home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

«Тихий час» вынужденно пришлось сократить до получаса, ибо в семь тридцать прибыл первый гость, Яцек Гутор. Именно за такие вот штучки Оскар и не любил общаться с соотечественниками.

В, без сомнения, лучшем и единственном костюме своем — серо-розово-синем — носатый Яцек стоял у элевейтора, сжимая в одной руке ничем не прикрытую нагую бутылку зубровки, а в другой — три красные розы, окруженные лохмотьями зеленой бумаги. Очевидно, ему пришлось пропутешествовать с розами издалека. Видавшая виды кожанка Яцека уже находилась в руках снисходительно улыбающегося Жозефа.

Оскар сразу пожалел, что пригласил мертвеца из прошлого на свой праздник настоящего. Однако ему ничего другого не оставалось сделать, как подойти к соотечественнику. Последовавшей за ним Габриэл он буркнул растерянно: «Яцек — чистейшей души человек, и я ему многим обязан».

— Поздравляю! — Яцек, обняв Оскара, долго тряс его, не выпуская из рук водку и розы. — Будь здоров и будь счастлив! — Только отпустив Оскара, Яцек сунул Оскару бутылку и цветы. — Слава богу, у тебя уже дом полон народу. Я думал, я буду первым.

— Это слуги, — сказал ему Оскар по-польски. — Ты и есть первый. Но неважно — проходи! Гости сейчас начнут собираться…

— Слуги? — Яцек остолбенело поглядел вокруг. — Твои слуги? — Он, как показалось Оскару, с ужасом посмотрел на бывшего приятеля.

— Потом объясню, — отмахнулся Оскар. — Я хочу тебя представить моей… — Он запнулся, раздумывая, как ему назвать Габриэл, и остановился на «любовнице».

— Габриэл Крониадис, — подала Яцеку руку улыбающаяся миллиардерша. Судя по ее улыбке — а Оскар знал все оттенки улыбок и все улыбки Габриэл, — она находила происходящее забавным. Оскар чуть успокоился.

— Яцек Гутор, — взял руку Габриэл Яцек. И вдруг («О господи! — подумал Оскар, — оне, оказывается, джентльмены!»), с проворством наклонившись, поцеловал руку миллиардерши.

— Хотите бокал шампанского? — предложила Габриэл и, не дожидаясь ответа, позвала: — Жозеф! — Судя по ее поведению, провинциальный гном в клетчатом костюме ее не раздражал и, может быть, далее понравился. Может быть, он имел в своем облике нечто общее с Панайотисом, каковой, родившись на маленьком греческом острове, по-видимому, был достаточно «натуральным» человеком. Некоторые подвиги Панайотиса, осторожно рассказанные ему Габриэл, несомненно, отдавали дикостью…

— Вообще-то я почти не пью, — Яцек поправил режущий ему шею галстук, — но за новорожденного выпью конечно…

Жозеф с серебряным подносом в руке предложил им три бокала с шампанским. Вначале госпоже, потом — деревенскому родственнику ее любовника и последним — любовнику.

— Как у вас в Польше говорят тост? Ту юр хэлф, если я не ошибаюсь? — спросила Габриэл у Яцека.

— На здоровье! — важно объяснил Яцек Гутор. — И нужно стукнуться бокалами.

Миллиардерша, секьюритигард и Палач чокнулись бокалами и выпили шампанское.

— По польскому обычаю за здоровье пьют до дна, — строго указал миллиардерше на недопитый бокал Яцек. — Допей!

Оскар посмотрел на Габриэл с удивлением и состраданием. К ней никто, кроме ее дочери и Оскара, не обращался на «ты». Яцек с его наивным хамством после десятка слов, сказанных между ними, перешел на «ты». И Габриэл не только пропустила «ты» мимо ушей, но и послушно допила оставшееся в бокале шампанское.

— Иначе счастье у него будет неполное, — указав на Оскара, пояснил Яцек. — Ну и живешь ты! — восхищенно протянул мистер Гутор, поставив бокал на поднос в руках терпеливо ожидающего Жозефа и оглядывая простирающийся перед ним зал. — Здесь на велосипеде можно ездить. Роскошно живешь!..

«Какой ужас! Зачем я его пригласил?.. — спросил себя Оскар. Единственная надежда была на то, что гость из прошлого затеряется среди остальных ста двадцати пяти гостей Палача и таким образом нейтрализуется. — Скорее бы уже шли гости…» — взмолился к гостям Оскар. А Габриэл хихикала, беседуя с мистером Гутором. «Простые развлечения — последнее прибежище сложных натур», — вспомнил Оскар изречение другого Оскара — Уайльда — и покачал головой.


предыдущая глава | Палач | cледующая глава