home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Москва Здание генеральной прокуратуры СССР 30 августа 1978 года

Подходя к кабинету Калинина я услышал, как Александр Владимирович громко и настойчиво что-то говорит. Занят… Осторожно, чтобы не отвлекать, я поскребся в дверь, потом приоткрыл ее…

Старший следователь по особо важным делам Калинин сидел за своим столом с грозным видом, в стороне, прямо на столе сидел подполковник Глазко. Оба они мрачно смотрели на съежившегося перед ними на стуле невысокого, полностью лысого мужичка в дорогом костюме. Тот опустив голову вниз и, закрыв лицо руками негромко всхлипывал.

– Заходи, Сергей, заходи! – преувеличенно громко воскликнул Калинин – заходи и полюбуйся, что здесь происходит…

Колют… Интересно, кто это?

Осторожно ступая, стараясь производить как можно меньше шума, я прошел в кабинет, снял и повесил ветровку, положил на свободный стул папку и листки фотороботов.

Присел недалеко от Глазко.

– Вот это вот! – все тем же нарочито громким голосом продолжил Калинин – ни кто иной, как Борис Михайлович Повзло, начальник управления Внешэкономбанка СССР.

Именно он принимал деньги и ценности у Беляковского, и у многих других (только потом я понял, что шеф отчаянно блефовал, вообще вся эта операция с демонстративным задержанием Повзло была отчаянным блефом и могла закончиться предельно плохо, даже выкинштейном). И думал, что про это никто и никогда не узнает. А сейчас он говорит, что никакого Беляковского не знает, и в глаза не видел! Интересно, правда…

– Интересно… – осторожно произнес я – Вот и я о том же! Константин Иванович, дайте-ка подозреваемому на опознание фотографии.

Глазко достал из ящика стола, на котором он сидел три фотографии и протянул их допрашиваемому (на опознание предъявляют как минимум три фотографии. Хотя и протокол надо писать, а тут Калинин протокол не писал, чем нарушал УПК РСФСР. Ну да ладно… – прим автора).

Повзло осторожно взял фотографии, поднес к очкам одну, другую – и тут выронил все три.

– Он… он что… мертвый?

– Кто мертвый? – спросил Калинин – вы Беляковского имеете в виду, уважаемый? Да, Беляковский мертв. Задержали, поместили в СИЗО, а в СИЗО его убили. Он тоже, как и Вы, ничего не знал и ни про какие деньги никогда не слышал. Смекаете?

Повзло истерически, с женскими всхлипами, заплакал навзрыд, очки упали на пол.

Калинин и Глазко спокойно ждали. Через несколько минут, Повзло вытерев рукавом дорогого пиджака лицо, тихо пробормотал.

– Товарищ следователь… А можно мне… бумагу и ручку…

Генеральному прокурору

Союза ССР

Тов. Руденко Р.А.

От начальника управления

Внешэкономбанка СССР

Повзло Б.М.

Заявление Уважаемый товарищ Руденко. Хочу покаяться в том, что совершил, рассказать всю правду о происходящем, и рассчитываю на снисхождение советского правосудия.

C конца одна тысяча девятьсот семидесятого года во Внешэкономбанке СССР действует устойчивая преступная группа, оказывающая услуги по переправке неправедно нажитых капиталов за рубеж. Данные операции маскируются в бухгалтерской отчетности как обычные конверсионные и межбанковские операции. В деятельность преступной группы меня вовлек в 1971 году заместитель директора Внеэкономбанка СССР Ванников, являющийся моим непосредственным начальником. Он же отдавал мне распоряжения на совершение незаконных операций с деньгами и ценностями, на прием этих денег и ценностей у клиентов и за перевод их за пределы Советского Союза. Данные переводы осуществлялись ежемесячно, адресатом всегда выступал Базельский Банк Международного Регулирования. Лично я, за прошедшее время по указаниям Ванникова незаконно перевел за границу денег и ценностей на сумму около восьмидесяти миллионов долларов США. За оказываемые услуги Ванников выплачивал мне ежемесячно вознаграждение наличными, без подписания каких либо ведомостей, говорил, что это премия. Сумма премий составляла примерно три – пять тысяч рублей в месяц в зависимости от объема проведенных мной операций.

Помимо Ванникова подозреваю, что участниками преступной группы являются Рачковский, Тихонов, Губанов. Все они тоже получали премии от Ванникова. Что они делали и какие суммы переводили – об этом я не знаю.

Из клиентов могу назвать Беляковского, директора горпищеторга, Соколова, директора гастронома Елисеевский и многих других. Точный список готов составить вместе со следователями.

Я готов сотрудничать со следствием, рассказать следователю всю правду и надеюсь, что мне это зачтется на суде.

Б.М. Повзло Калинин снял трубку телефона, набрал номер. Бросил нам:

– Костя, Сергей, протокол пока оформите. Пока задерживаем как подозреваемого.

Бланки вон там, в шкафу.

Шкаф был рядом со мной, достав бланки, я начал привычно заполнять протокол, Константин Иванович местами подсказывал что писать, так как я присутствовал не с самого начала.

– Вы меня… арестовываете? – всхлипнул Повзло – Для тебя мил человек, надежная камера в СИЗО сейчас самое подходящее место! Не смекаешь, чем все это пахнет? – поднял голову от протокола Константин Иванович – так что мы тебе большую услугу оказываем. Сиди тихо!

Тем временем, Александр Владимирович набрал номер.

– Саша ты? Это Калинин беспокоит. Нет, пока не задержали, такого архаровца на раз не задержишь. Хочу тебя об одной услуге попросить. Я сейчас к тебе клиента направлю. Знаю, как у тебя с камерами, но… Помести его в одиночку, рядом поставь постоянный пост. Не дай бог с ним то же что и с Беляковским. Очень внимательно, Саша! Очень! Да, спасибо. За мной должок…

Трубка с треском легла на рычаг. Победно глянув на нас, на Повзло, Калинин снял трубку еще раз – вызывать конвой…

Когда Повзло увел конвой, шеф от радости пару раз хлопнул в ладоши, бросил явку с повинной Повзло и некоторые другие бумаги в папку "К докладу" и с силой шваркнул ею об стол.

– Что дальше? – спросил Константин Иванович – Сейчас пойду, запишусь на прием к Руденко. Покажу что нарыли. Надо создавать особую следственную группу. Пока все в раздрае, надо действовать. Петухов сейчас на взводе, он за этим Повзло будет как за своим родным папой смотреть, а Петухов это умеет. Так что в Бутырке Повзло достать не смогут. Попробую получить санкции на выемку документов во Внешторгбанке. Завтра производим выемку документов и задерживаем Ванникова. Эх! Как хорошо дело то пошло, сам не ожидал!

Дело то действительно хорошо пошло. Только вразнос.

– Пока работать. Можете даже сегодня уйти домой пораньше… – напутствовал нас шеф – чую, работы завтра будет до такой то матери…

– Александр Владимирович, а фотороботы?

– Возьми пока с собой, до завтра у себя в кабинете держи! – отмахнулся шеф – не до них сейчас…

Дойдя до кабинета, где я сидел я открыл ключом дверь, осмотрелся. Моего соседа по кабинету не было – в командировке. Вообще, он ездил в командировки достаточно часто и большую часть времени кабинет был в моем полном распоряжении. Меня же в командировки не посылали уже достаточно давно…

Бросил на стулья ветровку, на стол фотороботы, присел, задумался. Было такое странное ощущение, что все выходит из под контроля, что меня несет словно детский кораблик в бурной, горной реке и вот-вот захлестнет волнами…

Работать не хотелось, в голове была полная пустота. Мрачно взглянув на недооформленные документы, я начал придумывать, чем же занять остаток дня и тут мне пришла в голову идея.

Швырнул фотороботы в сейф, захлопнул дверцу, ключ бросил в карман. Закрыл дверь кабинета и пошел вниз, на выход. Очереди на проходной, как это обычно бывает в восемь утра, и в пять вечера не было, показал удостоверение и вышел свободно. На улице был тихий, не холодный и не теплый, не осенний и не летний день. Небо было затянуто серой пеленой туч, но ни ветра, ни дождя не было. По улице мчались машины, но природа будто замерла в ожидании чего-то. Два дня до осени…

Легкой походкой я прошел несколько сотен метров по улице, до ближайшего уличного телефона – автомата, нащупывая в кармане двушки (были такие монеты, по две копейки, ими оплачивался телефонный разговор из таксофонов – прим автора).

Телефон был на месте, и даже трубка не оборвана. Сняв трубку и положив двушку в монетоприемник сверху, я начал набирать номер телефона генерала Горина…

Надо сказать, что при общении с генералом Гориным я неосознанно, на каком то инстинктивном уровне принимал меры безопасности. Например, ни из дома, ни с работы я ему не звонил – только с таких вот уличных телефонных аппаратов, которые невозможно засечь. И встречались мы чаще всего на улице и всегда – в отсутствие посторонних лиц.

Генерал снял трубку почти сразу, после второго гудка.

– Владимир Владимирович?

– Я слушаю, Сергей (Горин всегда узнавал по голосу людей, которые ему звонили, не ошибался никогда. Память у него была превосходная…) – Хотелось бы встретиться… По поводу той просьбы…

– Да я помню. В двадцать часов, на старом месте. Устроит?

– Вполне…

– Вот и договорились…

В трубке раздались короткие, отрывистые гудки. Положив трубку на аппарат, я быстро пошел назад, к зданию прокуратуры. Времени до двадцати ноль-ноль оставалось еще много…

Место, координаты которого неизвестны

Подмосковье, 40 километров от Москвы 30 августа 1978 года 16.00.

– Владимир Владимирович?

Генерал Горин поднял глаза от документов, внимательно посмотрел на вошедшего в кабинет аналитика, одного из членов "Контура".

– Да, Михаил Анисимович, что у вас?

– Только что пришли данные, очень интересные. Вы ведь просили отслеживать действия генеральной прокуратуры по делу Беляковского и прочих?

– Да.

– Так вот. Сегодня рано утром заместитель начальника отдела МУР подполковник Глазко задержал на выходе из дома начальника управления Внешэкономбанка СССР Повзло Бориса Михайловича. И доставил его на допрос в здание генеральной прокуратуры Союза к старшему следователю Калинину, который является руководителем следственной группы по этой разработке. Нам удалось снять информацию и записать допрос Повзло, благо здание генеральной прокуратуры защищено от прослушивания очень плохо. Только что вышел на связь генерал Соболев из криминальной разведки МВД, пленка с записью допроса у него, и он срочно просит вас приехать в Москву. Очень срочно!


Москва Здание ЭКУ МВД 30 августа 1978 года | Холодная Зима (Агония 2) | Окраина Москвы. 30 августа 1978 года 17.00 Здание автобазы УИН МВД СССР