home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК

Мисс Прайс и волшебные каникулы

Ребята не сразу поняли, что пришли. Кэри не замечала дороги, погрузившись в глубокое уныние — каждый шаг, отделяющий их от кровати, уменьшал шансы на спасение. Пол величественно восседал на руках у полицейского, безразличный ко всему происходящему. А Чарльз, оказавшийся в Лондоне босиком, считал каждый бугорок на мостовой.

И вот — полиция. За длинной стойкой сидел седой полицейский без фуражки. Лампа под зеленым абажуром освещала его суровое, осунувшееся лицо, лицо солдата. Кэри задрожала.

— Ну что там у вас, сержант? — устало спросил седой офицер. — Я думал, на сегодня все.

— Да вот, сэр, дети. Мне показалось, что лучше привести их сюда. На улице были, с кроватью, сэр. Мешали движению, нарушали общественный порядок, ну и все такое.

Инспектор потянулся к вешалке за своей фуражкой.

— Ну, так запишите их имена, адреса, разыщите родителей. — Он замолчал и медленно обернулся. — На улице с чем?

— С кроватью, сэр.

— С кроватью?

— Так точно, сэр, железная такая кровать, с шишечками.

Инспектор с любопытством взглянул на Кэри. Неожиданно Кэри поняла, что ей нравится его лицо, нравится прищуренный взгляд его глаз и усталые складки у рта. Ей ужасно захотелось, чтобы он не смотрел на нее, как на преступницу. Он поглядел на всех троих еще немного, потом обратился к сержанту:

— А где сейчас кровать?

— Там, на улице, сэр. Маркэм-сквер.

— Лучше послать за ней фургон. А детишек передайте миссис Воткинс, пока не найдете родителей. Я устал как собака, сержант. Судебное заседание в 9.30, не забудьте. Мне понадобитесь вы и сержант Коулз.

— Слушаю, сэр. Спокойной ночи, сэр.

По дороге к двери инспектор еще раз взглянул на ребят. «Он поговорил бы с нами, если бы не так устал», — подумала Кэри. Ох, если бы их ругали, она бы не так боялась. Кэри чувствовала, что оказалась во власти чего-то большего, чем какой-то полицейский, чего-то громадного, перед чем сами полицейские испытывали благо­говейный страх. Она догадывалась, что это и есть тот самый «закон» — закон, «который не может быть посмешищем».

Сержант говорил по телефону:

— Да, трое. Нет — только накануне вечером... Нет, он ушел. Устал, говорит, как собака... От чашечки горячего чайку я бы не отказался, если готово... Так точно.

Потом он вытащил блокнот и записал их адрес.

— Это что же получается, — сообразил он, проведя несколько минут в молчаливых и напряженных подсчетах, — вы были возле собственного дома?

— Мамы нет, — поспешно ответила Кэри, надеясь удержать его от звонка.

— Но вы же сказали, что кровать из Бедфордшира?

— Да, — подтвердила Кэри. — Дом заперт.

Полицейский что-то писал. «Прямо возле своего дома, — бубнил он себе под нос. — Это другое дело».

— Ну что же, — сказал он, закрывая блокнот. — Пока что идемте со мной.

Он повел ребят по коридору, через заднюю дверь, в совершенно темный внутренний двор.

— Смотрите под ноги, — предупредил он.

Пол взял Кэри за руку.

— Мы идем в тюрьму? — прошептал он.

— Не знаю, — шепотом ответила Кэри. — Думаю, что да.

— Проходите, — сказал сержант. И ребята в темноте протиснулись мимо него в какую-то дверь. Сержант включил свет.

— Миссис Воткинс! — позвал он.

Миссис Воткинс, суетливая женщина в красной шерстяной кофте и белом переднике, имела мало общего с Тюремной Надзирательницей, которую ожидала увидеть Кэри. Гораздо больше она походила на гардеробщицу или нянечку в больнице. И комната, в которую она провела ребят, напоминала скорее больничную. Там стояли кровать, два кресла, стол и аспидистра[3] в горшке. Миссис Воткинс уложила Пола в кровать и укрыла одеялом. Потом повернулась к Чарльзу и Кэри.

— Какао или чай? — спросила она их.

— Что вам проще, — поколебавшись, вежливо ответила Кэри.

— Сержант пьет чай.

— Тогда чай, — робко согласилась девочка. — Большое спасибо, — прибавила она.

С минуту миссис Воткинс смотрела на Кэри.

— Потерялись, что ли? — полюбопытствовала она.

Кэри, сидя на краешке кресла, смущенно улыбнулась.

— Не совсем.

— Напроказничали? — спросила миссис Воткинс.

Кэри покраснела. Слезы навернулись ей на глаза.

— Не совсем, — пробормотала она.

— Ну ладно, — ласково сказала миссис Воткинс, — сидите тут тихонько, будьте хорошими детьми, и получите по чашке отличного чая.

— Спасибо, — невнятно ответила Кэри.

Когда дверь закрылась за миссис Воткинс и в замке повернулся ключ, Кэри разрыдалась. Чарльз смотрел на нее с несчастным видом, а Пол, усевшись в постели, с интересом спросил:

— Ты чего плачешь, Кэри?

— Это все ужасно, — всхлипывала Кэри. Она прижимала к глазам носовой платок, но слезы никак не хотели останавливаться.

— Не думаю, — заметил Пол. — Мне нравится эта тюрьма.

Чарльз кинул на него свирепый взгляд.

— Конечно, дома бы тебе в это время чая не дали.

— И совсем не потому, — неуверенно возразил Пол. — Мне нравятся тюрьмы такого типа.

— Ну, это еще не тюрьма. Это полицейский участок.

— А, — сказал Пол и оглядел комнату, но уже с меньшим энтузи­азмом.

— Пол, — сказала Кэри через некоторое время, когда они выпили чаю и миссис Воткинс снова оставила их одних, — я тебе уже говорила, что это было глупое желание. Я тебя предупреждала. А теперь мы потеряли кровать. Полицейский позвонит маме. Мама будет ужасно переживать. Тетка Беатриса узнает. Нас заставят все объяс­нить. Мисс Прайс попадет в беду. Мы нарушим наше обещание. Волшебство кончится. И никто больше не захочет нам верить...

Пол был серьезен.

— Теперь ты видишь, Пол? — Голос Кэри звучал так, словно она опять собиралась расплакаться. — А попадет нам с Чарльзом. Скажут, что мы тебя втянули. Что мы уже достаточно большие и должны лучше во всем разбираться. Понимаешь?

Пол заметно посветлел лицом.

— Да, — сказал он.

— Мы заперты. И ничего сделать не можем...

Ребята услышали, как во двор въехала машина. Скрипнули тормо­за, раздались чьи-то голоса.

— Еще кого-то привезли! — взволнованно воскликнул Пол.

Чарльз подошел к окну, но не решился тронуть штору:

— Нас заметят...

— Я знаю, что надо делать! — сказала Кэри. — Выключай свет.

Чарльз повернул выключатель у двери и только тогда, в темноте, отогнул угол шторы. Она неожиданно с грохотом поднялась. В комнату полился розоватый свет, слабый, но ясный.

— Светает, — удивленно сказал Чарльз. — Утро. Туман исчез. Нас не было всю ночь.

Он посмотрел вниз, во двор.

— Слушай, Кэри...

— Что?

— Никого они не привезли. Это... Кэри, это же кровать!

Кэри вскочила со своего кресла, а Пол отшвырнул одеяло. Они кинулись к окну. Двое полицейских выгружали из фургона кровать. Потом полицейские подтащили кровать к стене, постояли, глядя на нее и растирая руки, и засмеялись.

— Я и сам бы вздремнул, — сказал один, когда они входили в здание.

Двор затих.

— Если бы мы могли до нее добраться, — вздохнул Чарльз.

— Если бы... — сказала Кэри.

Бледный свет мягко освещал их лица, с тоской смотревшие из-за решетки.


ГАЛОПОМ НА КРОВАТИ | Мисс Прайс и волшебные каникулы | ЧУДЕСА В ПОЛИЦИИ