home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20

Лозан в плавании

Лозан хмуро осмотрел лодку.

– Не обосраться бы со страху…

– Что такое? – осведомился Корди.

– Терпеть не могу лодок.

– Так чего пешком не пойдешь? Мы с Ножом тебе помашем, где бы ты ни встретился нам, с пыхтеньем бредущий по берегу…

– Имей я твое чувство юмора, Корди, повесился бы и избавил мир от многих мук. Ладно, плыть так плыть. – Он направился к выходу из гавани. – Ты видел Бабу с ее выкормышем?

– Копченый немного раньше тут ошивался. Наверное, они уже там. Пробрались втихаря, крадучись… Не желают, чтобы кто-нибудь знал, что Радиша покидает город.

– А мы?

– Он сейчас заплачет оттого, что девочки не пришли его не пускать, – ухмыльнулся Нож.

– Он и дальше постоянно будет рыдать, – добавил Корди. – Без этого у старика Лозана просто ноги не шевелятся.

Баркас был не так уж плох. Шестидесяти футов в длину, он был очень удобен для своего груза, состоявшего всего из пяти пассажиров. На это Лозан тоже пожаловался – как только выяснил, что Радиша не захватила с собою взвода слуг.

– Я-то рассчитывал, что обо мне будет кому заботиться…

– Ну, ты совсем раскис, – сказал Нож. – Ты, может, еще захочешь нанять кого, чтоб дрался за тебя, когда попадешь в беду.

– Оно бы неплохо… Мы за других дрались достаточно. Корди, скажи?

– Да, пожалуй.

Команда шестами вытолкала баркас на стрежень, но здесь, у самого устья, течения почти не существовало. Затем они подняли льняной парус и развернули баркас носом к северу. Дул крепкий бриз, и суденышко пошло быстрее течения – примерно со скоростью шага с ленцой.

Небыстро – однако никто особенно и не торопился.

– Не понимаю, зачем было вообще отправляться? – сказал Лозан. – Все равно не попадем, куда она хочет. Голову даю: река все еще перекрыта выше Третьего Порога. И дальше Треша нам не пробраться. Хотя для меня и это достаточно далеко.

– Учитывая, что продолжать путь пешим ходом ты не согласен, – заметил Корди.

– Не-ет, он помнит, что его ждет в Джии-Зле, – сказал Нож. – У ростовщиков чувства юмора нет.

Две недели занял путь до Каторца, города чуть ниже Первого Порога. Копченого с Радишей друзья за это время почти не видели. А команда чертовски наскучила им. То была самая угрюмая банда речников на всем белом свете. Все они приходились друг другу отцами, сыновьями, дядьями и братьями, и им просто нельзя было давать воли. Радиша не позволяла даже остановок на ночь: кто-нибудь мог проболтаться, вследствие чего весь белый свет узнал бы, кто путешествует по реке без всякой охраны.

Это ранило чувства Лозана сразу с обеих сторон.

Первый Порог являл собою препятствие лишь для тех, кто поднимался вверх по реке. Течение здесь было слишком быстрым для парусов и весел, а отмели – слишком редки и топки для бурлака. Радише пришлось оставить баркас в Каторце с тем, чтобы команда дожидалась их возвращения, и восемнадцать миль до Дадица, города, лежавшего за порогом, они проделали пешком.

По дороге Лозан с тоской глядел на несущиеся вниз по течению барки и ворчал.

Нож с Корди лишь посмеивались над ним.

Для плавания ко Второму Порогу Радиша наняла другую лодку. Здесь они с Копченым перестали прятаться ото всех. Она посчитала, что так далеко от Таглиоса их вряд ли кто-нибудь узнает. Первый Порог все же был четырьмястами восемьюдесятью милями севернее.


Через полдня после отплытия из Дадица Лозан подошел к Ножу и Корди, стоящим на носу.

– Ребята, вы не заметили там, в городе, таких смуглых карликов? Вроде бы следили за нами.

Корди кивнул. Нож утвердительно хрюкнул.

– А то я боялся, что у меня просто воображение разыгралось. А может, и хотел, чтоб так оно и оказалось. Вы никого из них не узнали?

Корди покачал головой.

– Нет, – сказал Нож.

– Да вам, ребята, и челюстью шевельнуть лень!

– Лозан, ну откуда им знать, за кем следить? Кто бы они там ни были. Единственный, кто знает, куда мы направились, это Прабриндрах Драх, и даже он не знает зачем.

Лозан хотел было что-то ответить, однако решил прежде поразмыслить.

– А Хозяева Теней? – сказал он через минуту. – Они могли как-нибудь прознать…

– Ага. Эти – могли.

– По-вашему, они могут нам помешать?

– А ты бы на их месте что сделал?

– Да. Пойду-ка вздрючу этого Копченого.

Копченый вполне мог оказаться крапленой картой. Он заявлял, что Хозяева Теней не знают о нем ничего, а если и знают, то не могут верно оценить его компетенции.

Они с Радишей удобно расположились в тени и наблюдали за течением воды. Да, на реку стоило полюбоваться, с этим Лозан был согласен. Даже здесь она была в добрых полмили шириной.

– Копченый! Дружище! Кажется, у нас возникли трудности.

Колдун прекратил жевать какую-то жвачку, которую с утра не выпускал изо рта, и, сузив глаза, посмотрел на Лозана. Такой стиль общения ему не нравился.

– В Дадице за нами следили маленькие – вот такие примерно – смуглые людишки, тощие и сморщенные. Я спрашивал Корди с Ножом; они тоже заметили.

Копченый перевел взгляд на женщину. Та посмотрела на Лозана.

– Вы по пути на юг не нажили себе врагов?

– Ну нет. – Лозан рассмеялся. – Нет у меня никаких таких врагов. Между Белой Розой и Таглиосом такие люди не живут. Я вообще подобных никогда не видел. Сдается мне, не я их интересовал.

Она перевела взгляд на Копченого:

– Ты заметил?

– Нет. Но я и не присматривался. Думал, нужды нет.

– Э-э, Копченый, всегда ко всему надо присматриваться, – возразил Лозан. – Таков наш старый и, в основном, недружественный мир. Когда ты в пути, лучше ни на минуту глаз не смыкать. Тут, понимаешь ли, плохие парни водиться могут.

Веришь ли, нет ли, но не всем же быть такими вежливыми, как ваши таглиосцы.

Лебедь вернулся на нос.

– Этот болван колдун даже не заметил ничего. Мозги у него в сало превратились…

Нож вытащил тесак и оселок и принялся за работу.

– Лучше уж наточить. Еще снова затупиться успеет, пока этот старый хрен проснется и увидит, что на нас напали.

От Второго Порога их отделяли три сотни миль неровно петляющей меж темных, мрачных холмов реки. Сами по себе места не располагали к долгим остановкам. С правого берега над рекой возвышались развалины Чон Делора, напомнившие Лозану кучу старых черепов. Со времен падения Болибога вдоль правого берега не плавал никто. И даже звери избегали этих мест.

На холмах по левому берегу располагались руины Тройственного Союза трех городов: Нечета, Случая и Лишка. По дороге на юг Корди слыхал, что эти города принесли себя в жертву ради победы над Болибогом.

Теперь же люди обитали лишь на узкой полоске обок с Порогом, в городе из одной десятимильной улицы, и постоянно опасались призраков погибших в ту войну. Свой причудливый городок они назвали Идоном, а сами являли собою редчайшую коллекцию самых разных людских вывертов. Путники не останавливались в Идоне дольше совсем уж необходимого срока, так же, в общем, как и многие постоянные граждане города.

По пути через город Лозан, делая вид, что глазеет на местные странности, заметил шныряющих повсюду смуглых карликов.

– Эй, Копченый! Ублюдок ты наш востроглазый… Теперь видишь?

– Что?

– Да не видит он ничего, – сказал Нож. – Пожалуй, одного режика мне не хватит.

– Старичок, обрати внимание. Они же – всюду, словно тараканы.

На самом деле Лозан заметил всего восьмерых или девятерых, но и этого было достаточно. Особенно если за ними стоят Хозяева Теней.

А за этими карликами явно кто-то стоял. Это стало совершенно очевидно вскоре после того, как Радиша нашла лодку для плавания к Трешу и Третьему Порогу.

Стоило им миновать излучину, где река текла через земли, не затронутые войной между Тройственным Союзом и Чон Делором, как откуда ни возьмись появились две быстрые лодки, наполненные смуглыми карликами. Те работали веслами, словно на гонках, первым призом которых являлось бессмертие.

Команда, нанятая Радишей, секунд за двадцать сообразила, что встревать в драку не стоит, и попрыгала за борт, направившись затем к ближайшей отмели.

– Ну, теперь-то видишь, Копченый? – спросил Лозан, готовясь принять бой. – Надеюсь, ты хоть вполовину такой хороший колдун, каким себя мнишь.

Каждая лодка несла по крайней мере два десятка смуглых.

Челюсть Копченого заработала быстрее. Он чавкал своей жвачкой и ничего не предпринимал, пока лодки не поравнялись с ним. Тогда он протянул руки к одной из них, смежил веки и шевельнул пальцами.

Гвозди и клинья, скреплявшие лодку, так и брызнули во все стороны. Смуглые завопили. Большая их часть явно не имела никакого понятия о плавании.

Копченый перевел дух и обернулся к другой лодке. Та уже поворачивала к берегу.

Копченый развалил на части и ее, одарил Лозана мрачным взглядом и вернулся на свое сиденье в тени паруса. После этого случая он сладко улыбался всякий раз, как слышал воркотню Лозана по поводу тяжести матросской работы.

– Ладно, – ворчал про себя Лозан. – Теперь мы хоть знаем, что он настоящий колдун.


Положение дел в Треше оказалось именно таким, как предсказывал Лозан. Дальше к северу река была перекрыта.

Пиратами. И Радиша не нашла никого, согласного рискнуть, отправившись в долгое плавание до Джии-Зле, где она намеревалась ждать. Все ее посулы никого не привлекли. Даже ее спутников, когда она пыталась подбить на угон лодки.

Она пришла в бешенство. Можно было подумать, что своды мира обрушатся, если она не попадет в Джии-Зле.

Но тем не менее в Джии-Зле она не попала.

На несколько месяцев они застряли в Треше, прячась от смуглых карликов и внимая слухам о том, что купцы из Джии-Зле отчаялись достаточно, чтобы хоть что-то предпринять против речных пиратов. Треш превратился в угрюмое змеиное гнездо. Без торговли с северными землями городу грозило увядание. Но все надежды на прорыв блокады северянами выглядели абсурдно. Все, кто пробовал, погибали.

Однажды утром Копченый вышел к завтраку задумчивым.

– Я видел сон, – объявил он.

– Р-рррасчудесно! – зарычал Лозан. – Все эти месяцы я только и молился о том, чтобы тебе привиделся очередной кошмар! Что же нам делать на сей раз? Идти воевать в Страну Теней?

Копченый игнорировал его. Ему приходилось делать так постоянно, общаясь через Радишу – единственный способ в общении с Лебедем не дойти до рукоприкладства. Он сказал женщине:

– Они вышли из Джии-Зле. Целый конвой.

– Они смогут пробиться?

Копченый пожал плечами:

– Это – сила, столь же могучая и жестокая, как сами Хозяева Теней на болотах. Может, даже более могучая. Я не смог разглядеть этого во сне.

– Надеюсь, что эти смуглые дурни не курят, в отличие от тебя. А то, если поймут, кому мы навстречу вышли, могут стать куда амбициознее.

– Лебедь, они не знают, зачем мы здесь. Я пошарил по округе и уж это-то выяснил. Им нужны только ты да мы с Корди. Они бы прикончили нас и в Таглиосе, если бы нашли там.

– А не один ли хрен… Скоро этот конвой придет сюда?

– Скоро ли, Копченый? – спросила Радиша.

Колдун ответил со всей твердокаменной уверенностью, присущей колдуньей породе. Он – весьма уверенно – пожал плечами.


Передовое судно было замечено кем-то, рыбачившим на реке. Новость достигла Треша за несколько часов до прихода барки. Лозан со товарищи, вместе с половиной города, отправились на пирс встречать прибывших. Толпа вопила, приветствуя победителей, пока они не начали сходить на берег. После этого немедля воцарилась глубокая, гробовая тишина.

Радиша – судя по всему, болезненно – вцепилась в плечо Копченого.

– Вот это и есть твои хваленые избавители?! Старик, ты, пожалуй, вывел меня из терпения…


Глава 19 Река | Игра теней | Глава 21 Треш