home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



10

— Сколько же лет исполняется мальчику? — весело спросила Наташка. — Двадцать пять?

— С нынешнего дня рождения начиная мой возраст всегда будет тридцать пять лет, — хохочет Оскар.

— Я всегда говорила, что ты очень женственный, О. Видишь, и возраст уже скрываешь. Из тебя мог бы получиться преотличный гомосексуалист, — голосочек Наташки звучит издевательски. У себя в квартире она, очевидно, скорчилась в лисьей улыбочке.

— Это я — женственный?! — Оскар захлебывается от возмущения. — Я, палач, — женственный?

— Конечно женственный, — смеется Наташка. — Для меня ты как братик, ласковый братик. Это твоих богатых идиоток ты можешь обмануть и внушить им, что ты палач и грозное животное, Оскар, но не меня, котик…

— Я тебе покажу котика, — обещает Оскар, — я с тобой поговорю. Совсем отбилась от рук, несносная русская девка…

— А что ты мне можешь сделать? — ехидно спрашивает Наташка. — Что? Высечь меня плеткой? Так я это люблю… — она хохочет сдавленным смехом, по которому Оскар догадывается, что Наташка нежится в кровати и, может быть, даже положила сейчас руку между горячих ног, они у нее всегда горячие…

— Блядь! — говорит Оскар. — Русская блядь…

— Русская блядь самая лучшая, — охотно соглашается Наташка. — Оскар-ч-ииик! — тянет она, — а меня вчера два молодых человека изнасиловали…

— Врешь… — говорит Оскар испуганно и понижает голос помимо своей воли. Он знает, что Наташка не врет… — Врешь…

— Не вру, не вру. — Наташа начинает говорить медленно, ей явно доставляет удовольствие слышать тяжелое дыхание Оскара в телефонной трубке. Оскар уверен, что она лежит сейчас на спине и сжала между ног собственную руку. — Изнасиловали, молодые негодяи…

— Ну, и что? — неуверенно спрашивает Оскар. И замолкает. Ждет.

— А что… хорошо было… — нагло и медленно признается вдруг Наташка. — Один меня за плечики и за грудки держал, чтоб не вырвалась, а другой насиловал… — Наташа замолкает и тяжело дышит.

Оскар тоже молчит. У него болезненно набух член, и ему страшно.

— Ты меня слышишь? — шепотом спрашивает Наташка.

— Да, — глухо отвечает Оскар. — Слышу.

— Я в Саут-Хемптон ездила, на парти. Ребята, с которыми я приехала, уехали без меня, не дождались. Пришлось остаться…

— Ну?.. — Оскар кладет руку на свой готовый лопнуть от напряжения член. — И что?

— Поместили меня наверху… Я уже засыпать стала… — Наташка намеренно тянет историю, зная, как реагирует Оскар. — Вдруг дверь заскрипела… Входят… Хозяин и его друг. Одетые, в токсидо… Включили свет — и ко мне. А я, голенькая, под одеялом… Ночной рубашки не взяла, думала, в тот же вечер уеду… Хозяин с меня одеяло сорвал, сбросил на пол… и они стоят, улыбаются… Молчат…

Наташка замолчала.

— Ну… — промычал Оскар.

— А вот не скажу тебе больше ничего, — вдруг хохочет Наташка в телефонной трубке. — Много будешь знать — скоро состаришься…

— Ну Наташ… — просит Оскар. — Ну скажи…

— Извращенец, — шепчет Наташка лениво. — Извращенец… Ну что, хорошо очень было.

— Как хорошо? — Оскар задерживает дыхание. — Как именно?

— О, ну хорошо… ну сладко было, очень сладко. И страшно… Хозяин мне так ноги развел и чуть приподнял… — Наташка замолкает.

— Ну, ну, говори, — просит Оскар. Он мастурбирует уже серьезно и неостановимо, широкими движениями проводя по члену, широкими и длинными, по всему члену, достав его из брюк… — Говори…

— Взял меня за попку чуть снизу… и как вставит член… и членом к кровати… и я ничего уже не могла сделать… ничего не могла сделать…

— Куда член… куда, в попку вставил? — задыхаясь и дрожа, шепчет Оскар.

— Ну да, ну да, в попку… — шепчет в ответ ему Наташка, в свою очередь возбужденная Оскаровым шепотом… — Так больно вдруг, ты же знаешь, дырочка у меня узенькая… так больно, а потом так хорошо… так сладко… Всю ночь ебли меня, всю ночь…

— Всю ночь ебли девочку… — шепчет Оскар и корчится в волнах оргазма, роняя телефонную трубку.


предыдущая глава | Палач | cледующая глава