home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Заключение

СОЛНЦЕ И ВЕЧНОСТЬ

Эхнатон не был ни гуманистом-просветителем, ни харизматическим лидером, ни исполненным человеколюбия романтиком, ни далеким от жизни мистиком. Он не воевал с собственным народом, а последний не восставал против своего повелителя. Ни Эхнатон, ни Нефертити ничем не напоминали фанатичных проповедников сектантского вероучения. Они не объявляли «священной войны» против жречества Амона. «Солнечная чета» царствовала в мире, и ей привычно повиновались все – жрецы, армия, полиция, различные звенья административного аппарата.

Эхнатон, прошедший обучение у лучших наставников и сведущий в древней символике, был, прежде всего, фараоном, то есть наследником всей египетской мудрости. Он ничего не менял ни в функционировании и статусе монархии фараонов, этого земного отражения божественного миропорядка, ни в природе сакрализованного государства, ни в характере египетского общества, в котором решающую роль играли храмы и «дома жизни» – центры знания. Как и другие фараоны, Эхнатон посвящал все свои силы лишь одной проблеме – проблеме обеспечения контакта с источником жизни. В зеркале амарнского искусства «царственность» предстает как сверхъестественная сила, к которой не приложимы человеческие нормы и которая воплощается в таинственных формах, не постижимых для рационального мышления.

«Образ Эхнатона, мало-помалу вырисовывающийся в исследованиях последних лет, – пишет Клод Траунекер, – это образ ответственного и энергичного правителя, мужественного и умного царя, который (в чем, быть может, и состояла его ошибка) довел свою мысль до полного логического завершения; образ царя, пожелавшего восстановить божественную власть в форме, близкой к той, что существовала в начале истории Египта».

Мы должны признать, как справедливо указывает Б. Дж. Триггер, что Эхнатон никогда не стремился утвердить монотеистическую доктрину, что, выдвигая на первый план культ Атона, он не ставил перед собой никаких политических задач, что он ни в коей мере не страдал психопатологией и был вполне способен выполнять возложенные на него функции.

В политическом плане Эхнатон проявил себя как сильный правитель. То, что он, в некотором смысле, нарушал традицию, назначая «новых людей» на высшие административные посты, – факт несомненный, но для Египта не исключительный. Эхнатон пользовался властью фараона во всем ее реальном объеме и, подобно своим предшественникам, возглавлял армию.

Однако этим дело не ограничивается: Эхнатон более действенным образом, чем другие фараоны его эпохи, исполнял свою роль царя-бога, ибо «возродил» и присвоил себе символические прерогативы владык Древнего царства. Он еще более возвеличил власть фараона, акцентировав ее значимость как земного отражения божественного мироустройства. Солнечный Диск стал символом духовного созидательного процесса – а также гарантом способности царя придавать всему существующему сакральный характер.

Процитируем великолепную молитву за Эхнатона, которая была записана в одной из гробниц эль-Амарны:

О ты, божественное Солнце, дозволь Эхнатону вечно жить рядом с тобой, согласно желанию твоего сердца, и лицезреть совершенство твое. Даруй ему жизнь, радость, изобилие. Пусть все, что ты обходишь, свершая свой круг, пребывает под стопами его, он же пусть приносит жертвенные дары твоему ка – он, сын твой, рожденный тобою. Юг и Север, Восток и Запад, а также острова в середине моря издают ликующие возгласы, завидев твое ка. Южная граница [владений Эхнатона] находится в самом дальнем месте, куда достигает дыхание ветра; северная граница – в самом дальнем месте, куда проникают солнечные лучи. Все их [чужеземных стран] князья повержены и бессильны по причине твоего могущества – совершенного жизнетворного могущества, которое погружает Обе Земли в (состояние) праздника и создает потребное для земли всей. Пусть царь всегда пребывает рядом с тобой, ибо он любит созерцать тебя. Даруй ему многочисленные хеб-седы [праздники обновления] и годы мира. Дозволь ему совершать деяния, желанные сердцу твоему, – и чтобы их было так много, как песка на побережьях, как чешуек у речных рыб и как шерстинок у скота. Дозволь, чтобы он оставался здесь [на земле]: доколе лебедь не станет черным, а ворон – белым; доколе горы не сдвинутся с места, а вода не потечет вспять, к своим истокам. Я же пусть буду продолжать служить совершенному богу [то есть царю], доколе он не пожалует мне гробницу.

Нефертити и Эхнатон – солнечная чета, воспринимавшаяся как символ божества, – были посредниками между первичной силой Света и египетским народом. Каждый день царь и царица совершали в храме ритуалы в честь Атона, и весь Египет был сопричастен их действиям. С точки зрения египтянина, каждому человеку подобает соприкасаться душой со всем живым: переживать, как собственные ощущения, рождение цветка, ритмическое движение воды, инстинктивную радость животного – и повсюду узнавать творение Бога.

Царственные супруги, рожденные от божественного Солнца и каждодневно возрождаемые им, справляют праздничный обряд своей любви. Манифестируя эту любовь (которая соединяет их в духовном аспекте), царь и царица тем самым продолжают процесс созидания мира посредством света – процесс, начавшийся в первый день Творения.

В основе реального опыта атонизма лежит идея четы. Великая супруга царя, Нефертити, была не пассивным партнером Эхнатона, а его постоянной вдохновительницей, «гением» его царствования. О ней говорили, что, когда слышится ее голос, люди издают ликующие крики. Слова, которые она произносит, радуют сердца всех живых. Ее прекрасные руки на изображениях свершают ритуальные жесты, ублажающие Бога. Ее сравнивали со сверкающей звездой. Но с наибольшей живостью образ Нефертити воссоздан, как нам кажется, в тексте одной из пограничных стел:

Ясная ликом,

Увенчанная, к вящей радости, двойным пером,

Владычица благополучия,

Наделенная всеми добродетелями,

Обладающая голосом, который радует людей,

Очаровательная госпожа, великая любовью,

Чьи чувства радуют

Владыку Обеих Земель…

Наследная принцесса,

Великая милостью,

Госпожа благополучия,

Сияющая своими двумя перьями,

Радующая своим голосом всех, кто ее слышит,

Пленяющая им сердце царя,

Умиротворенная всем, что (ей) говорят,

Великая и зело любимая супруга царя,

Госпожа Обеих Земель,

«Совершенно совершенство Атона» (или: «Прекрасна благость Атона»),

«Прекрасная пришла» (да живет она вечно!).

(Солнечный) свет неразрывно связан с вечностью: так можно выразить главную динамическую идею религии атонизма, которая, по нашему мнению, прекрасно вписывается в рамки египетской духовной традиции.

Дозволь мне, – просит Эйе у царя (которого называет «подобием Атона»), – всегда насыщаться лицезрением тебя. В культе Атона присутствует аспект такого рода медитации. Созерцать Солнце (сознавая, что видишь внешнюю форму проявления божественной силы) – это значит совершать сакральный акт. Если мы хотим попытаться понять суть «амарнской авантюры», нам тоже, в определенном смысле, необходимо научиться подобной медитации – медитации о Свете, который, по ту сторону истории, существует как явление вечного порядка.

Нефертити и Эхнатон

Два льва, олицетворяющие собой циклическую вечность-нехех (вечность повторяющихся явлений природы) и неизменную вечность-джет (вечность завершенных явлений, царства мертвых, пирамид и пр.), охраняют солнечный горизонт. Они отождествлялись также с Шу и Тефнут, Жизнью и Правдой. Миниатюра из папируса писца Ани с записью «Книги Мертвых». Собрание Британского музея, Лондон.


Глава XXX ПРОДОЛЖЕНИЕ В БИБЛИИ? | Нефертити и Эхнатон | ХРОНОЛОГИЯ