. – Перестарались...

– Нормально, – сказал Генка. – Будет чем обороняться. И на кабана можно будет поохотиться.

– На какого еще кабана? – нахмурился Жмуркин.

– На дикого, – ответил Генка. – Где-нибудь у реки наверняка есть водопой. А значит, кабаны приходят. Надо только спрятаться...

– Если мы будем тут всякую охоту устраивать, то точно до зимы просидим, – сказал Витька. – Лучше нам все-таки на север идти, к железной дороге...

– Согласен, – сразу же сказал Жмуркин. – Только на север! Или только на юг... Или...

– А жрать опять кислицу[63] будем? – недовольно спросил Генка. – Или заячью капусту?

– Кислица очень богата витамином С, – напомнил Жмуркин. – К тому же, Генка, тебе полезно немножко похудеть. Человек без еды запросто неделю может выдержать. Сложно только первые пару дней, а потом легко. Я, например, чувствую себя очень легко...

– Ладно, – согласился Генка. – Но копья надо все равно сделать.

– А чем ты будешь эти наконечники привязывать? – спросил Жмуркин. – Или там, на дне, еще и веревки есть?

– На дне веревок нет, – ответил Генка. – Но вот на том конце пляжа растет наша любимая ива. А из веток ивы можно сплести веревки. Древние люди так и делали, я слышал...

– От кого? – осведомился Жмуркин. – От древних людей?

– Я же говорил – пацан мне это рассказывал, который археологией увлекался. Он говорил, что древние из ивовых веток даже канаты плели...

– Точно, – подтвердил Витька. – Главное, ее размочалить как следует... Тогда не только корзины, но и веревки можно...

Генка вручил Жмуркину свой швейцарский ножик и легонько подтолкнул в спину.

– Один не пойду, – сразу же заявил Жмуркин.

– Да всего лишь прутьев нарезать надо. Работы на полчаса...

– А вдруг этот снежный на меня набросится?

– А ты его ножом в брюхо тыкай – и в воду прыгай, – посоветовал Генка. – Снежные люди воды боятся. Наверное... Давай-давай, Жмуркин, вноси вклад в общее дело...

Жмуркин нехотя встал, разложил ножик и, выставив его перед собой, пошагал за ивой.

– Эй, Жмуркин, – окликнул его Витька.

– Чего?

– Бери только те ветки, которые в воде. В них древесина уже размякшая. И не бойся, там возле берега по колено, никаких огромных щук туда не приплывет. Понятно?

– Понятно. – Жмуркин отправился дальше.

– А мы пока древки к копьям поищем, – сказал Генка и двинулся к опушке леса.

Впрочем, долго искать им не пришлось. Прямо на краю леса лежала опрокинутая ураганом сосна. Падая, она повалила вокруг себя множество двухметровых сосен-подростков, и Генке с Витькой осталось лишь выбрать самые прямые и перенести к пляжу.

– Отличные копья получатся, длинные. – Генка примерял кремневые наконечники к обломанным верхушкам. – Как раз... Как раз, говорю, длинные, чтобы близко его не подпустить...

– Длинные нельзя, – сказал Витька. – С длинными мы по лесу не пройдем – цепляться будут. Раньше такое наказание было – если кого-то убить хотели, уводили в лес, привязывали к плечам длинную палку и оставляли. Среди деревьев с такой штукой не пройти. Так что копье должно быть метра в полтора, не больше.

И Витька отобрал у Генки деревце, наступил на него и сломал пополам.

– Вот так. – Витька взял острую кремневую пластину и расщепил получившуюся палку с тонкого конца. Затем вставил в расщеп каменный наконечник.

– Красиво. – Генка проделал такую же операцию. – Хоть сейчас отправляйся на мамонтов охотиться...

– Или на саблезубых тигров! – Витька сделал выпад копьем.

– Я люблю мамонтов. – Генка ткнул копьем в воображаемого мамонта. – Они вкуснее. Дайте мне мамонта!

И Генка подпрыгнул, издав вопль первобытного охотника. Витька тоже подпрыгнул и тоже завопил.

– Чего орете? – спросил неожиданно появившийся Жмуркин. – Хотите, чтобы этот мохнатый пришел? Будет вам тогда саблезубый тигр...

Жмуркин был весь перемазан в тине и песке. Он свалил на песок охапку ивовых прутьев и стал ругать мир.

– Ножик где? – сразу же перебил его Витька.

Жмуркин передал Витьке нож. Витька выбрал самый тонкий ивовый прут и разрезал его вдоль. Затем он разрезал вдоль каждую половинку и так до тех пор, пока не нарезал целый ворох тонких ивовых полос.

– Гибкие волокна, хорошо размокли. – Витька обмотал полосу вокруг руки. – Теперь надо сплести веревочки. Генка плести умеет, я тоже. Это все равно что косички заплетать. А ты, Жмуркин, учись, пока мы живы.

Витька связал концами три полоски и быстро сплел их в длинную, метра в полтора, косичку. Попробовал шнурок на разрыв. Шнурок получился крепкий. Витька взял копье и обмотал шнурком зажатый в расщепе кремневый наконечник.

– Теперь готово, – он размахнулся, на секунду замер и метнул копье вдоль берега.

Копье глубоко вошло в песок. Витька подбежал к нему, вытащил, проверил наконечник.

– Держится, – крикнул он. – Можно остальные копья делать. Я буду веревочки плести, а вы наконечники привязывайте.

Ребята принялись за работу. Жмуркин в силу своей криворукости сам себе, конечно же, ничего сделать не смог, и оружие ему изготовили Генка с Витькой. А он даже спасибо не сказал.

Генка сделал себе копье с кремневыми лезвиями на обоих концах.

– Это для повышения убойной силы, – пошутил он. – Можно сразу двух снежных людей наколоть. Но пора двигать – к закату отсюда пасется стадо волосатых носорогов.

Витька улыбнулся – нечесаный, перемазанный глиной и зеленым ивовым соком, с каменным копьем на плече, Генка и в самом деле был похож на доисторического охотника. Только ожерелья из медвежьих зубов на шее не хватало.


Глава 5 Рай в шалаше | Большая книга приключений для мальчиков (сборник) | Глава 7 Три-три – будет дырка