home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Магическая сила

А теперь давайте-ка еще раз прикинем, какие козыри появлялись у нас с появлением авиации с ГПВРД. Опять в наши руки попадала технология высшего имперского синтеза, оружие и мощный экономический рычаг одновременно. Один и тот же гиперзвуколет служил бы и носителем для коммерческих спутников, и выводом для спутников военных, и ударным оружием. Отслужив какое-то время в армии, гиперзвуколет переходил в разряд чистого «извозчика». Оружие Империи начинало финансировать само себя.

Нам хватило бы 20–30 машин на всю страну. А вот это – поистине страх Божий для Запада. Машина, способная за каких-то полтора часа, головокружительным скачком оказаться над глубинными районами США, поразив ударом высокоточного оружия любую цель. Любую – будь-то бункер управления стратегическими силами США, Вашингтон, центры ПВО, авианосец, город…

Спору нет, немыслимая скорость диктовала свои условия. Гиперзвуколет на полном ходу не может выписывать фигуры высшего пилотажа и крутые виражи: его пилоты просто-напросто погибнут от чудовищных перегрузок. И все-таки то будет поистине фантастика: сверкающая серебристым металлом, стремительная «стрела», мчащаяся в черном небе, в полном безмолвии. Ведь гиперзвуколет раз в десять-пятнадцать опережает гром своего двигателя. Даже человеческий глаз не в силах его заметить: пилот современного истребителя, летящего ниже, увидит только неясно мелькнувшую тень. Ведь мы не видим пули, летящей со скоростью километр в секунду. А гиперзвуколет – мчится на 5–7 километрах в секунду. И только быстро исчезающая отметка на экране бортового радара говорила бы о том, что это – не призрак, не причуда утомленного мозга.

Гиперзвуколеты делали совершенно обыденным и доступным делом развертывание группировок из сотен спутников, из десятков орбитальных станций. Куда там до нас янки со своими «звездными войнами»? Война окончательно переводилась на территорию Запада, в самое его сердце, и таяли последние надежды Запада на упреждающий ядерный удар. Гиперзвуколеты Империи, стартовав одновременно с эскадрильями американ–ских Б-1, Б-2 и Б-52, могут достичь рубежа пуска своих ракет за час-два, пока американские ракетоносцы еще несколько часов будут добираться до точек стрельбы. Мы опередим врага! Ведь русско-советский гиперзвуколет на 15 Махах летит в шестнадцать раз быстрее Б-52, почти в пятнадцать крат – скорее Б-1.

Даже противоспутниковые ракеты АСАТ, базирующиеся на истребителях США, были бы плохим оружием против гипер–звуколетов. Охотиться за спутником проще: он летает в безвоздушном пространстве, и АСАТу приходилось лишь круто прошить остаток атмосферы, дальше гонясь за своей жертвой в пустоте. А попробуй-ка погоняться за гиперзвуковиком, мчащимся на высоте в 60 километров ! Ракета быстро «издохнет» от сопротивления атмосферы. Вполне возможна другая картина: истребитель успевает выстрелить по гиперзвуковику – но его ракета ни на метр не приближается к цели. А то и просто безнадежно отстает, беспомощно вытягивая за собой след плотного белого дыма…

Для борьбы с гиперзвуколетами США пришлось бы создавать большую группировку истребителей с тяжелыми ракетами (по 3–4 самолета на один наш для гарантированного перехвата), гиперзвуковые перехватчики. А еще – батареи лазерных пушек и тяжелых самолетов-лучеметов, поясов уже противоракетной обороны, подобных тем, что окружают Москву. Каждый авианосец приходилось бы защищать мини-системой ПРО. Хотя, по большому счету, на США хватило бы и старых добрых ракет стратегического значения. Куда важнее для нас была дешевизна вывода в космос спутников разведки и целеуказания. Куда весомее было то, что у нас появлялись дешевые средства истребления космических аппаратов США.

Впрочем, вырисовывалось не только это.

Гиперзвуколеты становились прекрасным оружием психологической войны. В начале 1980-х при Рейгане США полюбили шантажировать наши высшие власти, поднимая в воздух эскадрильи ядерных самолетов-ракетоносцев, посылая их к нашим рубежам, изображая готовую вот-вот начаться ядерную атаку. Мы ответить столь эффектно не могли: наша дальняя авиация сильно уступала по численности американской, основу имперского ядерного арсенала составляли баллистические ракеты наземного базирования. А их ведь не пошлешь: летите, мол, побарражируйте у Северного полюса, а потом возвращайтесь назад. У ракеты обратного хода нет.

Правда, тогда янки могли пугать лишь партийно-государственную верхушку нашей страны. Наши пресса, радио и телевидение были весьма (и даже слишком) выдержанны, не нагнетая психоза в массовом сознании. Сейчас, конечно, другое дело. Я представляю, что творилось бы в Москве, в этой карикатуре на западную цивилизацию, устрой американцы такую демонстрацию сейчас. Тут получится еще тот удар: паника среди «новых русских», обезумевшие автостада бегущих из столицы, аварии и пожары в чудовищных пробках на выезде из города, ад на улицах…

А теперь представьте, что мы решили подавить на психику янки. Доллары для продажных политиков и журналистов, умело подкинутые материалы – и вот в один прекрасный день в районе полюса начинают крейсировать три десятка русских ракетоносцев с ГПВРД. Готовых в любую минуту врубить двигатели в форсированный режим и совершить бросок на огневые позиции. С которых ракеты бьют по Штатам в упор! Да после такой демонстрации обезумевшие от страха избиратели прокатили бы и Рейгана, и Буша, и следующий президент США пришел бы на волне миролюбия и проповеди добрососедства с русскими.

Ибо, дорогой читатель, есть у Западной цивилизации черта, которой нет у нас, православных. С древних времен и по сию пору Запад много раз испытывал приступы дикого, панического ужаса. Историки называют это феноменом Великого Страха. В Средние века накануне 1000 года там ждали конца света, бросая все дела и дрожа от ужаса. Потом были страхи эпидемий и разбойников, ведьм и еще чего-то. Целые города и провинции подчас подвергались массовым галлюцинациям, целые женские монастыри бились в припадках, вопя о том, что их по ночам домогаются дьяволы. Пылали костры, сжигавшие заживо тысячи людей, обвиненных в связи с дьяволом и в колдовстве. Ни Древняя Русь, ни Московская держава, ни Российская империя не знали ничего подобного по массовости приступов паники. Американцы, происходящие из нескольких волн западноевропейских поселенцев, унаследовали эту врожденную способность к Великому Страху, к коллективным маниям.

В США второй половины двадцатого века наблюдался феномен великого ужаса перед ядерной войной, перед нашествием русских. В 1952-м министр обороны США Форрестол вы–бросился в окно: ему привиделось, что сталинские танки врываются в Вашингтон. А потом миллионы американцев рыли сотни тысяч личных убежищ, тратя безумные средства на запасы и оружие. Чтобы пережить послеядерный кошмар. Ничего подобного русские не знали. Даже в самый разгар противостояния, когда ядерная война смотрела нам прямо в лицо. Мы вообще имеем более крепкие национальные нервы.

Именно феномен Великого Страха, сидящий в жителях Запада чуть ли не на генетическом уровне, мы и могли использовать. И лучшим средством для этого становились гиперзвуковики: не имеющие себе равных, грозные, поражающие воображение своей скоростью и дальностью. А главное – трудноуязвимостью.

Да-а, упустить такой шанс выиграть «холодную войну» без крови… Это надо быть Горбачевым!

Но и это еще не все «гиперзвуковые» козыри Империи. Авиация с ГПВРД позволяла начать новую внешнюю политику.

Помните, как мы говорили о том, что Империи-СССР было тяжело противостоять всему богатому Западному миру и был шанс сделать своим союзником поднимающуюся силу – Индию? Ведь мы действительно могли помочь ей обзавестись и авианосным флотом, и ракетно-ядерным потенциалом. Этим мы достигали усиления экспансии индийцев в Индийском океане, где они неминуемо входили в противоречие со США. И таким образом, мы вынуждали американцев еще больше напрягать свой бюджет. Теперь – на создание щита против Индии, на усиление противостоящих ей военных группировок. А еще это здорово пугало старую толстозадую Европу и толкало ее на нейтралитет, на улещивание русских, на раскол НАТО. На переход, в конце концов, под нашу ядерную защиту, на бегство из надоевшей европейцам опеки США.

Но такая политика требовала от нас двух способностей. Во-первых, защитить Европу от ядерного нападения не русских и не американцев. Ведь открытое вступление в клуб ядерных держав Индии влечет за собой появление ядерного оружия по крайней мере у Пакистана. Бразилия, Аргентина, Иран, Ливия, Египет – вот еще возможные кандидаты. И это требовало от нас другой способности: защитить себя самих от удара одной из подобных стран. Или вообще предотвратить появление ядерного арсенала у тех, кто нам неугоден. У того же Пакистана, скажем.

Известна ли такая политика? Да. В 1981-м Израиль, боясь появления атомного оружия у арабов, ударил с воздуха по реактору в Ираке.

Но именно русские гиперзвуковики могли составить «ВВС мира» для подобных случаев. В случае необходимости мы могли засечь в любой стране Третьего мира работы над атомной бомбой и совершенно свободно разгромить их исследовательские центры или позиции ракет. В том же Пакистане, этом культурно-историческом мутанте и верном псе США. Не потеряв ни одного самолета. И никакие Ф-16 пакистанских ВВС, никакие их зенитные ракеты не могли помешать этому. А в будущем мы могли объединить Европу в создании коллективной противоракетной обороны, предложив свои космические мощности и дешевый вывод. Такая защита против небольших ракетно-ядерных сил была вполне возможна. Давайте только денежки, господа европейцы.

Этими же гиперзвуколетами мы полностью отучали всякую страну от роли прислужника США. И тот же Пакистан, став базой для ведения войны против южных земель Империи, мог запросто остаться без крупных городов. В назидание другим. Замолкли бы глотки тех, кто призывал к священной войне против русских в Средней Азии и на Кавказе. И Южно-Африканская Республика поостереглась бы сколачивать отряды наемников, атаковавших подконтрольные нам алмазные копи в Анголе. Чтобы не схлопотать налета полукосмических аппаратов русских на Йоханнесбург и Преторию. И каждый знал бы, что вслед за ударами из предкосмической выси, после разгрома аэродромов и штабов, на цели в их стране могут пойти волны обычных русских самолетов. Воевать которым придется в чистом небе, как на полигоне.

Имея гиперзвуколеты, Империя на все вопли США о распространении ядерного оружия на планете могла спокойно заявить: «А разве Израиль имеет право держать ядерные бомбы и ракеты? Он что, на особом положении? Что, евреи – лучше индусов?»

Опираясь на гиперзвук, мы могли диктовать миру свои условия, не повышая голоса. И весь мир с трепетом ловил бы наши слова, покорно склоняя голову.

Мы заслужили право на это. Всею своей историей.

Я не кривлю душой, читатель. Это звучит жестоко? Это напоминает карательные удары с воздуха, столь излюбленные американцами? Ну и пусть. Весь двадцатый век мы вели страшную войну, отражая попытку за попыткой истребить нас, стереть с лица Земли. Уже русско-японская 1904–1905 годов была репетицией геноцида русских: за сорок лет до гитлеровцев японцы поголовно уничтожали русские села на Сахалине. И с тех самых пор и до 1945-го мы жили в солдатской гимнастерке и сапогах, с плечами, натруженными винтовочным ремнем. А после сорок пятого вступили в новую войну: растянутую во времени, но не менее опасную, где наше уничтожение велось куда более изощренными способами.

Весь мир крупно нам задолжал. Мы имели полное право уберечь себя от ужасов, которые уже были. От хаоса распада страны, от голода и нищеты, от кошмаров межнациональной резни. От всего того, что янки готовили нам с 1946-го. Вскармливая тайно бациллы ненависти и разрушения.

В 1985-м Империи не были нужны новые земли. Мы тогда уподобились Римской империи времен Траяна, достигшей всех мыслимых пределов. СССР уже выступал страной-вселенной. Русские добились пика государственного могущества, обеспечив себя на века вперед и богатейшими природными ресурсами, и бескрайними просторами, и неразрушенными экологическими системами. Нам предстояло только разорвать кольцо врагов, рассечь удушающие кольца анаконды, отбив у США их сателлитов. Да ведь и кольцо ближних врагов было уж совсем не то, что прежде. Ведь Пакистан – это не гитлеровский Рейх и не Японская империя.

Да, мы имели право на применение силы. И для таких русских, как я, не существует иной морали, иной нравственности, нежели насущные нужды моего народа, моей страны. Запад называл нас «империей зла» и сравнивал с III Рейхом, но на самом-то деле мы при коммунистах были очень застенчивой империей. Нас рисовали жестокими и кровавыми, а мы из кожи вон лезли, чтобы доказать: нет, мы – добрые, мы – гуманные. Как оказалось – на свою же голову. Мы ведь не заталкивали афганцев в машины-душегубки, не расстреливали массами поляков, не загоняли евреев в газовые камеры. И не раздавали чеченцам или татарам одеяла, зараженные холерой, как это делали янки с индейцами. Мы боялись бомбить Пакистан, хотя прекрасно знали еще в 1980-е о том, что там планируют перенести войну в глубь нашей земли. Мы не совершали и десятой доли того, что творит Израиль с окружающими арабами, держа их в страхе.

Но – Бог видит! – нам стоило показать медвежьи клыки и силу наших лап! Нам стоило испробовать «лечение» злобных псов и шакалов ударами с воздуха. Ведь мразь бывает не только среди людей, но и среди целых стран, а мразь понимает только силу. Так медведь, раздраженный лающей сворой, в конце концов ломает хребты парочке особо ярящихся псин. С тем чтобы другие, жалобно скуля, поджали поганые хвосты…

Мы должны были поступать так во имя борьбы с Сатаной, Вельзевулом и Люцифером в одном лице, с Америкой и Антицивилизацией. Ибо я знаю твердо: если советский строй оставлял нас без модных сапог и джинсов, то они лишают людей их души, их человеческого облика. Я знаю, что враг превращает нас в отвратительных полускотов. В рабов постиндустриальной, мерзкой эры. Без разума, веры, памяти предков. Да и сама система «США – Античеловечество» населена такими же нелюдями. И миром править она может, лишь разложив его своими сатанинскими миазмами до положения «серой расы». Точно так же, как яд паучьих жвал растворяет внутренности жертвы в мерзкую кашицу. А с Сатаной надо сражаться беспощадно…

Я знаю: мы терпим тысячи бед не из-за силы своей, а из-за боязни ее применить. И если бы я был на месте Горбачева или Ельцина, то делал бы то, о чем пишу в своих книгах. И народ мой никогда бы не увидел ни закопченных руин Грозного, ни людских рек несчастных беженцев, ни иссушающей душу нищеты с беспросветьем теперешнего медленного убийства, почему-то прозванного «реформами». И девчонки наши не шли бы потоком за рубеж, в постели и бордели похотливого, лицемерного Запада. И не было бы двух миллионов беспризорных детей. Жизнь пяти-десяти тысяч негодяев, ныне стоящих у власти, не стоит всего этого.

И я верю в то, что когда-нибудь грозные крылья нашей новой Империи еще заставят трястись в страхе врагов наших.

Все, что мы здесь описали, читатель, не обязательно должно было воевать. Особенно после гипотетической операции 1987 года с расстрелом Саудовской Аравии. Только фактом своего существования такое чудо-оружие СССР предотвращало всякую попытку войны против нас. А заодно все оное позволяло нам заработать гигантские прибыли, открывая новые рынки и решая проблемы народного хозяйства родной страны. России большой, а не той, что сейчас, под власовским полотнищем. И еще все это позволяло русским выйти на траекторию развития поистине божественную – траекторию космической экспансии. На траекторию Третьего проекта. Одно это обеспечивало нам мировое лидерство на столетие вперед. Реальную власть над миром, если хотите. 


Гиперзвуковое господство | Крещение огнем. Алтарь победы | Нам нет преград