home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 34. Сын змееуста.

У Гарри сердце скакнуло сперва высоко вверх, а потом нырнуло в пятки. Кто может знать его здесь? Кто же этот старик, которому он так нужен? И для чего - нужен? Гарри не успел подумать о том, как бы ему смыться из этого проклятого места, пока его не заметили, как половицы чердака снова заскрипели.

"Гарри Поттер?" - удивленно переспросил Слизерин. - "Это не тот ли мальчишка, которого Годрик вытащил из леса? Жаль, они оба там не замерзли..."

"Дурень", - прошипел старик. - "Этому мальчишке нет цены! Я должен сам убить его, как ты - ту девку".

"Но зачем?" - резонно поинтересовался Салазар. - "Что тебе в ней? И в нем? Что в них такого ценного?"

"Не спрашивай, целее будешь".

"Я должен знать, какого дьявола я должен убить эту женщину вместо того, чтобы позабавиться с ней так, как я хочу", - рявкнул Слизерин. - "И почему я должен отвлекаться на поиски какого-то мальчишки, будто у меня нет других занятий. Мне пора в лес, нужно собрать наших сторонников..."

"Слушай, что я тебе сказал, идиот", - прорычал старец. - "У меня к мальчишке свой счет, не лезь в это. Лучше позаботься о том, чтобы никто из ретивых бандитов барона не пришил его раньше времени. Ты знаешь, что со мной не следует ссориться", - он угрожающе замолчал, и Гарри в ужасе осознал, что, оказывается, есть на свете какой-то другой мощный колдун, которого Салазар Слизерин может бояться. Именно он и был той тайной поддержкой Салазару, он обеспечивал ему прикрытие. Но кто это может быть? Гарри автоматически попытался воскресить те крохи знаний по Истории Магии, которые в него вложил профессор Биннз, но, по-видимому, бОльшая часть из них оказалась погребена в пучине сна на занятиях с занудным призраком: Гарри не вспомнил ни единого сколько-нибудь известного имени темного волшебника - современника Слизерина. - "И нашей поддержкой займусь я, тем более что ты даже не представляешь себе, кто еще может перейти на нашу сторону, если все сделать, как нужно. Мне надо сейчас же отправляться в лес", - вновь заскрипели половицы. Старик тяжело прошелся по деревянным доскам пола, и на голову Гарри посыпалась труха и мука.

Слизерин помолчал. А потом задумчиво заметил, по-видимому, обращаясь сам к себе:

"Почему я не убью тебя, мерзкий старик?"

"Наверное, потому, что не можешь", - хрипло рассмеялся старческий голос. - "Без моей помощи твои мечты об овладении Хогвартсом никогда не станут реальностью. Ты действительно много знаешь о Тьме, Салазар, но твои знания - песчинка по сравнению с моими. Между нами разница в возрасте больше нескольких столетий, как думаешь, сколько открытий в Черной Магии произошло за это время? А я в свое время считался лучшим. Правда, как оказалось, не единственным..."

Слизерин затих, а старик, тем временем, продолжил:

"Вот и славно. Хорошо, что ты не дергаешься. Пойми, если наш план удастся, ты еще поблагодаришь меня".

"Ты помогаешь мне не из-за того, что тебе так хочется оказать благодеяние", - проворчал Слизерин. - "Верно? Или тебе так нужно, то, что хранится теперь в замке? Мой человек скоро добудет это. Но достанется все только мне".

"Верно, верно, сынок. Никогда не доверяй своим сторонникам", - довольно захихикал старик. - " Но ты ошибся в одном. Мне не нужны эти предметы. У меня и так есть все, что они могут дать, поэтому мне куда выгоднее, чтобы они попали именно в твои руки. Добившись этого, я позабочусь и о своем будущем тоже. Если я обеспечу твое, то и со мной будет все в порядке. А ты в это время позаботься о том, чтобы Гарри Поттера случайно не убили ударом из-за угла".

"Сохранить мальчишку я поручу двум моим людям в замке. Пошлю нетопыря".

"Нетопыри днем не летают".

"Мои летают", - усмехнулся Салазар. - "Ты думаешь, что знаешь все, верно? Мой тебе совет, не горячись, старик. Когда-нибудь найдется тот, кто окажется сильнее тебя".

"Не намекай на себя, мальчишка", - презрительно фыркнул старик. - "Кто бы ты ни был, никогда не забывай, что сейчас по количеству знаний нас сравнить невозможно. Во мне их намного больше, чем ты представляешь себе, чем ты бы смог накопить за всю жизнь! Поэтому послушай моего совета: не сомневайся в моих словах, просто выполни то, что я тебе говорю, и мир запомнит тебя как величайшего волшебника всех времен. Если ты убьешь эту женщину, ты им станешь, попомни мое слово, а если ты все сделаешь, как нужно, то этим поможешь и мне. После того, как прольется кровь этих двоих, я исчезну навсегда, и ты больше никогда обо мне не услышишь".

"В тот ад, откуда ты прибыл?" - хмыкнул Салазар. Его мантия зашелестела над головой Гарри.

"О да, это, действительно, был ад! Но я сумел подчинить себе его, а под конец - одолел самого себя. Разве это не высшая победа - победа над самим собой?"

"И при этом ты сейчас находишься здесь, на старой мельнице, ворочаешь лари с зерном да мешки с мукой, окрестные магглы-вилланы называют тебя Старым Томом, и ты даже не можешь убить их за это оскорбление, не позволяешь себе применить магию лишний раз? Бережешь силы?" - насмешливо протянул Слизерин.

"Берегу инкогнито", - прорычал старик. - "Я не таков, как тот, другой! Я терпелив. Я всю жизнь ждал этого шанса. И теперь все, что стоит передо мной на пути окончательной победы, это те двое. Они должны быть уничтожены!"

"Ну, раз ты так говоришь..."

"Их кровь - ключ к твоему и моему могуществу, сын мой. Отправляйся к барону, я скоро приведу подспорье".

"Как у тебя получается появляться и исчезать просто так, по желанию?" - завистливо спросил Слизерин.

"Это не твое дело, да и не время тебе этому учиться. Колдуны научатся аппарировать только через восемьсот лет", - голос старика исчез, раздался легкий хлопок, и Гарри понял, что таинственный старик испарился.

"Дурак ты, старый Том", - вдруг услышал Гарри голос Салазара, говорившего на хорошо поставленной латыни. - "Если бы ты хорошо представлял себе, с кем имеешь дело, ты мне не угрожал бы так глупо, как сейчас..."

Половицы заскрипели уже ближе, Гарри шарахнулся от приближающихся шагов Слизерина. Главное, мелькнуло у него в голове, добраться до замка и предупредить всех, предупредить мисс Валери, предупредить Годрика, но страх, сковывавший его, внезапно улетучился от яркой вспышки понимания.

Это было подобно озарению. Гарри понял, кто тот единственный, кто может быть этим Темным Мельником.

Этого старика Слизерин называл - Том!

Этого не могло быть. Этого просто быть не могло!

Но в глубине души Гарри почему-то понял, что он прав. Джинн сказал, что может перенести в будущее одного человека. А что если он это уже делал? Но переносил этого... человека - в прошлое! Он сам сказал, что Вольдеморт нас больше не потревожит. Что он не сможет больше причинить вред никому, кого я знаю! Неужели все это потому, что Джим каким-то невероятным образом смог его одолеть и перетащить в прошлое?!

Вольдеморт.

Том Риддль.

Но почему он - старик? Он же был молод! И почему рядом с ним у меня не болит шрам? Этого не может быть, всегда находясь рядом с Вольдемортом, я чувствовал себя так, как будто у меня сейчас расколется голова! А сейчас этого не происходит. Может, я все-таки ошибся? И кто этот "тот, другой", которого упоминал старик?

И тут произошло непредвиденное.

Плащ Гарри зацепился за сучок на ступеньке, Гарри замахал руками, пытаясь найти опору, отчаянно дернул плащ, и тут же раздался треск рвущейся ткани, расходящейся по шву. Нога Гарри зацепилась за мешок с зерном, тот немедленно опрокинулся, рассыпая по всему полу свое содержимое, парень поскользнулся на раскатившихся по навощенным половицам зернам, ударился локтем о стол и грянулся на кучу жерновов, по дороге отметив, что левой рукой он угодил в жабье гнездышко, и теперь она в чем-то противном, колком и липком. Падая, он наделал столько грохоту, что на него вполне могли сбежаться штук сто троллей из местных лесов, но Гарри был готов даже на встречу с троллями, лишь бы не с Салазаром и его Темным Мельником. На одной ноге у Гарри лежала корзина с остатками пшеницы, на другой - меньший из жерновов, но все-таки ощутимо тяжелый. И самое ужасное - Гарри вдруг увидел свою руку, руку в рукаве из серебристой ткани.

Плащ, его плащ, больше не делал его невидимым! Видимо, нарушив целостность структуры плаща, разорвав его по шву, Гарри каким-то образом снял с него и заклятье невидимости. Проклятье! Гарри отчаянно завозил руками по полу, стараясь встать и стряхнуть с себя жернов, но уже было поздно.

Салазар Слизерин стоял над ним. Его глаза горели яростью, а выражение лица было похоже на ночную грозу. Он наступил на пальцы Гарри как раз в ту секунду, когда Гарри тянулся за своей палочкой, покатившейся по кривому полу.

"Не выйдет!" - сказал Салазар Слизерин с издевкой. Он достал свою палочку и направил ее на Гарри.

"Кто ты такой и для кого здесь шпионишь?" - зарычал он. - "А, впрочем, подожди..." - Он нагнулся и дотронулся палочкой до очков Гарри. - "Неужели нам так повезло?" - его длинная черная палочка скользнула выше, приподнимая длинную жесткую прядь Гарриных волос. Он дернул парня к себе, и Гарри почувствовал, как холодные тонкие пальцы ощупали его шрам. - "Назови свое имя!"

Гарри молчал.

"Будешь играть со мной, мальчишка?" - изогнул бровь Салазар. Он швырнул его обратно на кучу жерновов, и Гарри больно ударился позвоночником о камень. Где-то рядом возмущенно квакнуло любимое домашнее животное Темного Мельника - "Я уже и так знаю, все приметы сходятся. Ты - Гарри Поттер".

Он не спрашивал, а утверждал. Гарри понял, что отступать некуда. Его палочка уже была у Слизерина в руках.

"Что ж, Астринжео!"

Веревки опутали руки и ноги Гарри.

"Интересно", - насмешливо смотрел Слизерин на отчаянно изворачивавшегося Гарри. Веревки были такими тугими, что у него мгновенно затекло все тело. - "Что старику Тому было нужно от тебя? Ты еще совсем юн, разве что твой шрам..." - Салазар Слизерин еще раз нагнулся, чтобы рассмотреть шрам Гарри, и от него пахнуло какими-то восточными благовониями. - "Ты уже с ним встречался раньше, мальчик? Он оставил тебе на память это украшение? Отвечай же, щенок!"

Гарри с ненавистью посмотрел на Слизерина и промолчал.

"Молчишь", - ласково спросил Слизерин. - "Ничего, Том не будет с тобой церемониться. Ты вломился в его дом, все здесь перевернул, а наш старикан - изрядный чистюля, он любит, когда вокруг него много крови, но не выносит беспорядка, а ты здесь изрядно насорил. Опрокинул корзины, разбросал жернова, кажется, даже наступил на его любимую жабу. Это ты зря сделал: я видел, как он очаровательно прижигал пятки одному магглу, который вздумал пререкаться с ним. А паршивцу трактирщику, который подал ему слишком прожаренное мясо, он отрубил голову так быстро, что тот еще несколько секунд стоял возле нас с подносом", - видимо, эти воспоминания были для Салазара Слизерина крайне приятны. - "О, и наш старина Том - большой мастак в китайских пытках!"

На это Гарри было нечего ответить. Он молча вырывался.

"Мальчик, мальчик, ты думаешь, что сможешь убежать? Твоя палочка здесь, у меня! Ты ее не получишь. К тому же... Петрификус Тоталус! Она тебе больше не понадобится. Вот, видишь, я кладу ее сюда, на полку", - по-лисьи ухмыльнулся Слизерин. - "А теперь, мальчик, Суспендере Аликвем!"

Гарри не мог чувствовать свое тело, но словно бы со стороны видел, как оно рывком дернулось вверх и повисло в воздухе. Несмотря на полную парализацию всех мускулов Гарри ощутил, как вокруг его шеи сжимается тугая петля. Он покачнулся в воздухе и понял: Слизерин решил повесить его. Да, так, может быть, он еще будет жив к возвращению старика, но дольше промучается. Гарри начал задыхаться, понимая, что невидимая веревка все туже охватывает его шею. Говорить он не мог, двигаться, даже дергаться - тоже, мог только хрипеть.

Слизерин, "разобравшись с этой маленькой проблемой", подошел к окну и резко свистнул что-то сквозь зубы. Через пару минут в щель над дверью влетела большая летучая мышь и повисла вниз головой на притолке.

"Отнесешь это в Хогвартс", - приказал Слизерин. Он что-то торопливо писал на клочке бумаги. - "Не ей. Ему! И тебя никто не должен видеть!"

Летучая мышь прошелестела что-то неразборчивое, снялась с балки и села Слизерину на плечо. Он нетерпеливо привязал к ее лапке письмо и выбросил ее в окно.

"Я найду тебе сторожа, Гарри Поттер", - с улыбкой заметил он. - "Прощай!"

Тело Гарри тяжело висело под потолком в центре комнаты, когда из-за двери послышался удаляющийся звук копыт. Слизерин уехал, и Гарри остался один.

Как больно!

Гарри попытался вспомнить, как он сопротивлялся Проклятию Подвластия, думая, что, возможно, получится блокировать и эту напасть, но ничего не получилось. Перед глазами плыл кровавый туман, он не мог сосредоточиться. Было ясно, что самому ему из этой передряги не выбраться. У него забрезжила надежда: он же оставил Рону записку, так что тот знает, где искать Гарри, если что. Если - что? Будет ли у Рона вообще время прочитать ее, если его пошлют в охранение замка? Нет... А больше никто не знает. Может, его записку найдет кто-то другой? Симус или Невилл? О, черт, как же трудно дышать!.. Гарри еще раз попытался пошевелить пальцами, но у него ничего не вышло. Как можно называться волшебником, если ты даже не можешь сам спасти себя? Душно... Попробовать снять заклятия без палочки даже и пытаться нельзя. Гарри словно сквозь сон помнил, как Дамблдор колдовал без палочки. Кто-то еще... Снейп, кажется... на первом курсе... Снейп.

Не его ли имел в виду Слизерин, когда сказал, что в Хогвартсе есть его человек? Ну, что Матильда - продажная тварь, это понятно. Но есть и еще один человек, не женщина. Малфой тоже играет на их стороне, но Малфоя сейчас нет в замке. Неужели это Снейп всех предал? Он все же его потомок... После того, что случилось тогда на замковой стене, он мог обозлиться на весь мир, хотя он и так уже на него обозлен достаточно. Но снова... Мог ли он пойти на сделку с Салазаром Слизерином?

Мерлин, как же больно!..

Гарри не знал, сколько уже прошло времени: полчаса? Час? Или больше? Руки и ноги затекли так, что Гарри, не чувствуя их самих, ощущал, что он словно стал тяжелее на несколько десятков фунтов. В голове гудело, и кровь приливала к щекам так, что они пылали. Еще несколько минут, и я потеряю сознание, пронеслось у него в голове. Еще несколько минут и - все, кажется, до этого уже недалеко. Может, меня услышит кто-нибудь, если я позову на помощь? Говорить я не могу, только хрипеть, но...

Голова Гарри стала еще тяжелее.

Боль. Какая боль...

Гарри сжал зубы так, что они заскрипели, невидимая петля обвилась вокруг его горла еще сильней. Он начал терять сознание.

И в этот момент в очаге зашумело, висящий над огнем котел отлетел прочь, и на пол вылетела чья-то фигура в черной мантии. Человек встал, выпрямился и отряхнулся от налипшего пепла.

"Ты?!"

Гарри не мог произнести этого вслух, даже пошевелить губами не мог, но в голове у него мелькнуло то же, что выкрикнул и Роберт Эверетт.

"Так это тебя я должен охранять, сэр Гарри?" - Роберт посмотрел на Гарри, не веря своим глазам. - "Какого дьявола тебя сюда занесло?!"

Гарри болтался в невидимой петле и хрипел. У Роберта заходили желваки на скулах. Он отчаянно старался принять решение. И принял его.

"Фините Инкантатем!"

Невидимая веревка оборвалась, и Гарри с высоты нескольких футов обрушился вниз, на покрытый мукой и пшеничным зерном пол. Гарри с трудом подогнул ушибленное жерновом колено и начал растирать негнущуюся ногу.

"Так это ты - шпион Слизерина в Хогвартсе?" - хрипло спросил он, пытаясь откашляться.

Лицо Роберта потемнело.

"Слово шпион звучит несколько оскорбительно, вы не находите, сэр Гарри?" - его ноздри возмущенно раздувались. Он положил руку на рукоять длинного кинжала, который был заткнут у него за пояс рядом с волшебной палочкой.

"Хочешь убить меня?" - сумрачно поинтересовался Гарри. - "Или поступишь так, как он велел тебе: постережешь меня до возвращения Вольдеморта, а потом сдашь ему с рук на руки и полюбуешься на то, как он убьет меня?"

"Кто такой Вольдеморт?" - удивился Роберт. Гарри видел, что Эверетт не сводит с него глаз, следя за каждым движением. Но ему было уже на все наплевать. Пусть лучше его убьет сам Роберт, чем это сделает Вольдеморт.

"Ах, ты не знаешь! Твой босс тебя не просветил? Вольдеморт - это тот тип, которого здесь, в округе, называют мельником Томом. Он - могучий темный волшебник. Мой современник, между прочим".

Роберт от неожиданности опустил руку.

"Как это - современник?"

"Я могу только догадываться, как он сюда попал, но я знаю точно: это больше никто не может быть, кроме него. Салазара Слизерина именно он натравил на остальных Основателей Хогвартса. Он заварил эту кашу с бароном де Маль Фуа, он дергал Змееуста за ниточки все это время. Он хочет получить контроль над всем миром и уничтожить всех магглов и маглорожденных. А все вы - ты, твой наставник Слизерин, норманнский барон, шлюха Матильда и предатель Малфой - только пешки в его руках. И если Слизерин думает, что Вольдеморт играет по правилам, то он ошибается. Вольдеморта интересует только собственная власть!" "Ты закончил?" - каменным голосом поинтересовался Роберт Эверетт. Он подогнул край мантии, присел на сундук и сложил руки на груди. "Да", - презрительно сказал Гарри и добавил. - "Благородный сэр!" Роберт заскрипел зубами. "Все не так, как ты думаешь, мальчик. Я не знаю, кто этот Том или Вольдеморт, как ты говоришь, его зовут. Мне все равно, кто он, и меня он не волнует. Мой учитель хочет получить контроль над замком, и он прав в своих устремлениях. Замок по закону принадлежит ему, потому что Гриффиндор - незаконнорожденный, а леди Рэйвенкло и мистрисс Хуффльпуфф к его строительству не имеют никакого отношения. Мой мастер хочет, чтобы этот замок превратился в настоящую школу. Зачем нам ковыряться в травках и цветочках, зачем учиться гадать по руке, как деревенские предсказатели? Мы можем стать силой, которая перевернет этот мир, будет контролировать его, и тогда нас перестанут сотрясать эти бездумные войны. Люди перестанут умирать от голода, потому что мы найдем способ прокормить всех. Бретонцы и британцы перестанут убивать друг друга - мы происходим из одного корня, мы одной крови. Если нами будет управлять сильная рука, то все от этого только выиграют! Я уважаю леди Рэйвенкло, но она слишком высоко ставит свой ум, а она - всего лишь женщина. Хельга Хуффльпуфф - добрая душа, но разве можно ожидать величия от нее, крестьянки? Мастер Годрик храбр, благороден, но... безрассуден. А мастер Салазар побывал во всех частях света. Он за всю жизнь видел такое, что о чем никто из здешних деревенских колдунов даже не может помыслить! Его знания велики, как ни у кого другого в этой стране, никто из здешних колдунов, не видел, на что способен Салазар Слизерин, поэтому они его всегда недооценивали! Но храбрые лишь завоевывают этот мир, правят же им - мудрые, и если моему мастеру удастся получить замок, неважно, каким путем и кто ему поможет, эта мечта станет реальностью". "Как ты красиво говоришь", - с издевкой заметил Гарри. - "Только вот забыл об одном. Если Слизерин заграбастает замок себе, то полетят головы всех маглорожденных колдунов и ведьм, которых в нем немало. Он хочет, чтобы в мире остались только колдуны с чистой кровью, он ненавидит магглов! И не станет пренебрегать маранием рук об их кровь - это только напугает его врагов и заставит их его бояться. Вот какая власть вас ждет, если Слизерин получит то, чего добивается - реки крови! Ты к этому себя готовишь?" "Ты несешь чушь!" "Чушь? А Гермиона? Разве она тебе не дорога?" - прорычал Гарри. - "Она ведь тоже магглорожденная, и ты знаешь это! А что будет с ней, когда твой благородный мастер Салазар возьмет штурмом замок, как думаешь? Ее или застрелят или прирежут, что, конечно, лучше, чем если она попадет в лапы норманнских наемников барона. Знаешь, что они с ней тогда сделают, тебе сказать?" "Заткнись! Не смей говорить так о леди Гермионе!" - вспылил Роберт. Он выхватил палочку и направил ее на Гарри. Тому почему-то показалось, что у Роберта не дрогнет рука, когда язык повернется произнести какое-нибудь проклятие. "Я знаю Гермиону много лет. Она не останется с тобой, если ты перейдешь на сторону кровавого убийцы. Она будет тебя презирать за то, что ты пошел за ним, человеком, который убил ее друзей". "Она поймет, что все это делается ради блага всех остальных людей", - процедил Эверетт. Пальцы вокруг палочки сжались еще сильней. "Не поймет, потому что ей дороже те, чьи головы вы насадите на колья замковой стены. Она возненавидит тебя". "Ты не понимаешь, мальчишка!" - как-то отчаянно закричал Роберт. Он внезапно швырнул палочку в угол и сел, уткнувшись лицом в ладони. - "Я не могу нарушить вассальной присяги своему господину! Вы - другие, вы не понимаете, как нужно правильно жить! Я не могу предать своего... своего мастера!" "Твой господин - циничный подонок. И можешь убить меня за эти слова", - Гарри отвернулся от Роберта. Как я мог уважать его, даже, наверное, восхищаться, горько подумал Гарри. Я считал, что он так хорошо приспособлен к жизни здесь, в этом проклятом средневековье. Завидовал тому, что он в этом кровавом веке сохраняет достоинство, а, оказывается, он - такой же раб этой системы, как и все остальные. Эта мысль должна была принести Гарри боль, но почему-то вместо этого он почувствовал жалость к Роберту Эверетту. Он был незаконнорожденный; сирота, как и сам Гарри. И он пытался мечтать, и воплощать свою мечту в жизнь, учиться для того, чтобы когда-нибудь ее исполнить. Бедняга. Гарри услышал, как Роберт зашевелился сзади, и понял, что он нащупывает на полу свою палочку. Сейчас он убьет меня. Или снова подвесит под потолок. Или наложит Пыточное Проклятие, для моего же блага, конечно. Он закрыл глаза, но вместо того, чтобы ощутить боль, он услышал слова, полные боли. "Он мой отец..." Гарри повернулся, не веря своим ушам. "Он мой отец", - безнадежно повторил Роберт. - "Как я могу пойти против него?" "Не может быть?" - пробормотал Гарри. - "Салазар Слизерин? Но, я думал, что..." "Он сам распустил разные противоречивые слухи о моем происхождении, чтобы никто не понял, что я - его сын. На самом деле его зовут вовсе не Салазар и не Слизерин, но это неважно. И пусть я незаконнорожденный, я обязан моему отцу всем, что знаю. Он меня нашел, когда моя мать совсем забросила меня. Он возил меня с собой, учил, благодаря ему я могу читать и писать, обращаться с оружием. Я не могу предать его - все, что я умею в этой жизни, дал мне он. Я не могу заплатить ему ничем, кроме своей преданности". "О, Мерлин..." - Гарри все никак не мог собраться с мыслями. - "А Гермиона - она знает?" "Я ей не говорил", - холодно отозвался Роберт. Видимо, он уже раскаивался, что поведал свою страшную тайну другому человеку". "И ты считаешь, что она полюбит сына Салазара Слизерина? Брось", - снова отвернулся Гарри. - "Тем более что тут все намного сложнее..." "Нет здесь никаких сложностей!" - Роберт ударил кулаком об пол. - "Я хочу эту женщину, и она будет моя!" "О да, Гермиона будет в восторге от таких заявлений. А ты не спросил отца, какого он мнения относительно твоей пылкой страсти к магглорожденной девушке? Он будет счастлив, не сомневаюсь!" - процедил Гарри. - "К тому же есть маленькая проблема..." "И какая же?" "Вы все связаны - ты, Салазар Слизерин и Вольдеморт. Он-то уж точно не допустит, чтобы у тебя возникла интрижка с грязнокровкой, скорее, убьет тебя или Гермиону. Последнее - вероятнее". "Будь он даже самый сильный волшебник всех времен, это не его дело, и я не позволю, чтобы посторонние вмешивались в мои чувства к леди Гермионе!" "Он не посторонний, Роберт. Он - твой потомок ". "Что? Что ты сказал?" "И он убил моих родителей. Обоих. Мне еще и года тогда не было, но я смог противостоять ему даже тогда, потому что меня защитила моя мама. От этой встречи у меня остался на всю жизнь этот шрам ", - тряхнув длинной челкой, Гарри открыл свой шрам для обозрения. Наверное, добровольно он сделал это впервые в жизни. "Это правда?" "А еще он убивал магглов. Много. Просто так, для удовольствия". "Не может быть..." "И своего отца он убил тоже. Ты хочешь, чтобы он управлял всеми вами? Давай, делай то, что велит твой отец. Я не знаю, во что превратится ваш мир, ваш век, но наш станет кровавой пустыней, если сейчас Вольдеморт сумеет привести в исполнение свой план. С вашей помощью". Тишину, повисшую над припорошенной мукой комнатой, можно было резать ножом. А потом Роберт Эверетт встал. Он подошел к полке и взял Гаррину палочку. Повертел ее в пальцах. И протянул Гарри. "Держи". "Что?" "Держи, говорю. Сногсшибатели знаешь?" "Зачем?" - изумился Гарри. "Ударишь меня по голове. Когда вернется этот... Вольдеморт, то я скажу, что ты как-то освободился и вырубил меня. Не волнуйся, меня он не убьет", - невесело усмехнулся Роберт в ответ на пораженный взгляд Гарри. - "Я все-таки его предок, а предками не разбрасываются". "Ты уверен?" - выдавил Гарри. - "А как же твой отец?" "Это не твое дело... сэр Гарри. Я сам решу, что мне делать. Ударь, говорю, и быстрее. В горшке на нижней полке эта смесь, кружаная мука, кажется, отец ее так называет. Прямо в Хогвартс попадешь, впрочем, ты, наверное, умеешь". "Сэр Роберт", - прошептал Гарри. "Теряешь время, сэр Гарри... Ты можешь опоздать. Я, конечно, не верю во все эти штуки, которые рассказывают маггловские попы, но... пусть свершится суд божий..." "Спасибо", - Гарри нерешительно посмотрел в черные глаза Роберта и взмахнул палочкой, впервые обнаружив, что хочет, чтобы заклятие не сработало должным образом. - "Ступефай!"

Он упал прямо под ноги Валери, выехав из камина головой вперед и своротя по дороге несколько тесовых табуретов, на которых были разбросаны листы пергамента и древние свитки. Один из них развернулся и, точно старенькая ковровая дорожка, расстелился до самой двери. Валери резко проснулась за столом, усыпанным пергаментами. У ее правого локтя только что потухшая свеча медленно растекалась воском, склеивая два фолианта из ягнячьей кожи с криво торчащими из них страницами.

"Что... Господи, Гарри, ты?! Но откуда?"

"Я видел его!" - Гарри, задыхаясь, придерживал ушибленную руку. Валери помогла ему подняться. - "Слизерина и..."

"У тебя что, опять было видение?" - Валери внимательно посмотрела на Гарри, быстро приложила руку к его лбу, и ее пальцы легонько коснулись шрама-молнии, пробежавшись между длинными прядями лохматой челки. - "Где ты видел Слизерина? Где ты был? Что с твоим плащом? И что... о, боже! - у тебя за следы на шее?!" - Она в ужасе притянула Гарри к себе и ощупала багровеющие свежие рубцы. - "Кто тебя... не может быть!.. Кто тебя пытался задушить? Отвечай!"

"Он и пытался!" - от напряжения у Гарри чуть не сдали нервы. - "Это было никакое не видение, мисс Валери! Я был у него на мельнице у Темного Брода!"

Руки у мисс Эвергрин резко опустились.

"Что-о-о?!"

"Я был там", - нетерпеливо объяснил Гарри. - "Некогда сейчас объяснять, как я туда попал и зачем, это... м-м-м... неважно. Но я должен вам сказать, что он там не один!"

"Они с бароном сейчас там? Вместе? У них на мельнице что-то, вроде, штаба?"

"Ох, нет, барона сейчас там уже нет, но... там, там сейчас..."

"Кто, Поттер?" - спросил знакомый сухой голос.

Профессор Снейп вошел в узкую дверь комнатки и с неудовольствием выдернул из щели застрявшую мантию.

"Кто же сейчас там?" - ядовито спросил Снейп, складывая руки на груди. - "Я так понимаю, что вы, Поттер, опять оказались там, где не должны были оказаться, причем, как обычно, по своей собственной глупости и безрассудности! Кто вам позволил отлучаться из замка! Кто, я вас спрашиваю?!" - проревел он, стукнув кулаком по столу.

"Не смейте орать на Гарри!" - рявкнула Валери. - "Я и сама прекрасно могу задать трепку своему воспитаннику, и в ваших услугах не нуждаюсь!"

"Ах, ваш воспитанник, оказывается, столь хрупок, что может разбиться от малейшего шума? Боюсь, что вы сильно заблуждаетесь на его счет. Разве не он ухитрялся из-за собственной дурости с завидной регулярностью попадать в самые разные неприятности, из которых его приходилось вытаскивать? И вам, и мне, между прочим. А вы все считаете, что его нужно воспитывать, как кисейную барышню, баловать его и все ему позволять?"

"Я не кисейная барышня!" - возмутился Гарри, но на него не обратили никакого внимания.

"То, как я обращаюсь с Гарри, вас ни в коей мере не должно касаться", - рявкнула Валери. - "Гарри, по крайней мере, не делает никому гадостей, а вы не можете уследить за вашими подопечными, которые с легкостью пойдут на любую подлость. Или вовсе не хотите им мешать?"

"То, как я распоряжаюсь своим факультетом, вас не должно интересовать, профессор. Ваши педагогические способности равны нулю, это было ясно с самого начала, но, к сожалению, директор доверил вам не только проведение занятий по такой ответственной дисциплине, как Защита от сил зла, но и воспитание мистера Поттера. Боюсь, что в придачу к унаследованным от отца дурным наклонностям этот юноша еще и нахватается разных глупостей от вас. Нечего обращаться с будущим мужчиной так, словно он маленькая девчонка".

"Заткнись, Снейп", - в ярости подумал Гарри.

"Заткнитесь, Снейп!" - голос Валери зазвенел от гнева. - "Это что - мелкая месть?"

"Что, нервы сдали, не так ли?" - с издевкой поинтересовался профессор Алхимии. - "Наш знаменитый психолог извлекает на свет собственные недостатки? Поттер, ваша тупость неистребима - защиту ставить так и не научились. Зря я тратил время на вас, видимо, влияние этой особы оказалось сильнее желания учиться мыслечтению..."

И Гарри сделал то, что в этой ситуации было единственно правильным. Он откашлялся и тихо заметил:

"Вольдеморт здесь".

Этот прием сработал мгновенно. Оба профессора, еще секунду назад желающие перегрызть друг другу глотки, моментально замолчали.

"Что ты сказал?" - Валери впилась в Гарри глазами.

Снейп промолчал, только его рука, опиравшаяся на стол, нервно впилась ногтями в деревянную столешницу.

"Он здесь, рядом, на мельнице у Темного Брода. Все думают, что он - тамошний мельник, а на самом деле это он помог спланировать нападение на Хогвартс".

"Поттер. Вы. Сошли. С ума ", - чеканя каждое слово, профессор Снейп приблизился к Гарри и, схватив его за подбородок, резко дернул его лицо вверх. Поизучав с минуту его глаза (Гарри отчетливо чувствовал, как Снейп роется в его голове), профессор резко выдохнул. - "Но как?"

Валери закрыла глаза и застонала.

"Неужели джинн? Не может быть!"

"Да. Наверное", - прошептал Гарри.

"И что вы еще знаете о Вольдеморте, Поттер?" - угрожающе спросил Снейп. Его глаза нехорошо блеснули. - "Может, он вам любезно поведал о собственных планах?"

Гарри кивнул.

"Кроме армии барона к замку придут тролли и гоблины. Вольдеморт сказал, что сможет подчинить их. И еще он говорил о каких-то других существах, но я точно не знаю, о каких. Так что скоро здесь будет целая армия".

Валери медленно села обратно на резной стул.

"А я так и не нашла Заклинания Возвращения", - ее губы искривились. - "Что же теперь грозит детям?!"

"Перестать быть детьми", - уронил Снейп. Гарри вскинул на него глаза. Взгляд профессора мог превратить в лед даже звезду первой величины. - "Как раз сейчас я известил наших учащихся о том, что нам нужно обсудить их статус теперь, когда Хогвартс готовится к обороне. Необходимо принять решение, а теперь, когда Вольдеморт тоже здесь, с решением откладывать и вовсе нельзя".

"Иду", - Валери встала и сложила свои записи. Снейп какое-то время понаблюдал, как она сворачивает пергаментную дорожку, и язвительно поинтересовался:

"А куда это вы, собственно, собрались?"

"Не мелите чепухи. Вы же сами только что сказали..."

"Я имел в виду только мужчин", - спокойно заметил Снейп. - "Вернее, мальчиков старше двенадцати лет".

Гарри еще не совсем понял, что имел в виду профессор, но у Валери уже побелели щеки.

"Не хотите ли вы сказать", - с холодной яростью прошептала она. - "Что решили не только принять участие в этой бойне но и... Хотите, чтобы наши дети начали убивать? Чтобы начали убивать их? Я знала, что с вашей психикой творится сущий кошмар, но то, что вы решили еще и вовлечь в войну детей - предел любой жестокости! "

"Да откройте вы глаза, наконец, святая простота!" - зарычал Снейп, бросаясь к столу и легко отшвыривая Гарри с дороги. - "Мы все в нее давным-давно вовлечены! И как бы мне ни хотелось прекраснодушничать по вашему примеру, трусливо закрывая глаза на то, что война уже идет у нашего порога, но прятаться под кроватью, когда твой дом уже объят пламенем, сейчас подобно смерти! Или мы окажем отпор той армии, которая стоит под стенами Хогвартса, или Хогвартса уже не будет!"

"Вы жалкий идиот, если упрекаете меня в трусости! Я ничего не боюсь", - ноздри Валери раздувались от гнева. Она мгновенным движением извлекла палочку и наставила ее на Снейпа, тяжело и неровно дыша. - "Но я не допущу, чтобы вы вмешались в ход истории и отправили на бойню собственных учеников, точно пушечное мясо!"

"Вы предлагаете отсиживаться в окопах?" - тихо спросил Снейп. - "Вы, да и кто-нибудь другой, кто угодно, - что вы знаете о времени? Только то, что сами читали в книгах, которые написали глупцы, прочитавшие другие книги? Кто знает, может именно этим детям суждено сыграть решающую роль на таком маленьком, но очень важном отрезке истории нашей школы..."

"Боюсь, эта ваша история не сохранит имена всех ребят, которым суждено будет умереть страшной смертью в жестоком и диком одиннадцатом веке", - женщина смотрела на Снейпа с каким-то странным сожалением. Гарри заметил, как она содрогнулась. - "Они - всего лишь дети, и не должны платить своими жизнями за ошибки взрослых, и не должны гибнуть во взрослых играх. Если случится так, что им придется выйти на поле боя, то не будет ли после этого каждый из них ощущать себя убийцей? Там, снаружи, тоже люди. Пусть дикие, жестокие, но - люди, а не вампиры или прочая нечисть. Каково будет любому из ваших учеников после того, как он собственными руками вонзит меч в тело другого человека?.. Не смейте впутывать детей в вашу войну, Северус Снейп!"

"Мисс Эвергрин..."

"Молчи, Гарри. Я знаю, что я права".

"Но как же Вольдеморт?.. Если сегодня он будет на поле сражения, я тоже иду туда", - тихо сказал Гарри.

"Прекрати говорить глупости, Гарри!" - Валери повернулась к нему и присела возле него на колени, обняв руки юноши. - "Ты же не сделаешь этого, не сделаешь, правда? Разве ты не понимаешь, что он ждет, что ты поступишь именно так! Он хочет, чтобы ты оказался в самой гуще битвы, в самом сердце войны, чтобы завладеть тобой навсегда. Вольдеморт стремится убить тебя, сынок, и он ни перед чем не остановится. Кто знает, не идет ли он на Хогвартс только потому, что ты - здесь? Он способен и не на такое, чтобы окончательно уничтожить тебя, ведь ты - живое напоминание несовершенства его силы! Обещай, обещай мне немедленно, что ты не станешь выходить из замка, не будешь отвечать на провокации этого фанатика!"

Гарри молчал. Он смотрел в пронзительные синие глаза этой женщины, в которых замерз ужас оттого, что она может потерять его, и впервые осознал почти физически, что у него есть по-настоящему родной человек в этом мире. Было мучительно больно поступать так с ней, но Гарри заставил себя разлепить губы:

"Пятнадцать лет назад я остался в живых. И пять лет назад. И четыре года. И два. И в прошлом году. Неужели это - для того, чтобы я сейчас сидел в замке и смотрел в окно, как он убивает моих друзей? А если он убьет Годрика Гриффиндора? А если он убьет старушку Хельгу и леди Ровену? Он сам говорил Салазару, что их нельзя оставлять в живых".

Снейп вздрогнул.

И мисс Эвергрин - тоже, подумал Гарри и в упор посмотрел на профессора Снейпа. Тот ответил ему взглядом, способным уложить на месте стаю саблезубых тигров.

"Все равно когда-нибудь останется только один из нас, он же к этому стремится уже столько лет. Может, это случится сейчас", - усмехнулся Гарри.

"Не говори ерунды, Гарри, у тебя еще недостаточно сил, чтобы бороться с ним один на один!"

"Мне всегда везло".

"Только гриффиндорец может рассчитывать на свое везение в такой ситуации", - едко уронил Снейп. Он стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за этой сценой со странным выражением на зеленовато-бледном лице. Гарри вдруг подумал, что Снейп, несомненно, очень устал за последние месяцы. Пока мисс Эвергрин искала заклинание Возвращения в старинных рукописях, он полностью взял на себя руководство детьми. А теперь ему, прошедшему за всю жизнь огонь, воду и прочие неимоверные препятствия, предстоит взвалить на себя куда более тяжкую ношу...

"Не делай этого, Гарри", - голос Валери отчаянно замер. - "Ты же не воин, тебе только шестнадцать лет!"

"Я стану воином, если так будет нужно", - Гарри снял очки. - "Вы же сами нам говорили, что нужно бороться со своим страхом, иначе он нас уничтожит, нужно объединяться, иначе он сожрет нас поодиночке, и... теперь мы будем бороться. Я знаю, что вы не хотели, чтобы мы стали поколением войны, мисс Валери, но так уж получается. Не мы выбрали такую судьбу, она нас сама выбрала", - он почувствовал, как на его плечо легла узкая холодная ладонь.

"Что ж, Поттер, вы сделали достойный выбор", - и более мягким голосом. - "Я присмотрю за ним. Обещаю".

Валери по-прежнему стояла на коленях, и ее неподвижный взгляд был прикован к каменным плитам пола. Затем она опустилась на камни, утонув в белоснежных складках платья.

"За что?" - прошептала она.

"А вы пока помогите мистрисс Хельге и леди Ровене здесь, в замке. Охраняйте девочек".

"Да", - беззвучно, одними губами.

"И... вспомните, что умеете стрелять и бросать нож. Может быть, вам это... пригодится. Если все пойдет не так, как надо", - профессор Северус Снейп подтолкнул Гарри к двери, - "то вы - единственная надежда, которая останется у них, профессор. Идемте, Поттер", - Снейп открыл дверь, впустив в комнату холодный сквозняк из коридора, и вышел. Гарри оглянулся и увидел, как по серым камням пола полетели старые пергаменты с заклятиями.

Валери Эвергрин сидела на полу, закрыв лицо руками. А потом за Гарри захлопнулась дверь.

"Профессор", - Гарри догнал Снейпа уже в коридоре. - "Я хотел вам сказать еще кое-что..."

"Да, Поттер", - Снейп не снижал скорости шага.

"Там, на мельнице сейчас Роберт. Роберт Эверетт. Его надо скорее вытащить оттуда!"

"Это тот высокий черноволосый юноша? Сын Слизерина?" - холодно поинтересовался Снейп. - "Значит, это он доносил своему отцу о том, что происходит в замке".

Профессор утверждал это, не спрашивал.

"Вы знали?!" - поразился Гарри. - "Знали, и не поговорили с Робертом? Знали, и не сделали ничего, чтобы предупредить его об опасности?"

"О ком это вы говорите, Поттер?" - сухо спросил Снейп. Он барабанил длинными пальцами по перилам, нетерпеливо дожидаясь, когда к ним подползет очередная движущаяся лестница. - "Об отце или сыне? Поттер, мне кажется, что у вас в голове витают кое-какие мысли, не слишком точно отображающие действительность... Вы не хотите поделиться со мной своими соображениями?"

Лестница с грохотом остановилась напротив них. Снейп стоял и ждал. Гарри осторожно, бочком протиснулся мимо него, и молча понесся вниз. Ни за что на свете он не хотел вслух обсуждать со своим профессором Алхимии его отца и всю родословную, но как быстро Гарри ни бежал, Снейп все равно догнал его у входа в зал, крепко ухватив за мантию.

"Поттер, вы не ответили на мой вопрос".

Гарри молчал.

"Так вот, запомните хорошенько, юноша: то, что вы себе возомнили - неправда. И если я узнаю, что об этом пошли сплетни, то будьте спокойны, я найду вас на краю света, чтобы придушить собственными руками, как котенка! Вы меня слышите?!"

Гарри нервно кивнул и нашел в себе силы только для того, чтобы пробормотать:

"А как же Роберт? Разве мы не вытащим его оттуда?"

"Не отвечайте за других, Поттер", - прорычал профессор. - "Он сам вступил на этот путь. Почему мы должны спасать человека, который не хочет быть спасенным? Он сын своего отца, не забывайте об этом", - при этом черные глаза Снейпа издевательски просверлили Гарри, заставив его сердце сжаться от воспоминаний об отражениях в очках своего отца, за секунду перед тем, как он исчез навсегда.

"Роберт - хороший парень, и он сам не хочет быть орудием в руках Слизерина! Он поступает так, потому что считает обязанным выплатить долг своему отцу. Ну, там, вассальная преданность и так далее..." - немного запутано начал объяснять Гарри, и вновь наткнулся на тяжелый взгляд Северуса Снейпа из-под тяжелых черных бровей, сурово сведенных на переносице.

"Это уже не ваше дело. Идите", - коротко приказал профессор и толкнул Гарри вперед в двери Большого зала с такой силой, что Гарри открыл их почти что собственной спиной.

Когда Гарри влетел в зал, бушевавшие в нем разговоры тут же стихли. Все мальчики, сидящие в зале, повернулись к нему. Снейп вошел следом и спокойно закрыл за собой двери. Он подтолкнул Гарри к скамье гриффиндорцев и молча прошествовал на свое место во главе учительского стола. Гарри приземлился рядом с Люком Дэниэлсом и Тоби Табби, но, заметив, что с другого края стола ему машет рукой Рон, стал осторожненько перебираться к нему, по дороге заметив, что девочек в зале не было ни одной. Снейп ожег его неприязненным взглядом и громко, четко печатая каждое слово, проговорил:

"Я приказал собраться здесь всем ученикам, чтобы объявить вам о некоторых событиях, произошедших сегодня. И услышать ваше мнение относительно одной моей просьбы".

Зал легонько зашумел. Гарри видел, как все переглядываются. Снейп ухитрился удивить всех сразу дважды: спросил совета у своих учеников и намекнул, что хочет что-то попросить у них. Рон пихнул Гарри в бок, но тут Снейп возвысил голос и каркающе продолжил:

"Все вы знаете, что мы испытываем некоторые трудности с возвращением обратно. За полгода экспериментов с самыми изощренными заклятиями, которые известны местным колдунам, мы с профессором Эвергрин, к сожалению, не продвинулись слишком далеко в изобретении способа вернуть вас назад. Возможно, мы могли бы отыскать его в дальнейшем, возможно, мы уже не так далеки от разгадки способа перемещения во времени, но, к сожалению, сейчас мы вынуждены отвлечься на решение другой проблемы. Той, что в данный момент находится под стенами замка". Все затихли. Стало слышно, как за рвом, наполненным кипятком, бушует людское море. Копья гремели о щиты, окованные железом, бешено ржали кони, и раздавались вопли: "Проклятые колдуны! Сжечь дьявольское гнездо дотла!.." "Слышите?" - хмуро спросил Снейп. Кто-то из хуффльпуффцев закивал. Гарри показалось, что это был Эрни Макмиллан. За встрепанной головой Эрни Гарри заметил поджатые в ниточку губы и странное выражение на неестественно бледном лице Блаунта, слизеринского старосты. "Эти люди пришли сюда, чтобы завладеть замком", - сухой голос Снейпа звеняще отталкивался от высоких арочных перекрытий Большого зала и соскальзывал вниз, осыпаясь на головы слушателей, как пепел. - "Они вооружены, у них есть определенные права и сильная поддержка со стороны. В данный момент их несколько сотен, и ожидается прибытие еще стольких же солдат, конных и пеших, а может, даже больше. Около пятидесяти лучников, древние, но довольно мощные осадные машины, тяжелое вооружение конницы и, насколько я могу судить, немалый опыт в такого рода кампаниях", - методично перечислял профессор, не меняя интонации, точно диктовал рецепт простейшего зелья. - "По местному закону замок может выставить поединщика за свои права, что и было сделано. Сэр Герейнт Кэдоген любезно согласился представлять владельцев замка в этом поединке", - при упоминании сэра Кэдогена Снейп еле заметно скривился. Ученики начали с сомнением переглядываться. Со стороны, где сидели ребята из Рэйвенкло, раздалось несколько не слишком приятных характеристик их учителя по Военному Делу, Колин Криви тяжело вздохнул и раздраженно прикусил губу, а Рон автоматически забарабанил пальцами по столу. Все понимали, что боевое "искусство" сэра Кэдогена сильно оставляет желать лучшего, и шансы на его победу в поединке практически ничтожны. Терри Бут открыл рот, чтобы что-то спросить, как Снейп тут же отреагировал: "Предваряя ваш вопрос, мистер Бут, хочу заметить, что, если бы все здесь сидящие более усердно изучали историю магии, то знали бы: первое соглашение о ненападении на магглов с использованием волшебных сил было составлено еще при Мерлине и под его непосредственным руководством, а так как его пока никто не отменял, то формально этого закона обязан придерживаться каждый колдун". "Вы сказали "формально", сэр?" - ухмыльнулся со своего места Уоррингтон. "Именно, мистер Уоррингтон. Но поспешу заметить, что традиции хозяев этого замка таковы, что нарушение этого закона они рассматривают как измену своей чести. Поэтому применение магии для защиты собственного достояния они, к сожалению, считают для себя и своих соратников совершенно неприемлемым", - говоря это, Северус Снейп скривился, точно не одобряя такого решения, но со своего места Гарри видел, как напряглись костяшки пальцев профессора, которыми он опирался о стол. Слизеринцы начали что-то негромко презрительно бубнить, но холодный голос Снейпа тут же пресек их болтовню. "Я собрал вас не затем, чтобы сообщить то, что вам и так известно. Дело в том, что сейчас в армии противника ожидается пополнение. Вместе с людьми против Хогвартса будут сражаться тролли, гоблины, а, возможно, и гиганты. Один из союзников врага приведет их под стены замка, и тогда численное преимущество окажется на стороне противника. Защитников замка наберется не больше сотни, что по крайней мере в десять раз меньше, чем войск норманнских наемников и тех, кто соединится с ними..." "Сэр", - осмелился перебить профессора Ян Норд. - "Вы все время говорите о противнике. А кто тот, кто управляет этим войском, кроме того норманнского барона, о котором нам рассказывали? Потому что если этот..." - Норд замялся, но все и так было ясно: противником Снейп назвал Слизерина, в честь которого был назван его собственный факультет. Гарри в который раз подивился смелости профессора, не побоявшегося открыто пойти против собственных традиций. "Этот, мистер Норд, имеет свое имя. Да, Салазар Слизерин возглавляет это войско. Норманнские наемники и их барон - лишь пешки в его руках". "То есть, получается, что это и есть та самая ссора Основателей, про которую говорится в Истории Хогвартса?" - замирающим голосом спросил маленький Эмери Вайз. "По всей вероятности, да", - кратко ответил Снейп. Все ребята испуганно выкатили глаза. "И замок выступает против Салазара Слизерина? Против основателя нашего факультета?" - не успокаивался Норд. - "Чего же они хотят от нас? Чтобы мы помогли им в этой войне? Да ни за что!" - сидящие за его спиной слизеринцы зашумели и начали вскакивать, размахивая руками. Крэбб и Гойл мрачно молчали, исподлобья разглядывая Снейпа. Остальные ученики тоже выжидательно уставились на него. Казалось невероятным, что профессор пошел против собственного факультета. Норд вскочил на стол с воплем Да здравствует Слизерин! Вокруг принялись бешено орать его однокурсники, с ненавистью глядя на Снейпа. "Что он делает?" - прошептал Рон на ухо Гарри. - "Я знал, что Снейп - псих, но это!.. Они же сейчас сожрут его несмотря на то, что он за них всегда заступался!" Профессор Снейп словно бы скучающе разглядывал воинственно воздвигнувшуюся над толпой фигуру Норда. Переждав выкрики волновавшейся, как океан, толпы слизеринцев, он негромко заметил: "Забыл предупредить вас, господа: поединок назначен на завтрашнее утро, и как только он закончится, начнется штурм замка". "Мы просто откроем ворота нашему Основателю, и все!" - завопил Ян Норд. Толпа слизеринцев поддержала его громкими криками. "Дело в том", - профессор Снейп аккуратно расположил ладони на столе и принялся их разглядывать, не обращая внимания на беснующуюся толпу собственных учеников. - "Что он не планирует никого оставлять в живых. Все мы - пришельцы, получившие приют в Хогвартсе, - свидетели его планов. А значит, сколько бы вы ни стремились доказать ему свою преданность, он, так или иначе, избавится от вас, чтобы не оставлять в живых тех, кто сможет рассказать о том, как по его приказу были вырезаны все обитатели замка Хогвартс. Других планов относительно жителей замка у него и у его сообщников нет, и никогда не было, точно так же как не существует и средств убедить его в необходимости сохранить кому-то жизнь". Воцарилась гнетущая тишина. Норд в глупой позе застыл на столе. "Слезьте со стола, мистер Норд", - холодно приказал Снейп, - "если вы закончили свой митинг. И не заставляйте просить себя дважды". Ян медленно сполз со стола, потрясенно уставившись на Снейпа. Слизеринцы молчали, не зная, как себя вести в такой ситуации. Крэбб, с видом полного кретина, глупо заметил: "А Драко сейчас там, в норманнском лагере". "Ваш однокурсник, мистер Крэбб, выбрал свою дорогу в этой жизни. Не буду подробно комментировать его поступок, скажу лишь, что для слизеринца он поступил весьма недальновидно, и теперь мне нужно будет приложить немало сил, чтобы снять его с той ветки, которую он в данный момент гордо пилит под самим собой. И, надеюсь, будет не слишком поздно". "Нас всех хотят убить?" - спросил Джастин. Гарри видел, как под столом у хуффльпуффца нервно сжимаются и разжимаются кулаки. "Мне очень жаль вас разочаровывать, мистер Финч-Флечли, но боюсь, что так", - язвительно заметил профессор Снейп, явно без проблем вновь овладев аудиторией. Ситуация, когда все вокруг него заходились в паническом страхе, была ему знакома не понаслышке, и сейчас Гарри видел, как Снейп постепенно успокаивается и берет себя в руки. Он уже знал, что держит всех учеников под контролем. "Но этого не было в Истории Хогвартса!" - воскликнул Дин Томас. "История - странная вещь, мистер Томас", - язвительно скривил губы Снейп. - "Она часто склонна забывать героев и возвеличивать негодяев, выставлять на всеобщее обозрение незначительные факты и скрывать истину. Но я удивлен, что вы до сих пор не поняли этого из курса, который вам читали профессор Биннз и профессор Джонс. Сядьте, и пусть вам будет стыдно за свой вопрос". "Сэр!" - подал голос Кларенс Дэйвис. - "Вы сказали, что у Слизерина есть и другие сообщники кроме этого норманнского барона. Они что - тоже колдуны, если могут привести им на подмогу целую армию Темных существ? Кто тот союзник, который способен подчинить себе троллей, гигантов и гоблинов?" Снейп посмотрел на Гарри. Гарри посмотрел на Снейпа, встал и уже открыл рот, чтобы заговорить, как окно из ценного стекла под потолком Большого зала со звоном разлетелось на мелкие осколки. Все повскакивали с мест, и схватились за палочки, явно думая, что штурм замка начался раньше времени, но это была даже не шальная стрела. Вниз, на столы Большого зала пикировал огромный черный гриф, неся в когтях какой-то сверток. Он сделал круг над головами приготовившихся к атаке ребят и, обнаружив цель своего визита, снизился над Гарри Поттером и уронил сверток ему в руки, а затем взмыл под потолок и снова исчез, вылетев обратно через разбитое окно. Все так плотно столпились вокруг Гарри, пока он разворачивал что-то тяжелое и угловатое, дребезжащее железом, что профессор Северус Снейп едва смог протолкаться сквозь многочисленных учеников, даже работая локтями. Гарри снял очередную тряпку со странной посылки и обнаружил, что она вся промокла от крови. Он похолодел, снимая последний покров, вспомнив, что послали когда-то Дамблдору Люциус Малфой и Морис Бладштейн, но в посылке оказалось совсем не то, что он ожидал. Гарри вытащил из свертка большую латную перчатку, измазанную кровью, и когда Снейп, наконец, сумел добраться до него, Гарри показал профессору

письмо, которое было зажато между стальных пальцев доспеха: Ты думал, что сумел уйти от меня, Гарри Поттер? Ты ошибся. Если тебе дорога твоя честь, ты не побоишься завтра поутру встретиться со мной на ристалище, и тогда посмотрим, кто из нас лучше владеет копьем и мечом. Если ты откажешься принять мой вызов, значит, и ты, и все твои предки - лишь жалкие трусы, и недостойны даже лизать ноги потомку Салазара Слизерина Томасу Марволо Риддлю, Лорду Вольдеморту


Глава 33. Темный Мельник. | Гарри Поттер и Лес Теней. | Глава 35. Два меча.