home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ПОЛНОЕ ДОЗНАНИЕ

1


Кунж не был служакой, но, оказавшись под началом лощеного болванчика из министерства, понял, что попотеть придется. Господин специальный советник Марцис появился в участке минута в минуту в семь часов утра и сам выбрал из десятка заспанных полицейских раздосадованного Кунжа, одним движением холеного пальца лишив седого ветерана пивных посиделок и нескольких обязательных партий в круглые кости в прохладе местного бара. Огорчение Кунжа неудачным развитием субботнего утра было настолько велико, что он даже не задумался над тем, по какой причине столичная штучка почтила присутствием пыльный степной городок и чем мог заинтересовать советника страдающий одышкой полицейский. "Еще два года, - раздраженно думал Кунж, выгоняя из-под навеса двухместный веловоз, - два года унижений, чтобы получить в итоге более чем скромное содержание. И все только из-за паршивой второй степени!"

- Вторая степень? - как показалось Кунжу, участливо спросил Марцис.

- Так точно, господин советник! - не слишком усердно вытянулся Кунж и скользнул взглядом по рукаву белого костюма нового начальника. Манжеты его были подвернуты, и разглядеть цвет ранга не удалось, но он не мог быть ниже четвертого.

- Хорошо, - кивнул советник и забрался на заднее сиденье.

"Вот ведь сволочь! - подумал Кунж, занимая седло у руля. - Понятно, что я не рассчитываю, будто он наколдует дорогу под гору, но сесть при этом на первую передачу - все равно что нагрузить меня вдвое!"

- Деревня Свекольная балка, - назвал пункт назначения Марцис. - Недалеко. Всего лишь четыре мили.

"С подъемами и пылью, - мрачно заметил про себя Кунж, страгивая с места незатейливое транспортное средство. - И черта с два я смогу выколдовать себе облегчение со второй степенью. Ничего, вымотаюсь, зато поджарю и его на утреннем солнце".

Против ожидания веловоз двинулся довольно легко, а потом уж и вовсе бодро покатил вдоль тщательно наколдованных цветастых палисадников зажиточных горожан. Кунж привычно принюхался к дорожной магии, не обнаружил ее следа и, недоуменно опустив взгляд вниз, поразился. Цепь, ведущая от звездочки заднего сиденья, натужно скрипела. Марцис усердно крутил педали! Это настолько удивило Кунжа, что он сам перестал работать ногами и тут же услышал сдавленный голос:

- Прошу вас не останавливаться, господин Кунж. Нам следует попасть в Свекольную балку как можно раньше, а без вас я не смогу поддерживать нужную скорость.

Кунж тут же надавил на педали, но только на окраине городка решился спросить.

- Простите, господин советник, но я не слышал ни о каких происшествиях, связанных со Свекольной балкой!

- Неправда, - спокойно ответил Марцис, хотя дыхание его было затруднено.

- Помилуйте... - затрепетал Кунж.

- Знаете, почему я выбрал вас, господин Кунж? - остановил оправдания полицейского Марцис. - Вы не глупы, но не спешите высказывать собственное мнение, быстры, но не суетливы, не старательны, но точны, не сделали ни одной процедурной ошибки за последние десять лет, к тому же не колдуете над собственной внешностью. У вас всего лишь вторая степень, но чутье к магии развито на уровне пятой. К сожалению, это не помогло вам построить карьеру полицейского, но вы ведь не очень этого и хотели? И главное, именно вы выезжали месяц назад на происшествие в Свекольную балку!

- Вы об исчезновении господина Питера? - напрягся Кунж. - Я что-то сделал тогда не так? Я уж думал, что дело давно закрыто, ведь магии при его исчезновении не применялось! Мы все решили, что он подстроил какую-то шутку и теперь разгуливает где-то в дальних краях...

- Он не разгуливает, - вздохнул Марцис. - К тому же, если вы помните, у господина Питера была редкая нулевая степень. Редчайшая! Он вообще не был способен к магии. Он не просто исчез, Кунж. Питера больше нет.

- В самом деле? - полицейский почувствовал, что по спине бегут струйки пота и они никак не были связаны с работой педалями. - И что же вы собираетесь делать?

- Полную процедуру дознания, - объяснил Марцис. - Заодно и проверю вашу работу. Вдруг вы что-то упустили? У меня седьмая степень, господин Кунж.

Полицейский испуганно обернулся. Лицо Марциса тоже покрывали капли пота.

- Устал, - сказал советник и щелкнул пальцами, отчего педали под ногами Кунжа зажили собственной жизнью, и веловоз покатил вдвое быстрее. - Не люблю излишней магии. Все должно быть по-настоящему, господин Кунж. Но мы в самом деле торопимся.


2


- Здесь все и произошло, - прошептал запыхавшийся Кунж у причудливого крыльца маленького, но красивого домика, когда обежал всю деревню и расставил по ее периметру отбойники.

- Всего шесть домов, - пробормотал Марцис, слезая с веловоза. - Сколько жителей?

Кунж окинул взглядом выстроившиеся вдоль проселка и похожие друг на друга, словно близнецы, пять добротных домов.

- Пятнадцать. Хотя теперь уже четырнадцать.

- И кто же из них это сделал?

Марцис посмотрел на Кунжа так, словно тот должен был сию секунду или сделать ему искреннее признание, или выудить из кармана сногсшибательную улику. Кунж наморщил лоб, зажмурился и сокрушенно развел руками.

- Никто.

- Значит, - Марцис встал на ступеньку крыльца, - господин Питер исчез самостоятельно?

- Не знаю, - постарался сделать еще более виноватый вид Кунж.

- Я тоже, - неожиданно согласился Марцис. - Но узнаю. Запомните, господин Кунж, я всегда получаю ответ.

- Очень рад, - постарался улыбнуться полицейский. - Но здесь... особый случай.

- Что же в нем особого, кроме самого исчезновения? - нахмурился Марцис.

- Свидетели, - причмокнул губами Кунж. - Их, по крайней мере, пятеро. Старик Клавдий, он в полдень всегда сидит на скамье. Вот его дом, напротив. Мена, невеста Питера. Она из семейства Больб, их дом самый дальний, ее сестра Ева. Они как раз втроем вместе с Питером возвращались с реки. Местный староста Фукс, он ждал Питера, чтобы договориться с ним о ремонте изгороди у дома. У парня были золотые руки, по общему мнению. И мать Питера, Сандра. Она редко выползает из дома, он второй с дальнего края, поговаривали, что она в ссоре с сыном, но тут вышла на улицу...

- И что же? Я читал отчет, Кунж, но вы рассказывайте, рассказывайте, истина имеет свойство ускользать из официальных отчетов вместе с интонациями и ударениями.

- Солнце палило нещадно, - пожал плечами Кунж, - но Питер не задержался с девушками на реке. У него должен был состояться разговор с родителями Мены насчет ее замужества. Собственно, они и шли туда, когда Питер увидел собственную мать. Он даже не ответил на приветствие Фукса, взглянул на часы, сказал то ли в пустоту, то ли сам себе странную фразу: "Без трех минут двенадцать, заодно и проверим".

- Слово в слово? - нахмурился Марцис.

- Да, - кивнул Кунж. - Выяснить это оказалось не сложно. Разговаривать с Меной мне было нелегко, она не могла прийти в себя от горя, но Ева рассказала все сразу, а впоследствии и несостоявшаяся невеста подтвердила ее показания. Они, правда, отметили, что Питер был рассеян последнюю неделю, а в интересующий нас день вообще то беспричинно замирал, то не слышал обращенных к нему слов, то странно смеялся. Сестры списывали рассеянность Питера на его волнение. То есть он увидел мать, посмотрел на часы, сказал те самые слова, поцеловал Мену в щеку, подмигнул ей и побежал к двери.

- Сюда? - Марцис поднялся еще на три ступени и протянул руку к покрытой изысканной резьбой двери, поверх которой были наклеены цветные ленты городской полиции.

- Да, - вздохнул Кунж. - Вошел в эту дверь и не вышел из нее.

- Продолжайте, - сосредоточился Марцис.

- Как видите, дом небольшой, - пояснил Кунж. - Питер работал местным землемером, согласитесь, отличная работа для человека с нулевым уровнем. Смею заверить, что землемером он был хорошим. Так или иначе, но едва он стал самостоятельным молодым человеком, тут же купил у старика Клавдия крепкий сарайчик и, как видите, превратил его в уютный домик. И отделился от матери. В домике всего одна комната, которая одновременно является и кухней. Дверь одна, вы ее тоже видите. Окон всего два, и все они перед вами. Подполья в доме нет, пол сплошной, так же как нет и выхода на чердак. Стены монолитные, тайников или укромных мест не имеется так же. Я обшарил строение несколько раз, простучал и прощупал каждый кирпич в его стенах. Питер исчез, господин советник.

- В двенадцать? - уточнил Марцис.

- Точно сказать невозможно, - почесал подбородок Кунж. - И Ева, и Мена, и Фукс прождали Питера минут десять, после чего девушки начали ему кричать, а потом пошли в дом уже вместе с Фуксом и никого там не обнаружили.

- Только одежду? - уточнил Марцис.

- Да, - заторопился Кунж. - Одежда, включая и плавательный костюм Питера, была брошена посреди комнаты, но в остальном в домике сохранился порядок. Питер отличался аккуратностью...

- Выходит, что он исчез голым? - прищурился Марцис.

- Я бы так не сказал, - сморщил нос Кунж. - У него оказалось достаточно костюмов, хотя он любил и серый, и бежевый цвет. В платяном шкафу я нашел по две пары каждого цвета, но там оказалось достаточно пустых плечиков. Я встречал Питера на окрестных полях, уверен, что с его работой поддерживать безупречный вид даже двумя парами одинаковых пиджаков и брюк он бы не сумел. Так что он мог и переодеться. Или вы считаете, что голым ему ускользнуть было проще?

- Не знаю, - покачал головой Марцис и, постелив на ступенях носовой платок, присел. - Но он спешил?

- Да, - кивнул Кунж. - Мена сказала... что он никогда не бросал одежду, даже когда... Ну, вы понимаете...

- А его мать?

- Она двинулась к своему дому до того, как девушки с Фуксом ринулись вслед за Питером.

- И больше ничего? - спросил Марцис.

- Дед Клавдий сказал, что она пошла домой сразу после хлопка.

- Какого хлопка? - не понял Марцис.

- Просто хлопка, - пожал плечами Кунж. - Я не писал о нем в отчете, тем более что хлопка не слышал никто, кроме Клавдия. Он ведь слепой. Сказал, что слышал со скамьи все слова Питера, затем его шаги, стук двери, шаги в доме, хлопок, словно кто-то ударил в ладоши, и почти сразу же шаги этой ведьмы.

- Ведьмы? - не понял Марцис.

- Госпожи Облдор, - объяснил Кунж. - Матери Питера. Ее недолюбливают в деревне из-за скверного характера. Хотя, я думаю, скорее из-за внешности. Она очень страшна, господин советник.

- Интересно, - задумался Марцис и вытащил из кармана часы. - Уже начало девятого, господин Кунж. Ставьте вертушку. Дознание начинается.


3


Кунжу не часто приходилось ставить отбойники, а уж тем более вертушку, заставляющую их работать, но всякий раз он запоминал надолго. Среди полицейских годами ходили байки, сколько обнаженных женщин можно обнаружить на главной площади города, если огородить ее отбойниками и запустить вертушку. Кунж в подобное не слишком верил, но то, как роскошные платья превращаются в ветхое тряпье, видел неоднократно. Вот и теперь, едва древко вертушки воткнулось в запущенный газон и ее серебряные лепестки поймали ветер, как вся Свекольная балка лишилась всякой магии, пусть даже она была наведена лучшими мастерами из самой столицы и имела гарантию не на один год.

Пять добротных домов оказались ветхими особняками прошлого века с осыпавшейся штукатуркой, из-под которой краснел выщербленный кирпич. Кованые ограды обратились гнилыми изгородями, а цветастые палисадники непролазным бурьяном. На дороге обнаружились груды мусора, и ветерок немедленно донес ощутимый запах помойки.

- Не завидуйте мне, господин Кунж, - грустно заметил Марцис. - Я со своим седьмым уровнем вижу подобное всюду. Магия для меня подобна гриму, который бросается в глаза и не только не скрывает истинное лицо, но еще и уродует его. Даже в столице, хотя там зрелище бывает и хуже. Особенно в ресторанах. А знаете, сколько стоит действительно вкусная еда? Очень дорого!

- Но ведь вы можете не пользоваться чужой магией, если уж она плывет под вашим взглядом, - не понял полицейский. - Разве вас затруднит щелкнуть пальцем и превратить постную кашу в аппетитное жаркое?

- Не затруднит, - согласился Марцис. - Но обманывать самого себя не хочется. Кстати! Готов поспорить, что к нам идет староста.


4


Староста Фукс, который семенил по неприглядной деревенской улице, напоминал кого угодно, но только не старосту. Он не был одет в рваное, но его порты и камзол оказались застираны до потери цвета и формы. Непрезентабельный облик дополняли хлюпающие оторванными подметками ботинки, краска с которых слезла, возможно, еще до рождения старосты.

- Кунж! - Фукс смахнул на ходу пот с морщинистого лба, который переходил в розовую лысину. - Черт возьми, Кунж! А предупредить? Мне плевать на одежду, на волосы, но мой бекон? Как вы думаете, каково это - положить в рот поджаренный бекон, а разжевать пареную свеклу? Э-э-э, господин...

- Специальный советник Марцис! - представил начальника Кунж.

- О! - Староста вытянул руки по швам. - Очень-очень рад! Староста Кобр Фукс к вашим услугам! Майор подземных войск, да! В отставке!

- Спелеолог? - сдвинул брови Марцис.

- Извините? - не понял Фукс.

- Ладно, - Марцис махнул рукой. - Подкопы и подрывы. Понятно. Как вы уже поняли, в вашей деревне проводится полное дознание, поэтому в ближайшие часы магией воспользоваться не удастся. Но, если отсутствие утреннего бекона вас удручает, вы можете выбраться за околицу и отдать ему должное там.

- Нет, - замялся Фукс. - Как можно! Служба! Я ж понимаю... Вы ведь по поводу исчезновения этого славного малого?

- Что вы думаете о нем? - спросил Марцис.

- Думаю? - недоуменно сморщил лицо Фукс. - Так ведь не было никаких... оснований для беспокойства? Исчез и исчез. Может быть, он жениться раздумал? Знаете, главное, что не убит. Кровь там, подозрения - это самое плохое дело для такой маленькой деревни, как наша. Он еще не нашелся?

- Его нет, господин староста, - ответил Марцис. - Поверьте мне, министерство с достаточной долей уверенности может зафиксировать факт бытия любого из подданных нашего короля. Или факт небытия.

- То есть как? - не понял Фукс. - Что же тогда, выходит, что он все-таки убит?

- Не знаю, - покачал головой Марцис. - Но непременно выясню. Сегодня же.

- Но если его нет... - совсем уж растерялся Фукс.

- Знаете, господин староста, - поднялся со ступенек Марцис, - однажды в центре столицы исчез трехэтажный особняк. Нет, заботливо выращенный вокруг него сад, чугунные скамьи, качели, даже краска с его стен - никуда не делись, но особняк исчез. Бесследно. Вместе с фундаментом. На его месте осталась куча мебели и вещей владельцев, включая и их самих, но особняк растворился. Как вы думаете, можно ли сказать, что он был разрушен?

- Простите, - замялся староста. - Но ведь достаточно высокой степени магистра, чтобы манипулировать не только образами, но и самими предметами?

- Согласен, - удовлетворенно кивнул Марцис. - Вы не так просты, господин Кобр, как показались мне на первый взгляд, правда, таких магистров и в нашем, да и в соседних королевствах можно пересчитать по пальцам, да и разрешения на подобную магию выдаются на уровне правительства, и требует она иногда не только сил, но и жизни магистра, так что скорее всего даже при наличии соответствующего специалиста мы бы здесь имели или банальную невидимость, или перенос на несколько метров, хотя бы за дом.

- Подождите! - нахмурился староста. - Но ведь Питер, как бы это сказать...

- Я знаю, - кивнул Марцис. - Парень не владел магией ни в малейшей степени. Я так понял, что не мог даже пользоваться амулетами? Выходит, что у него был сообщник. Впрочем, сейчас мы это проверим. Кунж, распечатайте дом.

Полицейский тут же принялся обрывать не так давно им же наклеенные ленты, и Фукс замер с выражением сосредоточенности на лице. Наконец черты лица его прояснились, но секундой позже напряглись еще больше.

- Господин советник! Так выходит, что его убили позже? После того, как он исчез. И этот сообщник...

- Господин Кобр, - Марцис грустно вздохнул. - Кто это мог сделать? Я имею в виду жителей деревни.

- Да вы... - губы Фукса затряслись. - Да вы что? Нет, ну госпожа Больб могла в запальчивости сотворить какую-нибудь гадость, но не в такой же степени, да и при чем тут Питер? Парня обожала вся деревня! Он был умницей, хотя из-за некоторой бездарности и вызывал жалость, но он умел себя поставить, да и... Даже после ссоры с матерью, хотя...

- Вы меня не поняли, - покачал головой Марцис, с улыбкой глядя на растерявшегося старосту. - Кто в деревне в состоянии выполнить перенос, невидимость, отвод глаз и зачистку следов магии? Чтобы вам было легко ответить, скажу, что убрать следы магии полностью невозможно, и я... - советник отвернул манжет и показал лиловый значок, - все равно их увижу.

- Ну, - Фукс принялся вращать глазами. - Отвод глаз всякий может, но тогда ж на улице старик Клавдий сидел, он слеп, так что... Он этот отвод не только видит, он его за милю чувствует!

- А остальное?

Марцис оставался терпеливым, хотя Кунж уже открыл дверь домика.

- Остальное? - Фукс смахнул со лба пот. - Остальное мог бы совершить я, кроме переноса, потом еще мать Питера - Сандра, Лизи, мать дочек Больб, наверное, Ева Больб, она пошустрей, да и как можно рассуждать об этом, если та же третья степень у меня с утра выглядит как первая, а к вечеру, да после хорошего ужина и стаканчика розового, и до четвертой дотягивается?

- Что ж, господин староста, - Марцис махнул рукой в сторону двери. - Тогда пожалуйте осмотреться!


5


Со времени последнего посещения Кунжом домика Питера в нем почти ничего не изменилось, разве только пыль легла на подоконники, на пол, на неказистую мебель, на покрывало узкой кровати, да легкомысленные голубоватые обои словно выцвели. Парень жил скромно, но аккуратно, именно поэтому кучка одежды на полу выглядела странно, несмотря на затягивающий ее плекс. Марцис медленно прошелся по комнате, наклонился над кроватью, провел ладонями над покрывалом, откинул его и пощупал подушку, затем открыл шкаф, погремел плечиками, всмотрелся в стекло буфета и наконец подошел к одежде. Плекс оказался безжалостно отброшен в сторону, а все предметы одежды тщательно подняты и изучены.

- Что видите странного? - спросил Марцис Кунжа.

- Я уже писал, - закашлялся полицейский, но тут же расправил плечи и доложил: - Все пуговицы застегнуты, насколько я мог разглядеть, не касаясь улик, предметы одежды тщательно вложены один в другой.

- И носки, - задумался Марцис.

- Так это, - Фукс переступил с ноги на ногу. - Перенос?

- Нет, - дернул подбородком Марцис.

- Я проверил не только дом, но и участок за ним, - заметил Кунж. - Там не было ничьих следов. Грядки, овощи. Кстати, не только свекла. И тоже никакой магии.

- Тут была магия, - пробормотал Марцис. - На кровати и здесь.

Советник бросил одежду обратно.

- Кто-то искал парня. И искал уже после посещения домика вами, Кунж. Фукс, скажите, кому вы позволили войти в дом?

- Господин советник, - нахмурился Кунж. - Но ленты...

- Они прекрасно отклеиваются и без помощи магии, - улыбнулся Марцис. - Обычный пар и все. Ну, Фукс? Кто здесь был?

На старосту было больно смотреть. Его лицо покраснело, губы побледнели, и он хватал ими воздух так, словно не дышал, а пытался наесться. Но Марцис не спускал со старосты взгляда, и тот судорожно выдохнул.

- Лизи.

- Еще кто?

- Ева.


6


На Лизи полное дознание повлияло самым незначительным образом. Явно перешагнув сорокалетний рубеж и не имея особой красоты, она таинственным образом оказалась преисполнена живого обаяния и ума. Войдя в дом, Марцис и Кунж обнаружили чистоту и уют. Лизи не злоупотребляла магией, хотя лак на ее мебели облупился, а побелка на потолке и стенах змеилась трещинами. Сама хозяйка встретила гостей сидя в кресле и закутавшись в длинную, до пола, шаль.

- Чем могу служить, полицейский?

Кунж помнил низкий голос Лизи и, как и при собственном дознании, почувствовал, что мурашки торопятся из-под лопаток к середине спины.

- Лизи, с вами хочет поговорить господин советник. У него есть вопросы по поводу исчезновения Питера. Вы согласны ответить на несколько вопросов?

- Разве я могу отказаться?

Она отвернулась к окну, но сделала это именно так, чтобы показать и линию шеи, и маленькое ушко, украшенное рубиновой сережкой, и острый, без малейшего намека на дряблость подбородок.

- Нет, - строго проговорил Марцис и коснулся спинки стула. - Я присяду?

- Прошу вас.

Она продолжала смотреть в окно. Неожиданно Кунж догадался, что под шалью на Лизи одежды нет и, почувствовав слабость в ногах, тоже присел на стул, переведя взгляд на советника, который рассматривал Лизи не стесняясь.

- Ну. - Она повернулась, и Кунж вновь отметил, что и в этот раз движение женщины было выверено до миллиметра. Голова чуть наклонилась, глаза блеснули отраженным светом, с округлого плеча на ладонь съехала шаль. - Я жду. Спрашивайте.

- Вы любили Питера?

Неожиданный вопрос заставил ее вздрогнуть, но она взяла себя в руки почти мгновенно. Повела плечами, снова отвернулась к окну.

- Его все любили.

- Вы любили Питера?

- Отчего вы спрашиваете? - Она оставалась неподвижна, но из ее позы исчезла легкость. Скрытое складками ткани тело напряглось.

- Вы живете одна? - дополнил цепочку вопросов Марцис.

- С сыном. - Лизи обмякла, но продолжала смотреть в окно. - Ему двенадцать, он в колледже. Скоро приедет на каникулы. Огорчится, что Питера уже нет. Они дружили.

- Вы искали Питера, - объяснил Марцис. - Я почувствовал ворожбу. У вас четвертый уровень, не так ли?

- А у вас... - она прищурилась. - Неужели шестой?

- Седьмой, - вздохнул советник.

- Тогда я не понимаю, зачем вы отменяли магию в деревне? - усмехнулась Лизи. - Вы ведь и так всех видите насквозь? И мои временно исчезнувшие платья, пусть они и изготовлены в хорошей мастерской, для вас были бы прозрачны. Скажите, как это, видеть людей теми, кто они есть?

- Теми, кто они есть, я не могу их увидеть, - пожал плечами Марцис. - Сущность скрыта у людей внутри.

- Обычно то, что скрыто внутри, написано на лице и на теле, - сухо заметила Лизи и потянулась к бокалу с водой.

- Простите, - проговорил Марцис.

- За что? - не поняла Лизи.

- Вы пили розовое?

- Ах, это? - Она глотнула воды, рассмеялась. - А знаете, так забавно. И даже полезно. Хотя бы иногда надо отменять магию. Трезвость наступает быстро. Вы правы, я любила Питера. И он любил меня. Всегда. Потому что я не хотела от него ничего, кроме его самого. Когда муж умер, сыну было два года, а Питеру девятнадцать. В двадцать он стал мужчиной. С моей помощью. Но между нами оставалось пятнадцать лет. Теперь ему двадцать девять, а мне по-прежнему на пятнадцать больше. Было двадцать девять... Его больше нет, советник. Я... почувствовала пустоту. Не тогда, когда он сказал, что женится на старшей пустышке из дома Больб, а когда исчез. Я уговорила сластолюбца и добряка Фукса, он разрешил мне войти в дом за поцелуй в щеку, но я ничего не трогала в доме. Я искала следы...

- И кое-что нашли? - сузил глаза Марцис.

- Не больше чем нашли вы, - отрезала Лизи. - Не хочу об этом говорить. Но я поняла главное - Питера больше нет. Он ни переместился куда-то, ни скрылся, он просто исчез. Навсегда!

- Такого не бывает, - рассмеялся Марцис.

- Вы всегда пытаетесь обобщать? - она посмотрела на советника с иронией. - Откуда я знаю, что бывает? Я оцениваю не лес, а одно единственное дерево, под которым стою, до ствола которого могу дотянуться. Так вот - не могу дотянуться. Его нет, и вы это знаете лучше меня.

- Предположим. - Марцис достал из кармана перо и принялся покручивать колесико, меняя цвет наконечника. - Но даже предположив невозможное, мы все равно вернемся к вопросу, как это произошло.

- Там не было магии, - вздохнула Лизи. - Если только что-то старое и затертое, но никак не связанное с возможным воздействием на мальчика.

- Вы видели все? - спросил Марцис.

- Да. - Лизи облизала губы. - Я всегда сидела у окна, когда Питер мог пройти по улице.

- Как вы объясните поведение его матери?

- Они поссорились, - шевельнула пальцами Лизи.

- Насколько серьезно? - нахмурился Марцис.

- Настолько, чтобы Питер переехал в отдельный домик, - снова уставилась в окно женщина. - Там нет тайников. И запасных выходов. Ваш полицейский напрасно простукивал стены. Я помогала Питеру когда-то даже клеить обои. Он просто исчез. Его мать странная женщина, но она никогда не желала ему зла. Думаю, что просто она не сумела полюбить его больше себя. С женщинами это бывает, особенно когда они не избалованы любовью. Поэтому он и уехал от нее. А ей ведь приходилось нелегко, знаете, вырастить парня, не имея поддержки... Я никогда не бедствовала, приехала в Свекольную балку к мужу, так что не смотрите на мой интерьер, у меня достаточно денег, чтобы жить так, как мне хочется. Так вот, я не знаю подноготной матери Питера, но Сандра... своеобразная женщина. Говорят, что у нее никогда не было мужа. Впрочем, не знаю. Питер не любил говорить об этом.

- Отчего вы остались здесь, в глуши? - спросил Марцис.

- Вопрос, вероятно, должен был звучать иначе? - рассмеялась Лизи. - Чем меня привлек Питер, и на что я рассчитывала? Так вот, ни на что. Я просто любила. И он любил. Меня и больше никого. Знаете почему?

Лизи наклонилась над столом, и в складках ткани мелькнула крепкая грудь.

- Потому что я настоящая. И он был настоящим. Или зеркалом для меня. Пусть без степени, но он был как... - Она провела пальцем по краю бокала. - Как вода. Ведь пить можно что угодно, но напиться только водой.

7


- Что вы можете сказать по этому поводу, господин Кунж? - спросил советник, присаживаясь на скамейку старика Клавдия.

Деревня по-прежнему казалась вымершей. Ленты на дверях домика Питера колыхались на ветру. Фукс завязал дверные ручки, но не стал наклеивать их на дверной проем.

- Ну, - Кунж поерзал усаживаясь. - Допускаю, что парень и в самом деле мог любить эту женщину. Я, например, мог бы. Конечно, дочки Больб смазливы, но до Лизи им далеко.

- А главное? - перебил полицейского Марцис.

- Главное одно, - отчеканил Кунж. - Вы все еще не знаете, как исчез Питер.

- Я уже знаю, что он все-таки исчез, - пробормотал Марцис. - Но вы правы: не знаю как.

- Пойдем к старику Клавдию? - спросил Кунж. - Или к матери Питера? Обычно первыми проверяют родных. Или отправимся к несчастной невесте?

- Навестим-ка еще раз старосту, - решил Марцис.


8


Жену Фукса Кунж при первой встрече едва не принял за его сестру. И теперь она отличалась от мужа только тем, что носила платье и имела на голове вместо лысины гладко зачесанные и собранные в пучок редкие волосы. За столом у нее сидели четверо белобрысых мальчишек, возраст которых колебался между десятью и четырнадцатью годами. Одеты они были в обноски, которыми явно обменивались в процессе подрастания, но теперь обнаружили на их месте сущие лохмотья, поэтому предложение "погулять" приняли не слишком радостно. Впрочем, свекла, наструганная и нарезанная ломтями в их тарелках, выбора им не оставляла. Фукс развел руками.

- Угощать нечем!

- И не собирались угощаться, - замахал перчатками Марцис. - Переговорить надо. И чем быстрее мы закончим наши разговоры, тем быстрее вы вернетесь к привычной жизни.

- Так ведь обо всем уже говорили, господин советник? - развел руками Фукс и сердито цыкнул на жену, но Марцис остановил ее.

- Подождите. Как вас зовут?

Женщина обернулась на Фукса, словно ей требовалась подсказка, и неуверенно выговорила:

- Камилла Кобр.

- Советник Марцис, - склонил голову ее неожиданный собеседник и обернулся к Фуксу. - Где бы мы могли присесть?

Староста скривился, словно продолжал набивать рот свеклой, но Кунж уже пододвинул стулья.

- Вы нисколько не мешаете, - успокоил оторопевшего хозяина советник и обратился к его жене, которая замерла на краешке стула, словно проглотила металлический штырь. - Госпожа Кобр, что вы думаете об исчезновении Питера Облдора?

Камилла растерянно поискала глазами мужа, тот подпрыгнул вместе со стулом, намереваясь дать понять присутствующим, что если бы его жена умела думать, то... но Марцис снова поднял руку и повторил:

- Госпожа Кобр! Я отправлен в вашу деревню из-за неординарности произошедших здесь событий и не смогу покинуть ее, пока не разберусь в них. Мне придется встретиться со всеми или почти со всеми вашими соседями. Но сейчас я говорю с вами. Ведь вы жена самого уважаемого человека в деревне? Недаром же он избран старостой?

- Фукс - мой муж, - у женщины оказался неожиданно приятный мягкий голос. - Он всегда был старостой. Почета не так уж много, да и хлопот хватает, но зато и уважение...

- Питер ведь был хорошим парнем? - спросил Марцис.

- Да, конечно, - торопливо закивала Камилла. - Правда, безотцовщина, никто не знает, кто его отец, но он добрый мальчик и очень похож на Сона Сонга. Слышали о таком певце? Он был популярен лет так сорок назад. Я девочкой была на его концерте в честь ежегодной лотереи. Знаете, в молодости это не так было заметно, но теперь Питер с ним одно лицо. Кстати, нас возил на концерт отец Сандры, матери Питера. Сорок лет прошло, а я все еще помню, как потерялась в рядах сладостей...

- Ками... - Фукс снова загремел стулом. - Тебя спрашивают, что ты думаешь о...

- Ничего, - чуть резче, чем следовало, оборвала мужа госпожа Кобр. - Что я могу думать, если я ничего не знаю? Об исчезновении ничего не знаю. Но у нас маленькая деревня, и зато все известно о том, чт[o] никуда не девается, чт[o] не исчезает. Например, о сестричках Больб. И об их матушке. Их папочка безобидный малый, вечерами только и думает, как бы пропустить лишний стаканчик, что и сотворяет с помощью моего Фукса. Но их матушка...

- Ками! - простонал староста.

- Я поздно вышла замуж, - коснулась грубыми ладонями глаз Камилла. - Но Бог послал мне четырех ребятишек, пусть и в зрелом возрасте не так легко рожать. Но теперь я радуюсь, что они еще малы, иначе Лера Больб точно так же попыталась бы окрутить моих парней, как она сделала это с Питером. Если бы он мог видеть то, что видят другие!

- А что видят другие? - заинтересовался Марцис.

- То, что ее старшая дочка уродина и круглая дура! - выпалила Камилла. - А младшая - ведьма, как и ее мамаша! И если Питер действительно исчез, то для того были причины! Возможно, что кто-то открыл ему наконец глаза!

Камилла умолкла, покраснев от возмущения, а Фукс тяжело вздохнул и попытался объяснить.

- Господин советник, поймите. У нас и в самом деле маленькая деревня, и пост старосты не так важен, как где-нибудь в приличном поселке, но мы тут так сговорились между собой, что не стоит дурить парня. Когда он был еще мал и цеплялся за юбку Сандры, все решили, что не надо ему намекать на отсутствие отца, тем более что дед его вскоре умер и он остался только с матерью, да и колдовать на него не надо. Ну, это как прыгать и бегать возле безногого, понимаете? Так вот, Камилла огорчена тем, что дочки Леры Больб оказались не слишком честны.

- Не слишком честны? - фыркнула госпожа Кобр. - Да они наглы и беспардонны! Я не удивлюсь, кстати, если они заморочили голову не только парню, но и друг другу!

- Но как это могло повлиять на исчезновение Питера? - спросил Марцис.

- Откуда я могу это знать? - удивилась Камилла. - А что если проклюнулся в нем этот самый дар? Он ведь правда отличный парень. Всегда всем помогал, словно чувствовал какую-то вину, что он не такой как остальные. Вот, обещал забор нам поправить. Забор наш, конечно, околдован, но когда забор падает, чего уж его приукрашивать его магией, об него и споткнуться можно! Скорее бы уж возвращался Питер!

- Он не вернется, - строго сказал Марцис.

- Как же это? - испуганно поднесла ладонь к губам Камилла.

- Пока не знаю, - признался Марцис. - Но должен узнать. Скажите, кто-то из деревни мог желать ему зла?

- Так кто же? - испуганно прошептала Камилла. - Никто. Деда Клавдия он на реку водил, рыбу ловить помогал, мальчишкам моим свистульки вырезал, да и те же Больб большего вреда, чем родней стать, не могли замышлять против парня. Он же хороший был.

- Хороший, - в тишине повторил Марцис. - А его мать? Что за ссора случилась у него с ней?

- Да разве то ссора? - раздраженно махнула рукой Камилла. - Размолвки были. То она ему отказалась имя отца назвать, то торопила его с женитьбой, словно опоздать в бабки боялась, то ходила за ним как тень. Знаете, внимание, конечно, дело хорошее, но если свекольную грядку каждый день рыхлить, то и свекла усохнет. Устал он, вот и съехал от матери, так ведь все равно все делал для нее. Да и теперь, ей же за него пенсия причитается! Конечно, если он и вправду не вернется.

- И большая? - спросил Марцис.

- Сто пятьдесят монет, - поторопилась ответить Камилла. - Она же одна, без отца его вырастила. День и ночь в земле копалась, чтобы хоть что-то заработать, особенно когда отец ее умер, да вы сами посмотрите, мы же ровесницы, а на вид-то она лет на десять старше. Она, правда, никогда красотой не отличалась...

- Да ладно! - раздраженно вмешался Фукс. - Говори как есть - страшна она, как стог сена из-под дождя. Одного не могу понять - кто ж позарился на нее да слепил ей этакого красавца? Если только этот самый Сон Сонг с большой пьяни!

- Нет, - мотнула головой Камилла. - Певец этот за пять лет до рождения Питера умер. Другой кто-то. Не говорит она, молчит, и очень не любит, когда с ней об этом разговор заводят. У нас даже говаривали, - Камилла понизила голос, - что сам ее папочка ей сына и слепил. Хотя, опять же, в кого Питер таким красавцем уродился?

- Да брось ты болтать что не попадя! - возмутился Фукс. - Как он мог слепить? Да он уже в год рождения Питера еле ноги переставлял после королевской темницы! Да и не было его еще дома, когда понесла Сандра!

- А ты не дергай меня, - почти закричала Камилла. - Что знаю, то и скажу! И то, что ты с соседкой закручивал, тоже! Пусть спасибо скажет, что воли тебе не дала, а то я б не только тебе волосы повыдирала, но и ей...


9


У входа в дом семейства Больб стояла точно такая же скамья, как и у дома старика Клавдия. Марцис провел пальцами по гладкому, украшенному резьбой дереву, спросил у смуглой девчушки лет шестнадцати, оседлавшей резную спинку:

- Питер скамейку ставил?

Девчушка усмехнулась, подобрала под себя ноги и ехидно скривила губы:

- А кто ж еще? У нас тут руками работают только в крайнем случае. Хотя теперь придется, Питер-то исчез. Или вернется?

- А ты не знаешь? Тебя ведь Евой зовут?

- Точно так. - Девчушка скосила глаза на замершего в паре шагов Кунжа и снова обратила взгляд на советника. - А ты кто?

- Советник Марцис, - ответил тот и присел на согретое солнцем дерево. - Сестра дома?

- И сестра, и мать, - хихикнула Ева. - Отец свеклу вчера еще на рынок повез, а мы теперь дома. Куда ж теперь в таком виде?

Она приподняла подол платья, демонстрируя заплаты, и тут же натянула его на колени и погрозила Кунжу, маявшемуся под полуденным солнцем, пальцем. Тот смущенно вытер со лба пот.

- Здесь все свеклу выращивают? - спросил Марцис.

- Не все, - замотала головой Ева. - У Питера на огородике много чего росло, да и мать его разное сажает. Каждый день по грядкам ползает, хотя зачем теперь, пенсию будет за сына получать. Можно и не работать. Сплавила сыночка и довольна.

- Куда ж это она его сплавила? - заинтересовался Марцис.

- А куда бы ни сплавила, - огрызнулась Ева. - Говорила сыну глупости всякие, вот он и пропал. Колдовство не колдовство, но всякий знает, одно дело колдовать, другое - судьбу править. Недоброе слово - не магия, просто так не отмахнешься. Мне дела нет, сестру жалко, теперь она в девках надолго, других парней в деревне нет.

- А парня тебе жалко не было? - сплел пальцы Марцис.

- А его-то мне зачем жалеть? - фыркнула Ева, и Кунж разглядел злость в темных глазах.

- Да все затем же, - вздохнул Марцис. - Я так понял, что тут в деревне любили парня. Даже оберегали. Все, кроме тебя. Иначе зачем же ты Фукса уломала в дом тебя запустить? Зачем наколдованное скоблить начала?

- Не делала я ему зла! - поджала губы Ева.

- Кто знает, что есть зло? - пожал плечами Марцис. - Вот смотри, парня вроде ты околдовывала, на себя его на постели ворожила да тянула опять ты, память ему переплетала потом тоже ты, а если я об этом сестре твоей расскажу, вроде и зло я сотворю, хотя все тобой сделано. Как же это так выходит? Что молчишь?

Замерла девчушка. Стиснула зубы так, что желваки на скулах зашевелилась. Пальцы побелели, которыми в спинку скамьи вцепилась. Сказать что-то хотела, да только молча сползла на сиденье да глаза закрыла. Сухие ресницы захлопнула, и только тут Кунж разглядел - не шестнадцать ей, а года на два больше.

- Отчего пропал Питер? - спросил Марцис.

- Не знаю, - холодно вымолвила Ева. - Он говорил много, улыбался еще больше, а внутрь не всякого пускал. Только и поняла, что ждал чего-то. Сестре-то моей уж двадцать три, мамка моя пять лет ее к нему приспосабливала, говорила, пусть без магии, зато человек хороший, не обидит. Привораживала его, да, не без этого, но легко. В пределах положенного, когда ворожба не на парня ложится, а на девку, чтобы милей казалась. И все одно, оторвать не могла от Лизи этой, что б ей... Но потом он возьми да скажи, если тот день переживет, то женится на сестре. Тот самый день, когда в домик свой забежал. И все спрашивал, до того еще, как бы я жила, если бы знала, что срок мне еще лет десять, не больше. Я сначала смеялась, говорила, что оторвалась бы по полной, а потом так и сказала ему: как ты, Питер, живешь, так и я бы жила. Если бы смогла. Он промолчал, а потом уж, перед полуднем, на часы посмотрел и... Ну а дальше я рассказывала уже.

- Значит, больше ничего сказать не можешь?

- Да не знаю я ничего, - вздохнула Ева. - Мать его ему чего-то такое сказала, что он как на ровном месте споткнулся. Она же у него... Уж на что Менка моя страшна, а Сандра так вообще. Я, кстати, долго удивлялась, что у такой страшилы красавец родился. Моя мать говорила, что он на какого-то певца похож...

- Ева!

Голос прозвучал от дома. Кунж повернулся и увидел сестру. Она уже была ему знакома, но теперь, когда магия не прикрывала ее, Кунж вздрогнул. Половину лица девушки занимало отвратительное красное пятно.

- Зря вы все это затеяли, - буркнула Ева и пошла к дому.

- Ну что? - кашлянул Кунж. - Господин советник? Вторую дочку да мать ее - будете опрашивать?

- Нет, - отряхнул костюм Марцис. - Да и не о чем спрашивать их. Всю магию, что в доме парня обнаружил, я для себя разъяснил. Но к загадке не приблизился. Понимаете, господин Кунж, главное - технология, а мы все занимаемся персоналиями.

- Так, может, закончить с персоналиями? - поморщился Кунж от напекшего голову солнца. - Если остальных Больб не теребить, то остаются дед Клавдий и мать парня.

- К матери пошли, - поднялся Марцис. - Отложим пока Клавдия. Стариков надо в последнюю очередь слушать, чтобы их науку собственными мыслями не перебить.


10


Дверь в дом Сандры была распахнута настежь, словно хозяйка ждала гостей. Кунж постучал деревянным молотком и, дождавшись невнятного возгласа, шагнул в дом. В отличие от дома Фукса у Сандры было не в пример уютнее. На стенах висели детские рисунки и портрет симпатичного молодого парня с мандолиной в руках. Мебель укрывали салфетки и циновки. Сандра сидела у стола и смотрела в окно на дом сына. Ее большие руки казались прокопченными в дыму и маслянисто поблескивали на белой скатерти, но Кунжа пугали не руки. Еще с первого приезда в деревню он избегал смотреть на лицо Сандры. Оно вызывала дрожь, почти ужас. По отдельности все в ее лице - и прямой большой нос, и тонкие губы, и чуть выкатившиеся глаза с выступающими зрачками, и маленькие веки, и расширяющиеся книзу щеки, и отсутствие морщин на широком, словно высеченном из камня лбу, и не менее десятка подбородков за первым, крохотным и острым, - не вызывало отторжения, но вместе эти черты соединялись в какое-то колдовское заклятье, вызывающее ужас и дрожь. Сандра была по-настоящему страшна. Ее глаза оставались безучастны, но Кунж неожиданно подумал, что если она попытается поселить в них доброту или участие, то в туже секунду станет страшнее в тысячу раз.

Марцис взглянул на Сандру мельком, как будто видел ее давно и привык к страшному облику, и остановился у портрета.

- Ваш сын?

- Похож, - проскрипела Сандра, затем облизала губы, и Кунж убедился, что у нее не раздвоенный язык. - Но это не он. Это Сон Сонг, певец. Он умер до рождения Питера. Задолго до его рождения.

- Вы были знакомы с певцом? - спросил Марцис.

- Нет, - покачала головой Сандра. - Иначе бы он умер от разрыва сердца. Говорят, что в девчонках я была еще страшнее, чем теперь.

Марцис ничего не ответил, только недоуменно поднял брови, сел напротив женщины и коснулся ее руки тонкими пальцами. Она вздрогнула и посмотрела на него с удивлением.

- Я советник Марцис, вашего сына нет больше. Он действительно исчез.

- Я знаю.

Она бросила быстрый взгляд на советника и тут же уставилась на свои руки.

- А мы все еще нет, - вздохнул Марцис. - Мне хотелось бы понять, как это произошло.

- Я... - Она нервно сглотнула. - Я не знаю.

- Но ведь вы что-то сказали ему? Чего он ждал?

- Ничего. - Она помолчала и добавила: - Он не поверил.

Сандра закрыла глаза. Кунж ждал, что из-под крохотных, без ресниц век потекут слезы, но слез не оказалось. Марцис принялся рассматривать свои пальцы.

- Как собираетесь жить дальше?

- Как жила, так и буду, - обронила Сандра.

- Почему не плачете? - спросил Марцис.

- А почему я должна плакать? - Она посмотрела на советника с вызовом, и Кунж понял, что она и не собиралась плакать. - Я уже давно все выплакала. Когда еще была молода. У зеркала.

- Но ведь Питер ваш сын? - уточнил Марцис.

- Да, - Сандра вздохнула и снова стиснула губы в узкую полоску. - Он мой сын. Кто же он, если я его родила? И я любила его. Так, как могла. Тем более что и он был уродлив по-своему. Он ничего не умел.

- Не согласен. - Марцис продолжал рассматривать пальцы. - Он умел быть добрым, умел любить, помогать людям. Его любили. Я в этом уверен.

- А я - нет. - Она снова закрыла глаза.

- Отчего вы поссорились? - спросил Марцис.

- Я хотела, чтобы он сошелся с Лизи, - выдохнула Сандра. - Она, конечно, старше его, но очень уж хороша, да и любила его. Я хотела, чтобы у меня были внук или внучка. А он не хотел. Он все пытался разобраться с самим собой.

- Но ведь он решил сойтись с Меной? Или нет? - не понял Марцис.

- Слишком поздно, да и не дала бы мне ее мать заниматься с ребенком.

- Что значит "слишком поздно"? - не понял Марцис.

- Он исчез в тот самый день, когда должен был исчезнуть.

- Что это значит? - не понял Марцис.

Сандра промолчала.

- Вы понимаете, что можете попасть под подозрение, если не будете отвечать на мои вопросы? - спросил советник.

- Ваши подозрения беспочвенны, - наконец вымолвила Сандра. - Насколько я знаю, никакой магии при исчезновении Питера не применялось. То есть постороннего воздействия не было. Таким образом, любые разговоры вы можете списать на дар предвиденья, который у меня мог проявиться.

- Кто был его отцом? - встал из-за стола Марцис.

- Никто, - отрезала Сандра.

- Ладно. - Марцис поднялся. - Хотел бы попросить вас, госпожа Облдор, об одолжении. Разрешите снять со стены портрет Сона Сонга. Я закажу нашему художнику копию. Это пригодится для дела. Портрет верну. Или вот господин Кунж вернет.

- Берите, - она вновь смотрела в окно. - Мне он не нужен.


11


Веловоз стоял на прежнем месте, а на скамье сидел бледный, как пук прошлогодней соломы, старик и жмурился на солнце белыми зрачками.

- Вас зовут Клавдий? - спросил Марцис.

- А вас - советник Марцис? - просипел старик.

- Да, - кивнул советник и присел рядом. - Вам уже доложили?

- Мальчишки, - улыбнулся старик. - Детишки Фукса бегали. Деревня маленькая. Ничего не спрячешь, даже если захочешь. Кунж, я вас слышу. Подходите, садитесь. Или садитесь на ваш веловоз, ведь ваши дела заканчиваются уже? Кстати, советник. Это правда, что у вас лиловый значок на рукаве?

- Да, - ответил Марцис

- Тогда зачем все это? - старик махнул рукой в сторону вертушки. - Зачем отбивали магию? Ведь вы и так всех видите почти насквозь.

- Почти насквозь и насквозь - не одно и тоже, - улыбнулся Марцис. - К тому же весь секрет полного дознания в том, что люди сами видят себя такими, какие они есть.

- Вы бы сразу подошли ко мне, - усмехнулся старик. - Я уже давно вижу людей такими, какие они есть. С тех пор, как потерял зрение. Могу сказать про каждого. Я сам - как осенний лист, случайно не облетел с дерева и теперь болтаюсь на черенке, жду, когда раскрошусь и исчезну. Мать Питера - самое несчастное существо в округе. Она обманута. И почувствовала, что обманута, в тот самый момент, когда поняла, что видит в зеркале саму себя.

- Но ее сын... - нахмурился Кунж.

- А что сын? - удивился старик. - Если навозная птица, ковыряясь в дерьме, обнаруживает драгоценный камень, она же не перестает быть навозной птицей? Она не превращается в лебедя. Она даже не может проверить, не стекляшка ли ей попалась вместо посуленного бриллианта.

- Дальше, - попросил Марцис.

- Лизи - это солнце нашей деревни, - продолжил старик. - Если бы она чаще выходила из дома, я бы поставил скамейку напротив ее крыльца и грелся бы об нее, как о солнечные лучи. Фукс - отличный староста, поскольку не старается казаться умнее, чем есть, а просто живет. Он никуда не стремится, ничего не добивается, он живет. Кто его знает, если бы так жил и Питер... но мальчишка слишком близко принял к сердцу глупые слова...

- А Больб? - спросил Марцис.

- Просто люди, - пожал плечами старик. - Мена - несчастная, плывет по течению вроде Фукса, но не имеет ни паруса, ни якоря, ничего. Набухает и тонет. Ей бы уцепиться за кого-нибудь. И ее мать - обычная женщина, вздорная, как и все женщины, которых обманул муж. Обманул уже тем, что оказался никем, к таким как ни прижимайся, все не согреешься. Наверное, и Ева станет такой же, хотя она может стать такой, как Лизи. Они обыкновенные.

- А Питер? - спросил Марцис.

- Питер... - старик задумался. - Хороший был парень. Ягодка без косточки. Яблочко без червячка. Небо без тучки. Сам страдал из-за этого. Потому и от матери ушел, что от собственной ясности самому тошно стало.

- А мы слышали, что он просто хотел знать имя своего отца, - заметил Кунж.

- А был у него отец-то? - спросил Клавдий.

- То есть? - нахмурился Марцис.

- Ну, я не уверен, что был, - пояснил старик. - Отец самой Сандры как раз в тюрьму очередную загремел, так она без него и понесла, и родила, ей еще жена моя покойная помогала, а виновников-то у нас в деревне не оказалось. Не то, что не нашли, а не оказалось. Тут уж и я раскинул гадалку, не отыскал отца-то.

- Что же это тогда? - раздраженно бросил Кунж, которому уже порядком надоело топтаться по Свекольной балке. - Непорочное зачатие, что ль?

- А вот не знаю, - пожал плечами старик. - Одно только известно, что когда отец Сандры из тюрьмы вышел да пришел к моей повитухе справиться насчет ребенка, так он только одно и сказал ей. Мечты сбываются, сказал, даже у самых несчастных, главное захотеть, да постараться, да далеко не заглядывать. Например, за такое-то число.

- За какое число? - не понял Марцис.

- За то самое, - вздохнул старик. - За тот день, когда Питер исчез. Хороший он был парень, но... пустой. Без недостатков. Лизи жалела его, жалость свою к нему и любила, а он метался, все понять не мог, отчего в нутре у него сквозняк гуляет.

- Подождите, - поморщился Марцис. - Я все-таки должен разобраться. Что ж, выходит, что отец Сандры был провидцем или магом? Вы уж простите, но главное остается: как он исчез? Это же не заклинание какое, что без следа от времени истаивает! Как, черт меня возьми?!

- Так, может, черт и взял? - сморщил лоб слепой. - Черт дал, и черт взял. Или Бог. Дал, а потом забрал. Ну не король же?


12


Обратно в город веловоз катил уже после полудня. Марцис наколдовал легкую дорогу, и Кунжу почти не приходилось крутить педали.

- Неудача? - спросил полицейский не оборачиваясь.

- Бывает, - бросил Марцис.

- Но ведь что-то все-таки произошло, господин советник? - не унимался Кунж. - Вот вы про дом рассказывали, который исчез, только мебель да краска осталась. Там тоже не было магии?

- Не было, - вздохнул Марцис. - Только с тем домом все было ясно. Слышали о новогодней лотерее?

- Так кто ж о ней не слышал? - усмехнулся Кунж. - Все жители королевства складывали свои желания в Новый год и отправляли королю, а выигрышный билет доставался одному. Он загадывал желание, и оно сбывалось. Так ведь не проводится она уже много лет. Да я еще пацаном был, как перестала проводиться. Кстати, почему?

- Желания перестали сбываться, - ответил Марцис. - Постепенно люди и перестали загадывать. Вот лотерея и рассосалась. Только это все не то.

- Ну как же не то! - оживился Кунж. - Вот тот же дом. Я ведь так понял, что хозяин получил его в лотерею?

- Да, - зевнул у него за спиной Марцис. - И дом вырос на нужном месте сам. Мгновенно и чудесным образом. И был зафиксирован королевской налоговой службой. И ровно через тридцать лет исчез. И так все выигрыши. Правда, когда счастливчики выигрывали значительную сумму денег, то, пустив ее в рост, имели шанс остаться с прибылью. Если же деньги оказывались промотаны, то на нет, как говорится, и суда нет. Случались и трагедии. Как-то один получил выигрышный билет и загадал яхту, потом продал ее, второй хозяин тоже перепродал яхту, пока, наконец, она не исчезла прямо в море, оставив экипаж бултыхаться в волнах.

- Упущение, - пробурчал Кунж. - Только я вижу, вас такая версия не занимает? Смущает то, что Питер живой человек?

- Нет, - вздохнул Марцис. - Меня ничто не смущает. Просто лотерея не проводится уже больше сорока лет, а Питеру не было и тридцати. Наконец, я знаю наизусть все последние пятьдесят выигрышей, фамилии выигравших и судьбу призов! И уж поверьте мне, господин Кунж, как специалисту - даже вкладов всех подданных нашего королевства не хватит, чтобы создать что-то похожее на живого человека.

- А за несколько лет? - спросил Кунж.

- Я не понял? - переспросил Марцис.

- За несколько лет, - повторил Кунж. - Ведь несколько лет желания не сбывались? И еще. Господин советник. Скажите, а вы знаете имена тех, кто ничего не выиграл? Кстати, тот портрет певца, он ведь с концерта, на который ездила юная Сандра вместе с отцом и Камиллой? Если она загадала сына, ведь она не могла его родить раньше восемнадцати лет? Должна же лотерея соблюдать королевские законы! Эй! Господин советник, что-то педали не могу провернуть!

- Черт возьми вашу вторую степень, Кунж! Отчего вы сразу не подключили чутье? Разворачивайте!


13


Сандра ждала их в дверях. Теперь, когда отбойники уже не работали, а мирно лежали на багажнике веловоза, она уже не казалась столь страшной. Да и сама деревенька стала яркой и праздничной, как и тысячи подобных деревенек, в которых жили верноподданные магического королевства, довольствующиеся свеклой и брюквой, потому что магия позволяла раскрашивать им собственные ощущения в любые краски.

- Госпожа Облдор! - закричал Марцис ей еще издали. - Мы не собираемся инициировать лишение пенсии, но подскажите, ваш отец ведь выиграл тогда, он выиграл на том концерте? Мы правильно поняли, отчего исчез Питер?

- Он просто кончился, - прошептала госпожа Облдор. - Вытерся, стерся, исчерпался. Ему пришел срок. Я сказала ему заранее, но он не поверил. Наверное, я не была достаточно убедительна, может быть, сама не слишком поверила объяснениям отца. Но главным было другое. Это было не мое желание, а маленькой девочки, которая ничего еще не понимала в жизни. Она просто стояла на пьедестале, смотрела на замечательного певца и изо всех сил желала живую куклу, точь-в-точь похожую на него.


ОДИН ПРОПУЩЕННЫЙ ТРЕНИНГ | Куда исчез Филимор? Тридцать восемь ответов на загадку сэра Артура Конан Дойля | НИКАКОЙ НАДЕЖДЫ