home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава третья

Элрик в полном изнеможении лежал на холодной гальке, слушая мелодию волн, набегающих на каменистый берег.

К этому звуку присоединился какой-то другой, и он узнал скрип сапог. Кто-то приближался. В Шазааре это, скорее всего, был враг. Он перекатился через спину и принялся вставать, тратя на это последние силы. Его правая рука наполовину извлекла Буревестник из ножен, но тут он понял, что над ним, ухмыляясь, стоит Мунглам.

– Слава богам, ты жив! – Мунглам сел на гальку. Он смотрел на ставшее спокойным море и высящиеся вдалеке Зубы Змеи.

– Кажется, мы живы, – сказал Элрик, чуть привстав. – Но сколько это продлится здесь, на завоеванной земле, можно только гадать. Может быть, нам удастся найти корабль, но для этого придется заглянуть в какой-нибудь город, а мы с тобой пара заметная, нас быстро узнают.

Мунглам покачал головой и весело рассмеялся.

– Ты, как и всегда, настроен пессимистически, мой друг. А я тебе хочу сказать: будь просто благодарен за то, что остался жив.

– Малые благодеяния в таком конфликте абсолютно бессмысленны, – сказал Элрик. – Отдохни, Мунглам, а я постерегу. Потом поменяемся. Когда мы пустились в это путешествие, времени у нас и так не было, а тут мы потеряли еще столько дней.

Мунглам не стал спорить и сразу же уснул, а когда проснулся, почувствовал себя отдохнувшим, хотя все тело у него болело. Элрик проспал до полудня.

В путь они пустились ночью. Скоро тощая прибрежная травка сменилась влажной черной землей. Впечатление было такое, словно на этой земле происходило побоище, а за ним случилась гроза, после которой осталось затопленное пепелище. Вспомнив прежние травянистые долины этой части Шазаара, Элрик пришел в ужас. Он не мог понять – люди или создания Хаоса привели к этому опустошению.

Приближался полдень. На ярком небе появились какие-то странные блики. Элрик и его друг увидели длинную колонну людей, приближающуюся к ним. Они притаились за небольшим холмиком и, осторожно выглядывая из-за него, смотрели на приближающихся людей. Это были не вражеские солдаты, а изможденные женщины и голодные дети, мужчины в тряпье и несколько потрепанных всадников, явно являющие собой остатки какого-то разбитого партизанского отряда, сражавшегося против Пан-Танга.

– Я думаю, мы здесь сможем найти друзей, – с облегчением пробормотал Элрик. – И, возможно, информацию, которая поможет нам.

Они поднялись и подошли к этой жалкой толпе. Всадники быстро сгруппировались вокруг гражданских и обнажили оружие, но прежде, чем началось столкновение, кто-то из их рядов прокричал:

– Элрик из Мелнибонэ! Элрик, ты вернулся с новостями о спасении?

Элрику этот голос был незнаком, но альбинос знал, что его белое лицо и сверкающие красные глаза стали легендой.

– Я сам ищу спасения, друзья, – сказал он с напускной веселостью. – Мы потерпели крушение у вашего побережья на пути туда, где мы рассчитывали найти помощь в борьбе против Джагрина Лерна, в защите западных земель. Но если мы не найдем другого корабля, наши шансы равны нулю.

– И куда же ты направляешься? – спросил невидимый голос.

– Мы плыли на Чародейский остров на юго-западе, где рассчитывали, если удастся, заручиться помощью Белых Владык, – ответил Мунглам.

– Тогда вы шли не в том направлении!

Элрик выпрямился в седле и стал вглядываться в толпу.

– Кто это сказал?

В толпе возникло движение, и из нее вышел согбенный человек средних лет, опирающийся на посох. Длинные завивающиеся усы украшали его белокожее лицо. Всадники расступились, чтобы Элрик мог получше разглядеть этого человека.

– Меня зовут Охада Провидец, когда-то я прославился в Диопедре тем, что умел предсказывать события. Но Диопедру уничтожили во время нападения на Шазаар. Мне повезло – я смог бежать с этими людьми. Все они из Диопедры, одного из последних городов, павших перед колдовским коварством Пан-Танга. У меня для тебя, Элрик, послание огромной важности. Оно предназначено только для твоих ушей. Мне передал его некто, кого ты знаешь, тот, кто может помочь тебе, а через тебя и нам.

– Ты разбудил во мне любопытство и подал нам надежду, – Элрик сделал ему знак рукой. – Подойди, ясновидец, и сообщи мне твое послание. Будем верить, что ожидания не обманут нас и твои слова окажутся правдивыми.

Когда ясновидец приблизился, Мунглам отступил назад. Он и все остальные с любопытством наблюдали, как Охада что-то шепчет на ухо Элрику.

Элрику пришлось напрягаться, чтобы разобрать слова.

– У меня к тебе послание от существа по имени Сепирис. Он говорит, он сделал то, что не удалось тебе, но осталось еще кое-что, и это можешь сделать только ты. Он говорит, что тебе нужно прийти в высеченный в скалах город, и там он просветит тебя относительно дальнейшего.

– Сепирис! Как он тебя нашел?

– Я ясновидящий. Он пришел ко мне во сне.

– А что, если эти слова – обман, призванный заманить меня в ловушку и предать в руки Джагрина Лерна?

– Сепирис добавил кое-что для меня. Он сказал, что мы должны встретиться на этом самом месте. Мог Джагрин Лерн знать об этом?

– Вряд ли. Но, следуя той же логике, я могу спросить: а мог ли кто другой знать об этом?

Но потом Элрик вспомнил, что Сепирис и его братья были слугами судьбы и уже помогали ему. А судьба уже сыграла во всем этом немаловажную роль. Он кивнул.

– Спасибо, ясновидец.

Потом он крикнул всадникам:

– Нам нужна пара коней. Лучших из тех, что есть у вас.

– Наши кони нужны нам самим, – проворчал рыцарь в помятых доспехах. – Это все, что у нас есть.

– Мы с моим товарищем должны поспешить, иначе нам не удастся спасти вашу землю. Рискните же парой лошадей ради возможности отомстить вашим обидчикам.

Рыцарь спешился. Его примеру последовал другой рядом с ним. Они подвели своих жеребцов к Элрику и Мунгламу.

– Распорядись ими получше, Элрик.

Элрик запрыгнул в седло.

– Непременно, – сказал он. – Каковы ваши дальнейшие планы?

– Мы будем сражаться, насколько это в наших силах.

– Может, будет разумнее спрятаться в горах или в Туманных топях?

– Если бы ты видел, какое разорение и ужас несет правление Джагрина Лерна, то не говорил бы таких слов, – глухим голосом сказал рыцарь. – У нас, конечно, нет надежды победить человека, чьи слуги могут приказать земле дыбиться океанскими волнами, или вызвать потоки соленой воды с небес, или посылать зеленые облака для уничтожения детей таким способом, о котором и сказать-то нельзя. Но мы будем мстить, насколько это в наших силах. В этой части континента еще спокойно по сравнению с другими. Повсюду происходят ужасные геологические изменения. Поросшие лесом холмы в десяти милях к северу отсюда не узнать. А тех, мимо которых мы проезжали вчера, возможно, уже нет.

– Мы видели что-то вроде этого в море, – сказал Элрик. – Я желаю вам долгой жизни и справедливого возмездия. У меня у самого счеты с Джагрином Лерном и его сообщником.

– С сообщником? Ты имеешь в виду короля Саросто из Дхариджора? – На изможденном лице рыцаря появилась тонкая улыбка. – Отомстить Саросто тебе не удастся – его убили вскоре после того, как наши силы потерпели поражение в битве у Секвалориса. Хотя точно ничего не известно, но все знают, что он был убит по приказу теократа, который теперь единовластно правит континентом. – Рыцарь вздохнул. – А разве кто-нибудь может долго сопротивляться тем силам, которые подчиняются Джагрину Лерну?

– И что же это за силы?

– Он призвал к себе на помощь Герцогов Ада. Я не знаю, долго ли они еще будут признавать его власть. Мы считаем, что следующим умрет Джагрин Лерн, и тогда ад будет напрямую властвовать здесь.

– Надеюсь, этого не случится, – тихо сказал Элрик. – Я не допущу, чтобы меня лишили возможности насладиться местью.

Рыцарь содрогнулся.

– Имея союзниками Герцогов Ада, Джагрин Лерн скоро будет править миром.

– Будем надеяться, что я найду способ избавиться от этой темной аристократии и выполню свою клятву – покончу с Джагрином Лерном, – сказал Элрик и, благодарственно махнув рукой ясновидцу и двум рыцарям, развернул коня в направлении гор Джаркора. Мунглам последовал за ним.

Они почти не отдыхали на пути к горному обиталищу Сепириса, потому что, как и сказал им рыцарь, сама земля словно ожила и повсюду царил хаос.

Элрик потом помнил лишь владевшее им чувство ужаса и звуки диких воплей. Повсюду преобладали цвета зла – темно-золотой, синий, черный и ярко-оранжевый: знаки Хаоса на земле.

Но Элрик на пути к городу в горах все же сумел рассказать Мунгламу о своей прежней встрече с Сепирисом и о том, какая, по словам этого властелина Нихрейна, судьба ждет его, Элрика. О том, как, последние в мелнибонийском королевском роду, Элрик и Дивим Слорм с помощью выкованных Хаосом мечей уничтожат власть Хаоса на планете и подготовят мир к гибели и возрождению, когда воцарится власть Закона.

Мунглам ничего не сказал, но про себя решил оставаться с Элриком до последнего дня, независимо от того, выиграют они эту войну против Хаоса или нет.

В горной области неподалеку от Нихрейна они увидели свидетельство того, что здесь власть Хаоса не столь абсолютна, как в соседних областях. А это доказывало, что Сепирис и девять его братьев в какой-то мере могут противиться тем силам, что вознамерились поглотить их.

Они двигались все глубже и глубже в горы, в самое их сердце вдоль круто уходящих вверх черных скал, по опасным горным тропам, вниз по склонам, где из-под копыт коней вырывались камни, грозя вызвать лавину. Это были самые древние из всех гор, и в них хранилась одна из самых древних тайн мира – территория бессмертного Нихрейна, который властвовал на протяжении многих веков задолго до появления Мелнибонэ и Сияющей империи, правившей миром десять тысяч лет.

Наконец они добрались до Нихрейна, города, высеченного в скалах, с его высокими дворцами, храмами и крепостями, вырезанными в черном граните и спрятанными в глубинах пропасти, которую вполне можно было назвать бездонной. Сюда, где с начала времен скрывался этот город, практически не проникали солнечные лучи.

По узкой тропе направляли они своих противящихся коней и наконец добрались до огромных ворот, у которых стояли высеченные в скалах фигуры титанов и полулюдей, при виде которых Мунглам содрогнулся и погрузился в молчание – он испытывал благоговейный трепет перед гением, который сочетал в себе способности выдающего строителя и художника.

Сепирис с дружеской улыбкой на своем тонкогубом черном лице ждал их в пещерах Нихрейна, на стенах которых были высечены сцены из легендарной истории города.

– Приветствую тебя, Сепирис, – сказал Элрик, спешиваясь. Рабы приняли и увели его коня. Мунглам, хотя и не без опаски, последовал примеру Элрика.

– Информация, дошедшая до меня, была верна. – Сепирис опустил обе руки на плечи Элрика. – Я рад, что мне стало известно о твоем намерении отправиться на Чародейский остров и искать помощи Белых Владык.

– Так что же, получить их помощь не удастся?

– Пока – нет. Мы сами пытаемся связаться с ними, опираясь на помощь магов-затворников, обитающих на острове, но пока Хаосу удается блокировать наши попытки. Но для тебя и твоего меча есть дело и поближе к дому. Идем в мои покои – там вы сможете освежиться. У нас есть вино, которое восстановит ваши силы, а когда ты отдохнешь, я скажу, какую задачу судьба ставит перед тобой теперь.


Элрик поставил кубок и глубоко вздохнул, чувствуя приток жизненных сил. Он указал на графин с вином и сказал:

– К такому снадобью легко привыкнуть!

– Я уже привык, – усмехнулся Мунглам, наливая себе еще порцию.

Сепирис покачал головой.

– Наше нихрейнское вино обладает необычным свойством. У него приятный вкус, и оно приводит в чувство уставшего, но человек, восстановив с его помощью свои силы, начинает после этого испытывать к нему отвращение. Именно поэтому у нас еще остались его запасы. Однако запасы эти невелики – виноград, из которого оно сделано, давно уже не растет на Земле.

– Волшебный напиток, – сказал Мунглам, ставя свой кубок на стол.

– Называй его так, если тебе нравится. Мы с Элриком принадлежим к более ранней эпохе, когда волшебство считалось делом обычным и когда властвовал Хаос, хотя и не производя таких разрушений, как теперь. Возможно, вы, жители Молодых королевств, правы, испытывая неприязнь к волшебству, потому что мы надеемся в скором времени подготовить мир к правлению Закона, а тогда, вероятно, будут созданы подобные же снадобья, но не с помощью колдовства, а другими методами, требующими больших стараний и более понятными.

– Сомневаюсь, – сказал Мунглам и рассмеялся.

Элрик вздохнул.

– Если удача не начнет улыбаться нам, то скоро Хаос установит свою власть на всей земле, а Закон навсегда исчезнет, – мрачно сказал он.

– Однако если восторжествует Закон, для нас это тоже кончится неважно. – Сепирис налил себе вина, – он тоже устал, затратив слишком много сил.

– Что ты хочешь этим сказать? – с любопытством сказал Мунглам.

Сепирис объяснил: хотя они с Элриком и сражаются против Хаоса, но были рождены для мира, в котором Хаос доминирует. Для них и им подобных не будет места в том мире, где властвует Закон, в том мире, за который они теперь борются.

Мунглам бросил взгляд на Элрика, лишь сейчас поняв незавидную судьбу друга.

– Ты сказал, что есть работа для меня и моего меча, – подался вперед Элрик. – Что это за работа, Сепирис?

– Ты уже наверняка знаешь, что Джагрин Лерн призвал Герцогов Ада, чтобы управлять его людьми и контролировать захваченные территории.

– И что же?

– Ты понимаешь, какие у этого могут быть последствия?

Джагрин Лерн пробил ощутимую брешь в возведенном Законом барьере, который прежде сдерживал экспансию существ Хаоса, не допускал их безраздельного владычества на этой планете. Сейчас, по мере увеличения своего могущества, Хаос постоянно расширяет эту брешь. Это объясняет, как ему удалось созвать такую могущественную армию Герцогов Ада, тогда как прежде призвать даже одного из них в наш мир было довольно трудно. Среди призванных им – и Ариох…

– Ариох! – Ариох был покровителем Элрика, главным богом его предков. – Это значит, что теперь я полный изгой и ни Хаос, ни Закон не защитят меня.

– Единственный твой надежный союзник из потусторонних сил – твой меч, – мрачно сказал Сепирис. – И возможно, его братья.

– Какие братья? У него есть только один брат – Утешитель, которым владеет Дивим Слорм.

– Ты помнишь, я тебе говорил, что эти мечи-близнецы на самом деле являются земным воплощением их неземных сущностей? – тихим голосом спросил Сепирис.

– Да.

– Теперь я могу тебе сказать, что истинная сущность Буревестника связана с другими сверхъестественными силами в другом измерении. Я знаю, как их вызвать, но они тоже являются существами Хаоса, а потому тебе будет непросто их контролировать. Они вполне могут выйти из подчинения и, может быть, даже обратиться против тебя. Буревестник, как ты уже успел понять, связан с тобой узами более прочными, чем те, что связывают его с братьями. Но число этих братьев весьма велико, и, возможно, Буревестник будет не в силах защитить тебя от них.

– Почему я не знал об этом?

– Ты знал об этом, хотя и не напрямую. Ты помнишь времена, когда обращался за помощью и получал ее?

– Да. Ты хочешь сказать, что эту помощь предоставляли мне братья Буревестника?

– Да. Для них привычно приходить к тебе на помощь. Мы с тобой не назвали бы их существами мыслящими, хотя они и наделены чем-то вроде разума. Они не столь привержены Хаосу, как его мыслящие слуги. Ими в известной мере можно управлять, если в твоей власти находится один из их братьев. Если ты захочешь призвать их на помощь, то должен запомнить руну, которую я тебе сообщу позднее.

– И в чем же состоит моя миссия?

– Уничтожить Герцогов Ада.

– Но это невозможно. Они – одни из самых могущественных существ Хаоса.

– Верно. Но в твоих руках сильнейшее оружие. Такова твоя миссия. Имеются свидетельства, что Владыки Хаоса уже забирают у Джагрина Лерна часть его власти. Глупец! Он никак не хочет понять, что он – игрушка в руках Хаоса. Он полагает, что может контролировать столь могущественные силы. Но нет сомнений, что с такими друзьями Джагрин Лерн может победить южан с минимумом людей и средств. Он может сделать это и без помощи Хаоса, но тогда ему потребуется куда как больше сил и времени, и в этом случае мы получим небольшое преимущество, так как сумеем подготовиться, пока он покоряет Юг.

Элрик не стал спрашивать у Сепириса, как тот узнал о намерении южан в одиночестве противостоять Джагрину Лерну. У Сепириса явно были немалые возможности, о чем свидетельствовало его послание Элрику через ясновидца.

– Я поклялся, что буду помогать южанам, несмотря на их отказ выступить совместно с нами против теократа, – тихо сказал он.

– И ты сдержишь свою клятву, уничтожив Герцогов Ада… Если тебе это удастся.

– Уничтожить Ариоха, Балана, Малука… – Элрик прошептал эти имена, опасаясь, как бы они не услышали его.

– Ариох всегда был несговорчивым демоном, – сказал Мунглам. – Он не раз отказывался помогать тебе, Элрик.

– Потому что он давно знает о схватке, которая должна состояться между вами, – сказал Сепирис.

Хотя вино и освежило его, Элрик чувствовал боль во всем теле. Но больше всего мучилась его душа. Сражаться с богом-демоном, которому в течение тысячелетий поклонялись его предки…

Старая кровь все еще была сильна в нем, прежние привязанности не могли исчезнуть.

Сепирис поднялся и похлопал гостя по плечу, глядя своими черными глазами в печально горящие малиновые глаза Элрика.

– Не забудь, что ты поклялся исполнить эту миссию.

Элрик выпрямился на своем стуле и кивнул.

– Да. И даже если бы я знал обо всем этом раньше, все равно принес бы эту клятву. Вот только…

– Что?

– Не питай больших надежд на то, что мне это удастся.

Черный нихрейнец ничего не сказал.


Спустя какое-то время он оставил Элрика, погруженного в свои мысли, и вернулся с белой табличкой, на которой были выгравированы древние руны.

Он передал табличку альбиносу, и тот молча принял ее.

– Запомни заклинание, – тихо сказал Сепирис, – а потом уничтожь табличку. Но помни, воспользоваться этим заклинанием ты можешь только в самом крайнем случае, поскольку, как я уже предупреждал тебя, братья Буревестника, возможно, не захотят тебе помогать.

Элрик не без труда сдерживал владевшие им эмоции. Мунглам отправился отдыхать, а он еще долго разглядывал руну, запоминая не только ее звучание, но и повороты логики, которые ему необходимо было понять, а также пытаясь представить себе то умственное состояние, в которое он должен себя привести, чтобы заклинание было эффективным.

Когда и он, и Сепирис были удовлетворены, Элрик позволил рабу отвести его в спальню, но сон никак не шел к нему, и он всю ночь провел, мучительно ворочаясь с боку на бок. Когда утром раб пришел его будить, Элрик был уже одет и готов к путешествию в Пан-Танг, где собрались Герцоги Ада.


Глава вторая | Буревестник | Глава четвертая